Heal

Прощай, больница. Наконец-то можно вдохнуть чистого воздуха и никогда больше не дышать медикаментами. Уходить было вдвойне радостно, потому что за руку Никиту держал его любимый человек. Все вокруг было другим. Как раньше он не замечал такой красоты зимней Москвы? Казалось, что каждый дом, каждый проезжающий автомобиль, каждая частичка этого города была счастлива вместе с Никитой. Косте было отрадно смотреть на то, как в его присутствие преображается Турчин. Он поскорей хотел забрать своего мальчика из тесной и холодной однушки в свою большую, просторную квартиру. Так много хотелось друг другу сказать...поблагодарить за то, что они оба снова могут чувствовать себя живыми. Тонуть в любви... Тонуть друг в друге. Даже воздух вокруг Гецати был другим. Никита обожал запах его парфюма. А какими прекрасными ароматами наполнена его квартира... Только пройдя в гостиную, Никита сразу отметил сдержанность, но при этом изысканность интерьера жилья Константина. При всех мрачности его хозяина, и стены, и большая часть мебели были светлыми. Всего в квартире было 3 больших комнаты. Никита отметил, что Гецати тоже не держит у себя дома никаких растений. Широкие подоконники были абсолютно пустыми, поэтому Турчин уже мысленно приспособил их себе как место для отдыха. Были, конечно, и более подходящие для этого места, но из окон открывался прекрасный вид на город. Наблюдать за маленькими машинками и вечно куда-то спешащими людьми, с высоты выглядящими как маленькие звёздочки на фоне бесконечного небесного пространства, в объятиях любимого человека было чуть ли не пределом мечтаний для обоих. Но этот день закончился на диване за просмотром какого-то глупого фильма. Точнее фильм был просто фоном, а на самом деле время проходило за тёплыми разговорами, иногда прерываемыми нежными поцелуями. Рука Константина находилась в районе бёдер Никиты и иногда, дабы прервать его нескончаемую речь, легонько пощипывала его тонкую кожу, заставляя парня дёрнуться и ещё больше приблизиться к Гецати. Так продолжалось, пока Турчин не оказался на максимально близком расстоянии к нему. Никита так и уснул, уткнувшись носом в широкую грудь своего мужчины. Только сквозь сон он чувствовал, как бережно его тело было переложено в горизонтальное положение и прикрыто одеялом. Сзади его обнимали все те же руки, что невольно заставляло улыбаться. Наутро Никита проснулся первым. Около получаса он просто лежал, слушая размеренное дыхание Гецати. Когда лежать все-таки надоело, Турчин решил ещё раз, более детально, осмотреть квартиру. Она была так идеальна, что складывалось впечатление, будто здесь никто и не жил. Представьте, ни одного треснутого стёклышка, ни одного сколотого уголка или потёртости на мягкой мебели. Никита сразу вспомнил свою кухню, где все дверцы кухонного гарнитура держались только посредством скотча. Внимание привлекли фотографии, висящие в самом центре одной из комнат. Их было около десяти штук. На них был сам Костя, его сестра, родители, ещё какие-то люди, судя по белым халатам- коллеги. В самом низу висела фотография, сделанная на камеру телефона. Никита наклонился ближе и, чтобы лучше рассмотреть что за существо на ней запечатлено. И , о , Господи, он узнал себя. Спящего, лохматого, с открытым ртом и обнимающего одеяло. Это был тот самый день, когда Костя, будучи пьяным, сделал первый шаг, без которого не было бы ничего сейчас. Никита понял, что он всегда был не безразличен Косте. А тот день был всего лишь точкой столкновения двух судеб. Турчин был уже не тем человеком, как тогда. Он уже и думать позабыл про прежние проблемы. Главное- не потерять своего доктора. Дни летели быстро. Костя вышел на работу, а Никита взялся за учёбу. Теперь у них появилось время, чтобы успевать друг по другу скучать. Вещи Никиты полностью перебрались в квартиру Гецати. Только они редко оказывалась за пределами шкафа, так как Турчин просто обожал тонуть в огромных рубашках Кости. Вечерами каждый из них пытался добраться до дому быстрее, чтобы взять на себя часть домашних дел и дать больше времени на отдых своей любимой второй половинке. Каждый день начинался и заканчивался одинаково, словом "люблю". Это стало уже законом, который никогда не нарушался. Пожалуй, такая монотонность жизни устраивала и Костю, и Никиту. Счастье любит тишину и неприкосновенность- так и было, пока идиллию двух людей не решил нарушить "третий лишний". В клинику, где работал Константин, набрали новых санитарок. Все они устраивались туда с целью заработка и возможного карьерного роста. Хотя, нет, не все. Одна из них преследовала другие цели...точнее цель. Это была та самая Даша, работавшая медсестрой в больнице, где лечился Никита. А перешла она сюда, на более низко оплачиваемую должность, только ради Кости, которого она так и не смогла забыть. Даша была достаточно упрямой и объяснить ей об уже имеющихся отношениях было задачей не из простых. А игнорировать ещё сложнее. Девушка буквально преследовала Гецати, не отходя от него ни на шаг. А сколько было "случайных", ненавязчивых прикосновений, сколько раз ненароком Даша оказывалась рядом с Костей в узких больничных коридорах. Кажется, культурную речь она не понимала, а кричать на женщину Гецати не мог себе позволить. Конечно, Никита замечал изменения, происходящие с Костей. Он все также сильно его любил, не менее крепко обнимал по ночам, но было что-то, что заставляло Никиту переживать. Оправдывая все проблемами на работе, Гецати заканчивал этот разговор. Недосказанность росла, будто собираясь в мешочек десятками маленьких камушков. Но бесконечно терпеть и видеть своего любимого человека в подорваном состоянии невозможно. Костя стал более вспыльчив, и в один момент, когда Турчин в очередной раз совершал попытки откопать истрину, он просто сорвался. Первый раз повысил голос на своего мальчика. Мешочек порвался и все кемушки высыпались сотней острых слов, которые больно ранили обоих... Правда не была ужасной, и ревность не стала причиной этой ссоры. Просто не нужно было молчать об этом с самого начала. Отвернувшись, Никита слышал лишь хлопок двери. *** На часах 5:15. Эту ночь смело можно назвать ночью воспоминаний. Когда Никите на секунду показалось, что не так уж и важен Костя в его жизни, то вспомнив все до мелочей, пришло осознание того, что это самый любимый и родной человек. Только этого человека нет рядом уже порядка трёх часов. Без него холодно и невозможно уснуть. Кровать кажется слишком большой и неудобной. Расположившись на подоконнике и включив в наушниках музыку, Никита решил наблюдать за уличной жизнью. Идеальная бы фотография для инстаграма сейчас бы вышла, жаль, что некому сфотографировать. Веки становились тяжелыми и медленно падали на глаза. Наушник резким движением вырывают из уха. -Совсем сдурел? Или забыл, каково в больнице чалиться? Виноватый вид Кости не мог не вызвать улыбку. Слегка пошатываясь, он стаскивал Никиту с холодного подоконника и как можно скорее спешил снова его обнять. Подойдя ближе, совсем не трудно было догадаться, каким способом Гецати стимулировал свои мысли. Запах алкоголя распространялся по квартире с неимоверной скоростью. -Опять пил, да? Открой окно. Никита пытался строить из себя обиженку, но это было действительно непросто, потому что Костя всем своим видом показывал искреннее раскаяние. -Кость, ложись спать. Как ты собираешься через час просыпаться на работу? -Я там больше не работаю. Эту фразу Гецати договаривал еле сдерживая смех и как можно сильнее прижимая к себе Никиту, закрывая тем самым от сквозняка.