Strange Love

      Трель школьного звонка разносится по коридору, и из уст Кэролайн срывается тяжёлый вздох. Она делает решительный шаг, переступая порог, а после оглядывается по сторонам. Когда-то именно это и было предметом ее мечтаний — популярность в школе, большое количество знакомых, чтобы те толпами поклонников бегали за ней. Сейчас Форбс хотела лишь выжить в этой сверхъестественной борьбе. Пару раз даже ловила себя на мысли, что готова хоть сейчас бросить все и уехать из этого клятого города, только не может бросить ни друзей, ни маму. Такая уж она — Кэролайн Форбс — излишни преданная, по-своему правильная, не умеет идти на попятную, просто не привыкла.       Когда блондинка достигает нужного ей кабинета, то мысленно радуется, что учитель еще не на месте. Может, она и бессмертный вампир, однако выслушивать претензии учителей насчет опоздания все еще неприятно.       Занимает свое место, отмечая виноватый взгляд Елены на себе. Кэролайн обещала Стефану, что поговорит с Гилберт, однако прошел уже день, а сил она в себе так и не нашла. Жалеет о сказанном, но виноватой себя не считает. Впрочем, нет, терять дружбу с этой девушкой только из-за небольшой ссоры, причиной которой Сальваторе-старший является, не намерена. Отчего Форбс смиренно высидела этот урок, но стоило звонку оповести о его конце, как она тут же подорвалась с места, направляясь к подруге. — Елена, послушай, мне жаль, что наговорили вчера. — Отчасти это правда, Кэр. Я не имею права тебя осуждать. Может, твой Ник, действительно, хороший парень, — говорит та, обхватывая блондинку за плечи. — Парень, которого ты заслуживаешь.       Кэролайн выдала порцию улыбки, а после заключила подругу в объятиях. — Он правда хороший. И вы сами в этом убедитесь, когда встретитесь с ним. — Звучит здорово, — улыбнулась Гилберт.       Елена действительно беспокоилась за подругу, понимая, что Кэролайн — один из тех людей, что в самом деле заслуживает лучшего. Даже не взирая на вампиризм, она осталась собой — светлой девочкой, стремящейся к идеализму. — Где и когда? — Сегодня в девять в Мистик Гриль, — произносит Кэролайн, направляясь к выходу. — О, и да, передай Деймону, что его никто не звал, хотя, кого я обманываю, он все равно придет, — добавляет девушка, замечая, как сдерживает смешок Елена.       Говоря откровенно, идея со знакомством была спонтанной, она отнюдь не собиралась делать этого, однако сейчас подобное решение кажется правильным. Осталось предупредить об этом Ника.       У нее все еще были двоякие чувства относительно молодого человека. У них было лишь два свидания, один поцелуй и теперь ей казалось, что она торопит события, однако такое было вздором для той, которая вскоре умрет.       Так или иначе, Кэролайн часто прокручивала в голове эту информацию, пытаясь смириться с этой мыслью. Подобное было невозможно, поэтому блондинка твердо решила не тратить время впустую. Так мало времени у той, что только начинает распробовать вкус жизнь. Поэтому, может, стоит заполнить пустые страницы яркими красками? И найдя в этом свое оправдание, блондинка покидает пределы школы. Какая разница, какая у нее успеваемость, она же вампир, черт возьми! Странно, но впервые почувствовала какую-то гордость от этого. Гордость, которая не влекла за собой стыд.       В первую очередь, Кэролайн решает поговорить с Ником насчет вечера. Решает устроить ему сюрприз, отчего и направляется в гостиницу, в которой тот поселился. Вот только девушка не думала, что сюрприз будет ждать ее. — Послушайте, девушка, я знаю, что он поселился в этой гостинице, — утверждала Форбс. — Девушка, это вы меня послушайте, я не могу вам выдать информацию о клиентах, тем более, когда вы знаете только имя, но даже если так — никакого Николаса в нашей гостинице нет, — в который раз, произносит сотрудница гостиницы.       Это было странно. Форбс сама проводила Ника в эту гостиницу, она ведь точно не ошибалась. Подобное заставило посеять очередное сомнение в душе блондинки.       Она вышла из здания отеля, набирая номер Ника, однако натыкается лишь на долгие гудки, а после и те обрываются монолитным голосом оператора. — Какого черта, Ник?! — выругалась девушка.       Набирала она его еще не раз, и далеко не два, однако ответа так и не получила. Тень горькой улыбки упала на лицо, когда она осознала, что тот просто сбежал. Со всеми своими красивыми речами, благородными манерами и всем эти до тошноты идеальным видом просто исчез, оставив ее одну в этом чертовом городе, улицами которого блуждает неуравновешенный древний вампир, который должен ее убить!       Кэролайн почувствовала какой-то невероятный прилив злости от всех этих мыслей. И хотя понимает, — прекрасно понимает, что не имеет на это право, что для него же лучше, если уберется с этого города куда подальше, что останься он, и ничем помочь не сможет, лишь станет очередной жертвой, да только эмоции все равно били ключом, и она не могла их собрать воедино. Было обидно, что Ник сбежал вот так, без телефонных звонков и прощаний, без обещаний, что оба нарушат, стоит ему лишь покинуть город. Разве она не заслужила этого банального «пока»?       Еще пару минут, и слезы точно бы начали глаза жечь. Приходится откинуть, куда подальше эти мысли, и направится на встречу с друзьями. Она сообщит, наверняка, радостную для них новость, потешит самолюбие Деймона в который раз. Впрочем, плевать, пусть думают, что хотят.       Однако этого утешения было недостаточно, чтобы откинуть эти мысли куда подальше. Всю дорогу в голове прокручивала речь, с которой она должна предстать перед друзьями. И, кажется, Кэролайн нашла почти идеальный вариант, но забыла его, в ту же секунду, когда почувствовала чью-то руку на своем плече. — Гулять ночью одной не самое лучшее занятие, милая, — его голос звучит как всегда бодро, весело, и это злит ее еще больше.       Клаус разворачивает девушку к себе лицом, а после оставляет поцелуй на ее губах.       Вряд ли когда-то признается самому себе, однако скучал по ней. С каких пор в нем живет эта привязанность к этой девушки, Клаус не знал, но ни на мгновение не мог выкинуть ее из головы. Мужчина уверен, что и она наверняка думала о нем. Это было очевидно, раз обрывала его телефон своими звонками. И Боже, как ему хотелось ответить, однако он занят был иными делами.       Стоит ли при таком раскладе говорить, как сильно удивился вампир, когда не получил ответа на свой поцелуй? — Кэролайн? — Что? — ее голос сквозил раздражением. — Что не так? — Я не знаю. Разве что-то не так? — молвит она, продолжая свой путь. — Кэролайн, — еще немного и терпения потеряет и он. — Что? — Прекрати! — невольно голос на крик срывается.       Он разворачивает ее к себе — резко, грубо. — Отпусти. Мне больно. — Нет, пока не объяснишь, что происходит. — Нечего объяснять, Ник. Ты пропал, исчез. — На день, Кэролайн. На один чертов день! Из этого обязательно делать трагедию, такого масштаба?! — Да, обязательно! Потому что ты не понимаешь, в каком городе мы живем, через, что проходим, — говорит она, и что есть силы, отталкивает от себя мужчину. — Это единственная причина? — Тебе этого мало?       На его лице прорисовывается улыбка. В который раз ее слова умудряются затронуть самые темные уголки его души, впустить в них свет, и где-то на подкорках сознания ему это не нравится, однако эмоции скрыть не в силах. Подходит к девушке, аккуратно заправляя непослушную прядь волос за ухо. — Не стоит беспокоиться обо мне, Кэролайн. Я же уже говорил это. Со мной все будет в порядке. — Но я не могу, понимаешь? Не могу. Если я не буду беспокоиться, это будет означать, что мне все равно. А мне, прости, но не плевать на тебя. И, если тебе так трудно принять это, то лучше просто уходи сейчас, пока это все не переросло в нечто большее.       Убирает его руку со своего лица, лишь на мгновение задерживает свой взгляд на нем. Что-то внутри сжималось от мысли, что это может быть расставания. Она не хотела этого, однако позволила себе произнести эти слова. Обходит его, пытаясь сдержаться, чтобы не обернуться, чтобы не посмотреть на смятение на его лице. И ждет — так отчаянно, до едва уловимого покалывания под ребрами ждет, — что он окликнет ее — остановит, а он почему-то молчит. Неужели так все равно? Неужели она все себе придумала? — Я не привык, что кому-то может быть не все равно на меня, — как-то нерешительно произносит он, и она останавливается от его слов. — Но уходить я не намерен. — Хорошо, — подходит она вплотную к нему. — Потому что я не хочу, чтобы ты уходил, — молвит она и тянется за поцелуем.       Как-то в одночасье все стало таким правильным — его исчезновение, их разговор и этот поцелуй. Для Кэролайн все обретает какой-то неподдельный смысл, но кипу вопросов унять все же не в состоянии. Однако она решает все оставить на завтра, на сегодня и так разбирательств достаточно. — Я хотела познакомить тебя со своими друзьями, — тихо произносит она, немного отстранившись от мужчины.       Клаус улыбается, услышав подобное. Это ему и нужно было, да только как-то непривычно гадко от этой мысли становится. Он хотел этого, стремился, а сейчас… почему чувствует, что неправильно все это? И, к сожалению, ответ ему известен. Пытается отмахнуться от этих мыслей, беря девушку за руку. Переплетает их пальцы, и довольно-таки мягко произносит: — Я с радостью, любимая… С радостью.