Искры радиации

Лукас затянул жгут на руке Харпер. Он был не очень уверен в своих действиях и даже сопротивлялся, но у женщины явно были другие планы. Комната, в которой они находились, была пуста. Айвор давно ушёл. Мужчина за сегодня сильно устал, и Харпер сказала, что закончит сама. Женщина достала препарат, над которым работала уже несколько дней, и поставила Лукаса перед фактом. Харпер вздохнула. Блондин ещё раз неуверенно посмотрел на неё. В ответ, наставница кивнула. Она была уверена в своих действиях и не видела другого выхода. — Давай обговорим всё ещё раз, — Харпер проверила жгут. После закрыла глаза. — Я вкалываю вам, — Лукас старался придать своему голосу уверенность, но решимость, которая до этого преследовала его, испарилась, — Это. блондин ещё раз посмотрел на содержимое флакона, взял шприц и набрал в него жидкость. Оранжево-жёлтая. Которая явно не внушала доверие. — Если что-то идёт не так, я вкалываю вам, — он немного задумался, как же назвать жидкость во втором бутыльке? — Это. Харпер кивнул. Женщине буквально пришлось заставить Лукаса принять участие в этом эксперименте. — Если все будет совсем плохо, — профессор отвела взгляд от ученика, который стояла перед ней. — Беги за Айвором. Лукас кивнул. Его руки слегка подрагивали, но желание познать неизведанное тянуло его вперёд. Харпер положила руку на стол и отвернулась, стараясь забыть об этом. Взяв правильно шприц, парень нащупал вену и резко ввёл иглу под кожу. Он ненавидел делать уколы. У него в этот момент как будто обострялись чувства. Лукас чувствовал, как игла разрывает кожу, как входит в вену и как сильно дрожат его руки. Слишком сильно. Жидкость в шприце понемногу, медленно втекала вовнутрь вены его наставницы. Женщина слегка скорчилась, но не сказала ни слова. Введя лекарство до конца, он достаёт шприц и прикладывает к руке смоченную спиртом вату. Лукас кинул шприц в мусорное ведро и следом ослабил жгут на руке Харпер. Женщина чувствовала себя нормально. И даже с каким-то детским нетерпением, ожидала дальнейшего. Неужели ничего? Снова? — Так, — Лукас немного огорченно посмотрел на женщину, — Так и должно быть? Взгляд Харпер заметался по комнате. Она явно была в приличном шоке. Но женщина стала убеждать себя, что надо ждать. Просто ждать. А что им остаётся? Петра снова осматривала свою руку. Она была не из тех, кто любит вертеться перед зеркалом. Она даже порой забывала расчёсываться по утрам. Но к такому виду девушки все давно уже привыкли. В последнее время, рыжеволосой казалось что, нечто чёрное на её руке, продолжало расти. Сняв с себя броню, а следом одежду, Петра осталась в серой майке. Эта хрень на её руке и вправду продолжала расти. Может ей просто надо отрезать руку? И дело с концом. Но ведь эту хрень породила радиация. Может она не уйдёт? Да и какой воин без руки? Нет уж. Она, пусть и смирилась, но всё ещё не верила, что так умрёт. Беззащитно. Может, лучше было покончить с собой? Переставать ломать эту бессмысленную драму, которая ни к чему не приведёт. Девушка больше не хотела думать о своей скорой кончине. Петра подошла к столу, в котором лежало самое дорогое для неё сейчас. Краски, которые она купила незадолго до катастрофы. Петра никогда не могла подумать, что она полюбит рисовать, рыжеволосая никогда не питала восхищение к рисованию и только недавно, хоть прошло уже и два года, она полюбила это дело. Взяв давно потрёпанную и обломанную кисть, краски, которые начинали засыхать, девушка отодвинула шкаф, как давно хотела сделать, и, зачерпнув немного синей краски, смело нанесла их на белую стену. Она нарисует себе синее небо, которое больше никогда не увидит. Нарисует зеленую траву, нарисует себе свой мир. Прекрасный и красивый, без смерти и пыток. Прошёл, наверное, час после того, как Харпер почувствовала себя плохо. У женщины началась рвота, ужасный жар. Всё её тело начало выворачивать. Началось. Но это не то, что они хотели! Что, если Лукас просто убьёт наставницу? Страх сковывал его тело, но он заставлял себя двигаться. Заставлял окаменевшие руки взять заранее приготовленное лекарство в шприце. Он понимал, что сейчас должен откинуть свои страхи и спасти жизни человека. Он должен это сделать это, несмотря на страх. Весь этот час Харпер говорила Лукасу, как будет важно отнести страх на второй план. Женщина всячески убеждала парня в этом, хоть он и сомневался, что сможет с места сдвинуться. Профессор даже успевала шутить, что будет отдавать ему свою порцию печенья, весь месяц. Жгут уже был на руке Харпер, его оставалось только затянуть. Что далось парню очень тяжело. Всё готово, но тело Харпер содрогалось в спазме, её мышцы начинали сжиматься, из-за чего её хватали судороги. Время шло на секунды, лишняя секунда и Харпер мертва. Он никогда не был с ней близок, но такого исхода он бы не захотел ни за что. Время для него тянулась, как тягучий кисель. Парень и заметить не успел. Он делал всё на автомате так, как проговаривал это с доктором. Эта женщина настолько умна. Она продумала всё, Лукасу предстояло, только исполнить это. И вот. Он уже вкалывает в вену Харпер "антидот". Но стоп. Где гарантия, что он сработает? Даже на такой случай, наставница сказала приготовить ему всё, что может спасти её. Блондин прижимал тело Харпер к себе. Она перестала содрогаться в судорогах, хоть иногда её нога и дёргалась. Вроде всё. Но парень боялся нащупать пульс женщины. Всё произошло так быстро. Хоть ему и казалось, что время тянулось очень долго. Он сделал всё меньше, чем за пять минут. Прошло полчаса. И Лукас наконец решился нащупать пульс у наставницы. Он боялся, что будет, если её сердце остановиться? Как это переживет сам Лукас? Но эти вопросы пришлось отложить. Её сердце бьется. Все будет хорошо. Парень расслабился и выпустил тело Харпер из рук. Она сразу же оперлась на руки. Но её ослабевший организм не выдержал напряжения в руках. Женщина рухнула на пол. Её глаза были открыты, из них текли слезы. Из-за своей слепой глупости, она подвергла себя опасности, подвергла опасность ученика. — Прости, — голос Харпер дрожал, — Я не думала, что всё так выйдет. Она закрыла лицо руками, на что Лукас лишь шмыгнул носом. — Вы чуть на тот свет не отправились, — заметил парень — Это вы простите. Харпер с благодарностью во взгляде, посмотрела на него. Она там была бы, если бы не он. И вправду, необыкновенный мальчишка. — Я тебе теперь должна много печенья, — слегка посмеиваясь, сказала женщина. — Давайте договоримся, — Лукас нащупал на столе кружку с водой, взяв её, он протянул стакан наставнице. — Вы просто выспитесь. Я сделаю всю работу за вас. Привстав, женщина сделала несколько глотков воды. — Ты слишком добрый, — убирая стакан от губ, проговорила Харпер, — Смотри, как бы это не причинило тебе вреда. В комнате повисло молчание. Блондин не знал, что на это ответить. И лишь через некоторое время, он смог спросить у женщины : — А как там? — боясь, что наставница не поймёт его, Лукас слегка помедлил, — На том свете? Этот вопрос явно озадачил Харпер. Женщина начала впадать в сон и уже сонным голосом произнесла: — Точно не так, как тут. Кейси, в каком-то бешенном порыве, искала таблетки. Кот, который наблюдал за её поисками, нервно дёргал хвостом. Когда девушка скинула всё с рабочего стола, животное подскочило. Роуз в ярости кинула в него шапку. Ей были необходимы эти таблетки. Девушка начинала впадать в депрессию без них. Ей снились кошмары. Не было настроения делать что-либо. Пропадал интерес к жизни. Лекарство от этого страшного диагноза, который она поставила себе сама, было лишь два. Первое: затащить Спарклза в постель. И второе: эти таблетки. С Капитаном она поругались. Оставались лишь таблетки. Дело было за малым. Найти их. Уинслоу с шипением запрыгнул на кровать, и улёгся на подушку. — Эх, мой милый друг, — сказала красноволосая с упрёком, — Знал бы ты где таблетки, был бы самым лучшим. Она перевернула уже всю комнату, а заветный флакон так и не нашла. Её предупреждали, что эти таблетки могут привести к зависимости, но главу третьего Района это не напугало. Это не были сильнодействующие наркотики, скорее девушка сама себе это придумала. Как зависимость от них, зависимость от Спаркалза, боязнь людей. Всё это она сама себе придумала. Сидя разочаровано на полу, Кейси ещё раз взглянула под кроватью, затем под книгами, которые валялись на полу. Она даже готова была вывернуть наизнанку своего кота, вдруг это он съел её таблетки? Задумавшись, девушка посмотрела на большое окно. Оно было завешено шторами, но они всё равно пропускали лунный свет. Порой, Роуз казалось, что у неё боязнь ночи. Она боялась, что ночью придёт её смерть. Говорят, что смерть не обмануть, но Кейси делает всё равно наоборот. У неё всегда есть пути отступления, в комнате находилось несколько тайных дверей. Даже для её кота. Тыквоголовая никогда не спала в одной комнате, больше трёх раз. При ней всегда было оружие. А в одной из комнат на окнах были решетки. Спарклз каждый раз убеждал девушку, что на неё не ведут охоту. Но всё зря. Мужчина несколько раз повторял, что её так не боятся, как боится она. И сейчас, смотря на шторы, за которыми скрывается серебряная луна, Кейси чувствовала, как кровь в её венах холодеет, а дыхание учащается. Медленно встав и взяв со стола алмазный топор, тихо, медленно, переступая через разбросанные на полу вещи, Роуз подошла к окну. Её руки дрожали, но она хотела понять, что ошибается. Собравшись с духом, девушка резко отдёрнула штору. Всё хорошо. Она в безопасности. Но не успела глава третьего Района перевести дух, как за дверью послышались нарастающие шаги. Направив взгляд на дверь, которая была закрыта на ключ изнутри, Тыквоголовая медленно, направилась к ней. Это просто Спарклз. Его комната рядом, он просто проснулся из-за её погрома. Это просто важный для неё человек, продолжала убеждать себя девушка. Ручку двери повернули, но она не открылась, и тогда раздался стук. Медленно пройдя до двери, игнорируя этот стук, красноволосая встала по правую сторону от большой двери и, закусывая губу, повернула торчащий в замке ключ. Затем ручку повернули, и в комнату проник жёлтый свет. Это был Спарклз. Недовольное лицо мужчины заставило девушку вздохнуть с облегчением. Выпустив из рук топор, оружие упало на деревянный пол, сделав там маленькую зарубину. — Как же я рада, что это ты! — сказала Кейси но, не показывая своего страха, вновь начала искать таблетки. По лицу её помощника, было явно видно, что они не проявляли той же радости. — Вы что-то ищите? — мужчина закрыл за собой дверь. Осмотря комнату, он недовольно потёр виски. — В три часа ночи? — Ты просто гений! — вскинув руками, Кейси встала с пола и пнула ногой книгу — Ты не знаешь, где мои таблетки? Спарклз внимательно посмотрел на девушку. Обычно он говорил с ней на "Вы". Несмотря на огромную разницу в возрасте, тринадцать лет. Но сейчас, мужчина перешёл на "ты" — Это те, от которых у тебя зависимость? Кейси, не ожидавшая такого наглого тона, вскинула брови. — По-моему ты мне хамишь? — с небольшой долей безумия, сказала девушка, беря на руки своего кота. Капитан вздохнул и вытащил из кармана пиджака флакон. Он ещё не ложился спать, всегда ждал, когда уляжется эта больная, а уже после ложился сам. Эта забота, которую он проявлял к ней, была просто ужасна. Её подколы, наглые указания, всё это так раздражает мужчину. Меньше чем она, его раздражает только её кот. Наглое существо, которое хочется пустить на мясо. И порой ему хотелось послать Роуз куда подальше. Он не испытывал к ней того же, что она. Порой ему даже было интересно, неужели судьба настолько глупая? Настолько тупая? Что свела вместе именно их. Мир погрузился во тьму. В кромешную темень, без единого намёка на нежный свет луны и звёзд. Всё было окутано густым туманом, мешающим видеть чётко и ясно даже на равнинах и пустошах, не то что в окружении огромных руин, некогда больших зданий. Снег неприятно скрипел под копытами лошадей. Этот звук нарушал тишину. Тишину, которая господствовала и днём, и ночью. Тишину, от которой по телу бежали мурашки и лёгкая паника окутывала разум. Тишину, к которой все привыкли. Ещё пару часов назад можно было разглядеть на горизонте угасающий закат. Солнце спешило скрыться с неба, оставляя после себя алый, оранжевый, жёлтый и наконец фиолетовый цвета. Прекрасное и величественное зрелище. Затем вся эта красота растворяется в сумерках, последние лучи солнца умирают, словно завядшие цветы. И наступает ночь. Ночь больше не выглядит такой таинственной и загадочной. Такой манящей. Она отталкивает, она пугает. Особенно когда луну невозможно разглядеть. Тогда хочется спрятаться и не выходить. В этом мире всегда хочется спрятаться и не выходить, покорно ждать старуху с косой, закончить поскорее своё существование на лице умирающей планеты... Стелла устало оглядывала местность вокруг себя. Она была такой... однообразной. Повсюду камни, руины, парочка деревьев, устойчивых к радиации. И снег. Раньше каждый уголок планеты был прекрасен по-своему. Сейчас всё здесь одинаково. Совершенно всё. Взгляд Стеллы был равнодушен. Внутри неприятная пустота. С ней девушка привыкла просыпаться и засыпать, проводить каждый свой денёк. Мир давно потерял свои краски, оставив мрачный серый цвет. Возвращение во второй Район тянулось так долго, словно это была целая вечность. Тишина давила на голову, но говорить было не о чем. Стелла ненавидела молчание и вместе с этим обожала его. Так хорошо и так плохо, когда вокруг тишина. Можно медленно осознавать безысходность и размышлять... Поход в соседние Районы никогда не был чем-то приятным для Стеллы. Встречаться с Айденом и Кейси – да лучше сразу свести счёты с жизнью. Эти люди были ей противны. Айден был больным неадекватом, Кейси – помешанной на пытках и психически нездоровой. Их Районы были ужасными, под стать своим властителям. Но если сравнивать четвёртый и третий Районы, то Район Айдена – просто райское местечко. Роуз ни капли не задумывалась о том, что творится на её территории. Изредка проводила так называемые "чистки", убивая людей десятками, если не сотнями. Там было жутко до дрожи. Повсюду валялись изуродованные трупы, проломленные черепа на кольях чётко отмечали начало и конец границы, гуляли заражённые. Простые люди, которые, в попытках сбежать от жестокости и пыток Кейси, сами себя и убили. По лесу, который раскинулся по третьему Району, бродили мутированные волки с кровавыми глаза. А особняк, эдакое украшение Района, был окружён мёртвыми телами. На их лицах были высечены улыбки. Наверное, они действительно были рады, что их жизнь закончена. Немногочисленный народ Кейси напоминал полутрупов, хотя они всё ещё были живыми. Истощённые, с выступающими рёбрами, избитые и изуродованные. От голода они жрали друг друга, от безысходности пытались сбежать, но было некуда. Они словно были заперты. Они действительно были заперты. Город был окружён рвом. Рвом с отравленной водой. Стелла чувствовала лёгкое чувство страха, когда пересекала его. Одно неправильное движение, секундное головокружение и ты упал. И дальше только успокаивающая темнота, так ласково заключает тебя в объятия и прячет от всего ужаса внешнего мира. Ничего более. Когда они проходили к особняку Кейси, Стеллу бросало в дрожь от одного только вида тех людей, которые жили в городе Роуз. Их взгляды были полны страха, жуткой паники, на руках и ногах были страшные шрамы, у некоторых отсутствовали глаза. Завидев Кейси, они пытались спрятаться, искали укрытие, просто хотели куда-то деться, лишь бы подальше отсюда. Они чувствовали, что смерть близко, но не хотели умирать. Понимали ли они, что лучше просто сгинуть в небытие? Это ведь закончит все их страдания. Наверное, они уже давно ничего не понимали, кроме чувства бесконечного страха. Разговор с Кейси также был не самым приятным. А ещё бессмысленным и бесполезным. Ничего никогда не менялось. И Стеллу это бесило. Её крайне раздражало проделывать такой длинный путь ради... ради того же, что она слышала в прошлый раз. Но да ладно. Это можно стерпеть, учитывая то, что взамен Вышестоящие обеспечивают безопасность города Стеллы и её самой. Однако из всего это похода можно вынести один большой плюс – в ближайшее время ей не придётся сюда возвращаться. Стелла тихо вздохнула. Она устала. Целый день, проведённый в пути, изрядно изматывает. Как долго ещё идти? Стелла не знала. Она вообще плохо знала, где они находятся. Всё было одинаковым. Стелла кинула взгляд на Ромео. Он молчал, но его присутствие уже радовало. Становилось чуть спокойнее. Наверное, Стелла сошла бы с ума, если бы кого-то не было рядом. Обезумела бы. Хотя, смог бы кто-то заменить Ромео? Определённо, нет. А впереди ещё несколько часов однотипной дороги до второго Района...