Ещё совсем немного

      — Подвезете?       Милли садится в машину, улыбаясь. За рулем сидит какой-то парень, и первое, что бросается в глаза и в нос — черные-черные волосы, такие кудрявые, пахнущие так, будто он сошел с небес. Ну, здесь все понятно. Ангел во плоти. Милли морщит нос, поблагодарив свое хорошее обоняние.       Для Милли то, куда они едут, — новая жизнь, потому что там, откуда она родом, ей всегда привязывают один образ — зло.       «Сейчас не те времена» — думает она. Потому что она не зло. Иногда ангелы творят даже больший абсурд, нежели демоны.       «Демоны». Даже звучит глупо. Да, временами хочется убивать, временами глаза неконтролируемо начинают чернеть. Ну и что? Зато мыслит здраво. Ангелы вообще чаще всего выскочки ещё те. А мыслят не умом, а сердцем. И почти всё их в этом мире устраивает. Ну, конечно, кроме демонов.       Все, кстати, уже давно наплевали на традиции. Есть уже дети людей и ангелов, людей и демонов. Вопреки сказкам о любви пар демонов и ангелов мало. С ними тяжело находить общий язык.       Милли, кстати, не спорит, что только с ангелами.       Водитель не смотрит на неё, продолжает вести машину, и через полчаса они проезжают табличку «Добро пожаловать в Чикаго».       — Что ты тут делала? — спрашивает вдруг парень за рулем.       Милли всматривается в его лицо, щуря глаза. У него карие глаза, пухлые губы и темные-темные ресницы, и веснушки на пол лица, на ярко выраженных скулах, под глазами. Образ мягкий, и это все ассоциируется у неё с одним словом. «Ангел». Браун знает, что это пронизано стереотипами до самых костей, но там, откуда она родом, стереотип — единственное описывающее.       — В смысле?       — Ты стояла на дороге в пяти милях от въезда в Чикаго и в семи от ближайшего города с другой стороны.       Вообще-то, половину дороги она проехала на угнанной машине. И нет, её угнала не она. Два молодых парня, решившие её подвезти, не расчитали, что на дороге будет пост. Глупцы, впрочем.       Милли, конечно, сама не умница. Уехала, даже не попрощалась с родными. Письмо, пришедшее ей несколько часов назад, заставило её забыть обо всем. В нем говорилось, что её приняли в институт её мечты. И ехать в общежитие было слишком рано, но ей было все равно. Все вещи оставила, хорошо, что документы, телефон и кошелек забрала. У неё не было времени, чтобы собираться. Это все было так неожиданно, так быстро, она совсем не думала ни о чем.       — Считай, с небес упала.       Иронично.

***

      Парень за рулем тоже не местный, как раз ехал из родного города. У него есть съемная комната, это Милли узнала, когда спрашивала, где он живет. Потом спрашивает, знает ли он, где находится ближайший отель.       — Ты можешь переночевать у меня. Да хоть жить, если тебе негде. С моими соседями не заскучаешь, слово даю.       Милли, конечно, по лучшим традициям жанра, отказывается. Нет, правда, ей не хочется идти с ним, утруждать его, а там ещё и соседи какие-то. И она серьезно старается не думать о том, что он ангел, не выпускать из своей коробки эти стереотипы.       — Как хочешь, мое дело предложить, — говорит. — Меня зовут Финн.       — Милли.       Она неловко пялится на парня, не понимая, что тот делает. Финн протягивает ей бумажку.       — Это мой номер. Если что — звони. Я довезу тебя до отеля, а дальше сама.       — Спасибо.       Финн улыбается ей, и его радужки глаз на секунду становятся голубыми. Из-за чего Милли чувствует, что её глаза чернеют, и, повернувшись к закрытому окну, видит свое отражение. Закрывает глаза, и ей становится отчего-то стыдно.       — Мне нравятся твои глаза.       Отъезжает.

***

      — Да откройте же дверь! — вскричали на весь отель.       Милли подскакивает на постели, и ее ругань вторит человеку за дверью.       — Что такое?       — Как что такое? Как что такое?!       Мужчина за дверью начал размахивать руками.       — Собирайте вещи, — говорит. — Быстро, быстро! — незнакомец влетел в номер, начиная быстро заправлять постель.       Милли вообще не вникала в то, что сейчас происходит. Её сейчас выгоняют или что это за шутки такие? Мужчина, правда, не выглядел как веселый. Лицо его было искажено, а одежда помята. Девушка все ещё стояла на месте, и мужчина, взглянув не неё, вдруг резко остановился.       — Чего стоим, чего стоим?! — закричал он резко.       — Да что случилось? Какого черта вы творите? — воскликнула Милли.       — Вам нужно уходить, через час никого в отеле быть не должно! Собирайте вещи, давайте быстрее!       — Вы издеваетесь надо мной?       Девушка взмахнула руками, а мужчина вытер свой лоб.       — Похоже? Я серьёзно Вам говорю, мадам, у Вас двадцать минут!       Прежде чем она успела возразить, гость спешно покинул комнату.       Собиралась она недолго, только с возмущением умяла чипсы, купленные вчера при въезде, и сходила в душ. Она хотела быть специально долго, задержать их всех там, но делать что-то медленно — не её прерогатива. Даже если деньги предложить — не получится.       Спустившись к ресепшену, она не видит никого.       — Где вы, черт возьми, все? — кричала девушка.       Дверь в отель открылась, и, обернувшись, она увидела кого-то в очках и много людей вокруг него. Похоже, этот кто-то действительно был важным человеком. Рядом с Милли остановился какой-то мужчина, и выглядел он слишком серьёзно. Чрезвычайно. На лице его не дернулась ни одна мускула, а потом он сказал немногословное «Вам пора» и, взяв девушку за плечи, выпроводил из отеля. Деньги ей, видимо, никто возвращать не собирался. Она закричала, что ей нужны деньги за номер, но мужчина закрыл перед её носом дверь.       Конечно, все шло против неё. Она закрыла глаза, потому что они ожидаемо стали черными, это было видно через стеклянную дверь. Разбить её что ли…       Милли на ощупь достала телефон из кармана, бумажку, переписала номер в строчку ввода, предварительно проверив на цвет глаза. Шли гудки, и она уже забеспокоилась, что это все было шуткой. Вдруг раздался шумный зевок и сонное «Алло?». Сейчас было десять утра.       — Это Милли.       — Ого. Не думал, что позвонишь. Извини, образ упрямого демона приелся. Что-то случилось? — и его голос правда звучал взволнованно       — Мне тут нужна крыша…