Пусть тает лёд

Прошла неделя. После тех заданий на доверие, девушка и вправду начала доверять Плисецкому и поэтому, Яков начал обучать пару различным поддержкам. И у них все получалось. Были падения. Были синяки и небольшие ссадины, но через это проходят все. И в конечном итоге все выходило. На тренировках они были будто одним целым. Сливались воедино и понимали друг друга без слов. По технике они были превосходны, но как же чувства? Их общение ограничивалось только лишь тренировками, поэтому ни парень, ни девушка не были до конца уверены в том, что они почувствуют любовь в танце. Совсем скоро им предстоит изучить программу для проката. Барановская уже несколько дней подряд приходит на тренировки, смотря на то, как пара фигуристов безошибочно выполняют разные поддержки, записывая что-то в блокнот. Было понятно, что она потихоньку составляет программу, основываясь на сильных сторонах молодых людей. И вот настал тот день, когда Лилия представляет план программы. Прыжки, поддержки, шаги. Ничего особенного. Все это парень и девушка проходили много раз. Самой большой проблемой для них все еще остаются чувства. Изучение программы стало для них одной из самых легких частей тренировки. Выучить последовательность действий легко. Гораздо сложней безошибочно исполнить танец на льду. Чтобы все было гладко, как сам лед.

***

— Прошло уже две недели наших совместных тренировок, а я все еще ничего о тебе не знаю, — пара фигуристов только что вышли из Ледового дворца, собираясь отправиться домой. Девушка уже хотела помахать рукой на прощание, но Юрий, видимо, не желал так просто прощаться. — А должен? — Ржевская нахмурилась. — Мы представим программу и все. Разойдемся по разным сторонам катка и будем тренироваться отдельно. — Нам же нужно показать любовь, а для этого мы должны узнать друг друга получше, — Марго было непонятно то, как Плисецкому удавалось так быстро меняться в настроении. Буквально пятнадцать минут назад он злился из-за того, что у нас не получается поддержка, а сейчас он такой спокойный. — Ты что-то хочешь мне предложить? — Мы можем сходить к кому-нибудь домой и поговорить за чашкой кофе, — парень засовывает руки в карманы куртки. — И ты намекаешь, что «к кому-нибудь» — это ко мне, — Ржевская кивнула самой себе, намекая, что ответа она не ждет. — Ну, так пустишь? — А, что мне еще делать? Ты же не отстанешь, а я сейчас слишком уставшая, чтобы спорить, — фигуристка тяжело вздохнула. — Пошли. Идти до дома девушки всего минут десять, но, кажется, что они идут больше получаса. Ржевская впереди, а Юра плетется чуть позади. Как они собираются общаться дома у девушки, если сейчас, за всю дорогу, они не обронили ни слова? Плисецкий, кажется, понял, что это была плохая идея, но отступать поздно.

***

«Зачем я вообще пускаю его к себе домой?» — Чай? Кофе? — девушка скинула с себя куртку, проходя на кухню. — Кофе. Только без сахара, — Юрий прошел в гостиную. Так как квартира девушки была студией, гостиная и кухня были совмещены и парень видел, как фигуристка готовит злополучный напиток. — Тебе нравится более крепкий кофе? — девушка смотрит на парня через плечо, бросая на него короткий взгляд. — Да, — парень кивает, но после понимает, что на него не смотрят. — Мне тоже, — Ржевская заливает в кружки кипяток. Парень безотрывно следит за движениями девушки. Плавные и нежные. «Кто она вообще такая?» — Все считают, что ты без души, — Марго замерла, после услышанного. — Чего? — светловолосая нахмурилась. — Ты такая холодная, — парень вздохнул. — Будто тебя ничего не волнует. Твои эмоции на льду — это безразличие и злость. И даже если ты падаешь, то обязательно встаешь и на лице ни грамма боли или обиды. — Ты сам так делаешь, разве нет? — Да, но у тебя это по другому, — никто не ожидал такой реакции от фигуристки. Она просто усмехнулась. — Приму это за комплимент. — Вот даже сейчас. Нормальная девушка обиделась бы на это, — парень сжал ложку в кулаке, повышая голос. — А на что обижаться? На правду? — Ржевская также повышает тон. — У меня такой характер и я это понимаю. — Как-то даже слышал, что тебя назвали «Ледяное сердце» — парень чуть усмехнулся, откидываясь на спинку стула. — Да, я знаю. Эти фигуристки из другой группы меня совсем не любят. Но… — девушка замолчала на пару секунд. — Мне плевать. — С чего они тебя так ненавидят? — Может им не нравится, что я лучше их, — девушка улыбнулась. «Она улыбается» — Не думаю, — с усмешкой сказал Юрий. Фигуристка всего лишь цокает, отводя взгляд. — Извини за этот вопрос, но у тебя был не очень удачный опыт в отношениях? — С чего ты это спрашиваешь? — Просто, когда у нас была самая первая тренировка с Лилией, я частично услышал ваш разговор. Честно я не очень вник в это, но сейчас мне интересно. — А что ты вообще слышал? — То, что ты около года назад встречалась с кем-то и это плохо кончилось, а сейчас ты до сих пор не можешь отпустить это, — парень замялся. — Как-то так. — Ты хочешь, чтобы я рассказала эту историю тебе? — кофе немного обжигает язык. — Хочу, но я не давлю на тебя. — Могу рассказать. Почему бы и нет? Мне не жалко, — девушка сделала еще один глоток крепкого напитка. — Это началось около года назад, мне тогда было пятнадцать. К нам в класс пришел новенький. Его звали Кирилл и мы, как-то сразу начали общаться. Простое общение переросло в симпатию и с его стороны, и с моей. Это была моя первая влюбленность и поначалу, я не была уверена в том, что он мне на самом деле нравится. Чисто из-за того, что я никогда не чувствовала чего-то подобного, но он меня уверил в том, что даже если мне всего лишь, кажется, то его любовь настоящая, — девушка усмехается. — И тогда мои мысли помутнели. Я была уверена в том, что я его люблю и в том, что я счастлива и все на самом деле было хорошо первые месяца три, а после он изменился, — светловолосая тяжело вздыхает. — Ты можешь не говорить, если тяжело, — в комнате чувствовалось напряжение. Тихий голос Марго не успокаивал, а напрягал все больше. — Все нормально, — Ржевская поджала губы, — Он стал более грубым со мной и компанию друзей сменил. Однажды он пригласил меня погулять с его друзьями, и я согласилась. Там было где-то пять парней и столько же девушек. Все были в парах, так сказать. Мы гуляли, но мне было скучно даже в компании девушек. Они были настоящими девочками подростками, которые красились, как будто им уже тридцать есть. Их называли в моем кругу «девочки на пафосе». Совершенно неприятные особы, — фигуристка нахмурилась. — Я хотела быстрей от туда уйти, но у меня тогда был совершенно другой характер. Я не была, как ты говоришь «холодной» или злой, а была ранимой и достаточно стеснительной. Так что просто попрощаться я не могла. Но я все-таки решаю сказать Кириллу, что мне не хочется больше гулять и я отвожу его чуть дальше от этой компании и говорю ему это. Конечно же я ожидала, что он скажет, что все хорошо, но он отводит меня еще дальше и начинает кричать. — Кричать? Из-за чего? — Плисецкий перебивает девушку в недоумении. — Какой дебил будет ругаться из-за этого? — Я тебе про него и рассказываю, — светловолосая усмехается. — Он начинает кричать, что я его позорю и, что он не хочет быть один без пары. Я даю ему отпор, сказав, что это не мои проблемы. И самое неожиданное для меня это то, что он замахивается для пощечины. — Он тебя ударил? — Почти, — девушка отводит взгляд. — Мимо проходил прохожий, который оттолкнул Кирилла от меня. Мужчина начал кричать на него, а я убежала, но это еще не вся история. Тебе не скучно это слушать? — Нет, продолжай, — парень начал вскипать от мысли, что этот Кирилл хотел ударить Марго только из-за того, что ей было скучно в его компании. Плисецкий и сам не блещет нежностью, но ударить девушку он бы себе не позволил. Его не так воспитывали. — На следующий день я прихожу в школу и встречаю его там. Он подходит ко мне и начинает извиняться, но я не собиралась прощать его. Я понимала, что он и дальше будет позволять себе бить меня. Он еще какое-то время извинялся, но после всех моих отказов его терпение, видимо, исчерпалось. Теперь он не кричит, но говорит на повышенных тонах.

Flash back

— Да ты кто вообще такая? Как ты меня достала, боже мой. Мне надоело тебя использовать. Досвидос, фигуристка, — высокий парень разворачивается на каблуках, уходя от ошарашенной девушки. Мне надоело тебя использовать. …тебя использовать. …использовать… «Я была всего лишь игрушкой?» — Кирилл! — парень оборачивается на девичий голос. — Чего тебе еще? — Что значит использовал? — А ты не поняла? Мне нужна была девушка для того, чтобы быть в компании тех, с кем мы вчера гуляли. Они сказали, что с ними могут общаться только те, у которых есть пара. Думаю, что вначале ты мне и правда нравилась, но позже я хотел с тобой расстаться. Меня остановило только это «правило». Я не понимаю, как я тебя вообще терпел столько. Ты же такая зануда. Смех… Он смеется. Прямо мне в лицо. Кажется, что что-то сломалось внутри.

End Flash back

***

— Думаю, что тогда что-то щелкнуло. Я перестала доверять парням, но у меня были друзья парни, с которыми я общалась уже много лет. Им я все еще доверяла, а других я подпускала очень осторожно. — А мне ты сейчас доверилась? — Я думаю, что… — девушка прикусила губу. — Думаю, да. Доверилась и, честно говоря, это странно, но я не боюсь, что ты кому-нибудь это расскажешь. Тебе это просто не нужно. — Я же не девчонка-сплетница, — парень хмурит брови. — И я на самом деле спрашивал это чисто из интереса.

***

И вечер пролетел незаметно. Это был первый раз за последние пол года, когда Ржевская чувствовала себя комфортно в компании парня. Они шутили и смеялись, а парень даже не заикнулся по поводу ее прошлого. Он понимал, что ей не очень приятно говорить об этом, хотя она пыталась показать, что это не так. У Плисецкого конечно и были некоторые вопросы, но он предпочел промолчать и не напрягать этим фигуристку. Девушка осталась одна только около одиннадцати вечера, когда парень ушел, предварительно обменявшись номерами телефонов с Марго. «Это был самый странный вечер в моей жизни.»

***

Новый день — новая тренировка. Хоть мне и не удалось выспаться после вчерашнего вечера с Плисецким, я готова тренироваться. Осталось всего две недели до сдачи программы. Мы с Юрой занимаемся отдельно без Якова и Лилии, так как это должен быть сюрприз для них. Даже если Барановская и поставила номер она, видела его в нашем исполнении всего один раз, когда мы его учили. Яков в этом не принимал участия, занимаясь с другими фигуристами. Хореографический зал пуст, но я все равно начну разминку без Юры. Мне особо приятно растягиваться в одиночестве со спокойной музыкой в ушах. Когда ты в большей мере можешь чувствовать свои мышцы. Чувствовать саму себя. Свое тело. Я настолько погрузилась в саму себя, что не заметила, как вошел Плисецкий. — Эй, Ржевская, — сказал светловолосый, снимая с меня один наушник. — Ты слышала меня вообще? — А ты что-то говорил? — я продолжила тянуться, а парень раздраженно выдохнул. — Барановская сказала, что у нас всего неделя для подготовки вместо двух, — а после куртка Юрия полетела куда-то в угол. — Как неделя? — я хмурю брови. — Почему она срок сократила? — Я понятия не имею. Мои попытки узнать обернулись провалом. Она просто развернулась и ушла. Юра начал разминаться, но по его хмурому лицу было видно, что он недоволен и хочет узнать, что же случилось. Как ни крути, но я так же возмущена такому заявлению. — Я спрошу у Якова, когда мы на лед пойдем. Он должен нам рассказать, — я встала на ноги, собираясь прыгать. — Хорошо. Нам нужно больше заниматься, чтобы успеть за неделю. — Я понимаю. Все последующие минут десять, пока я находилась в зале, мы не обронили ни слова. Но между нами не было неловкости. Мы просто молчали, наслаждаясь тишиной и периодическими звуками приземления после прыжков. Но я ушла на лед чуть раньше Юры. До того момента, когда он все-таки явился на катке, я уже разминалась на самом льду. Якова пока не было и поэтому, в помещении слышалось небольшое гудение и скрежет моих коньков. Это самые лучшие моменты на катке. Только ты и лед. Идиллия. — Никого еще нет? — в помещение проходит Плисецкий, оглядываясь по сторонам. — Как видишь, — я подъезжаю к бортику, где стоит Юрий. — У тебя же зрение нормальное. Тогда я медленно начинаю опускаться на лед. Раскинув руки и ноги, я всем телом чувствую этот холод. Такой родной. Будто это мой дом. Но это и есть мой дом. Прикрыв глаза, я глубоко вдыхаю прохладный воздух Дворца. — Зачем ты легла? Простудишься же, — слышу стук лезвий об лед. — А ты заботишься обо мне? — я усмехаюсь, даже не открывая глаз. — Мы уже через неделю должны показать программу, а ты болеть собралась, — чувствую, что он все еще рядом и смотрит на меня сверху вниз, — Ты вялая сегодня какая-то. — Просто спокойная. И я расслабленно выдыхаю, прижимаясь лопатками ко льду так, словно хочу слиться с ним. Стать одним целым и жить в нем. Я хочу чувствовать этот холод всегда, каждой частичкой своей души. Вдох. Выдох. Но мне придется встать, ведь я на самом деле могу заболеть. Первое, что я вижу перед собой, открыв глаза это зеленый взгляд Юры. Хмурый, чуть раздраженный взгляд. Я сажусь, прерывая наш зрительный контакт. — Все таки встаешь? — он чуть приседает и подает мне руку, а я принимаю ее. Чуть потянув меня вперед, я встаю, начиная отряхиваться. — Разминайся. Я воду пойду заберу из раздевалки.

***

Девушка возвращается на ледовую площадку с бутылкой воды. Она видит как молодой фигурист наматывает круги по периметру катка, разминаясь. Он скользил по льду, не заботясь о том, что упадет. Кажется, он даже не заметил, как вошла девушка. Но Марго слышит мужской голос тренера за своей спиной. — Ржевская, ты чего на входе стоишь? — Яков подходит ближе. — Ты только пришла? — Нет, мы с Юрой здесь уже около получаса, — девушка поворачивается к тренеру лицом. — Я хотела спросить почему вы нам сократили срок подготовки парной программы? — Просто мы с Лилией решили, что вам с Плисецким лучше начать подготовку к следующему сезону чуть раньше, — мужчина пожал плечами. — Иди тренируйся пока лед свободный. Фигуристка кивает и заходит на арену. Громкий хлопок двери привлекает внимание Юрия и он останавливается, смотря, на только что вошедшую девушку. — Ржевская, давай тренироваться, — парень махнул рукой, зазывая Марго на лед. — Я встретила Якова у входа, — сказала голубоглазая, подъезжая к Плисецкому. — Ты спросила у него про сроки? — пара начинает вместе катиться по льду. — Конечно. Они с Лилией хотят, чтобы мы начали отрабатывать программы для следующего сезона чуть раньше, — девушка хмурит брови. — Не думаю, что всего одна неделя принесет больших результатов, — зеленоглазый парень так же хмуриться. Сейчас на льду пара. Пара фигуристов одиночников. Пара молодых людей с похожим, но при этом абсолютно разным характером. Оба — хмурые. Оба раздражительные. Оба — стальные. С утра до ночи в тренировки. Они хотят радости, смеха и свободы! Но они выключают эти чувства и идут на лед. Готовятся работать, как роботы. А ведь они живые люди. У каждого своя цель, свои желания. Каждый хочет саморазвиваться. Каждый хочет побед не только на соревнованиях, но и над собой. Хотят быть лучше, быстрее, сильнее.

***

Тренер все видит. Он все понимает. Яков знает, что это лучшие его ученики вместе с Виктором. Как и в Никифорове он чувствовал, что эти дети сильные. Что у них есть цель и каждый из них добьется ее. И эта пара молодых фигуристов помогут друг другу.