От сессии до сессии живут студенты весело!

— Олег, привет. — Здрасти-мордасти, ты чего так поздно звонишь, Ать? — Олег, я выпила. После такого громкого заявления Олег живо сбрасывает дремавшего на его коленях Домика (Домик — сокращенное от Домового, соседский кот, которого не видно и не слышно в квартире, пока этот невидимый пройдоха не захочет жрать или в туалет по своим кошачьим делам) и нажимает «Стоп» на пульте, потому что эпический блокбастер подождет. А давать нетрезвой подруге лишний шанс на то, чтобы положить трубку и набрать другого Олега (под другим Олегом подразумевается бывший молодой человек Сорокиной) Олег нынешний не намерен. Совсем недавно они с ним повздорили из-за значимости литературы в истории человечества, после чего, пребывая в состоянии душевного волнения, парни вызвали друг друга на дуэль. Вооружившись линейками и сборниками по истории мировой литературы, восемнадцатилетние ПОИСТИНЕ СКАЗОЧНЫЕ олени скакали из одного угла аудитории в противоположный и издавали победный клич, который впоследствии обернулся для них выговором в стенах родного факультета. От воспоминаний приятно кружится голова, Орлов окончательно опустошает свою кружку с кофе и возвращается к теме разговора: — Это ты свое ОТЛИЧНО по фольклору отмечаешь? Или.? — По языкознанию, — со вздохом исправляет его Ата, и через телефонную трубку Олегу ОТЛИЧНО слышно, как граненый стакан чокается с бутылкой, — аминь. — Но языкознание у нас только послезавтра. — А я заранее, Орлов. Сам ведь знаешь, не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня. Орлов улыбается, Орлов ногой задвигает тетрадь с конспектами под диван и говорит, что сию же минуту заглянет к девушке в гости по причине совместного распития спиртных напитков за рабочим (=кухонным) столом. «Ты все сдашь, милая, ты все сдашь, чего ты себя так заранее расстраиваешь?». Дело в том, что Сорокина пьет только тогда, когда сильно чем-то расстроена или напугана. А последний в этой сессии экзамен — это та ещё нервотрепка для отличников, без алкоголя трудно справится! Поэтому справляться они будут вместе, вдвоем, если, конечно, Сорокина его любимую кружку с оленятами не раздолбала. — Я приду. Я уже одеваюсь, Сорочка, так что прекращай давай ныть и пить в одиночестве. — Долго идти. — Окстись, мать, мы живем на одной лестничной площадке. Я только кошачий лоток вынесу, окей? —... «Окей». Через восемь с половиной минут раздается звонок в дверь. Олег облокачивается об дверной угол и со смущенной улыбкой протягивает Ате недопитую бутылку минералки, глаза однокурсницы благодарно сияют. Они обнимаются прямо на пороге. — Хэй, слышишь, мы сдадим с тобой языкознание на пятерки и ломанемся в театр на «Евгения Онегина», потому что Юрке удалось урвать для нас два последних билета. Окей? Вместо ответа Сорокина утыкается в чужое мягкое плечо и начинает икать, Домик, решивший составить хозяину компанию, ложится ей в ноги и начинает громко мурлыкать для того, чтобы его погладили. Олег улыбается и лезет в левый карман за аспирином от похмелья. (Заранее). (спустя какое-то время) — Тебе кран на кухне починили? — Я думала, ты починишь. ОТЛИЧНО он в гости сходил. Они оба ОТЛИЧНО сдали языкознание.