Perfect hatred

      Деаг Грав был похож на человека. На первый взгляд — старик в балахоне, покрытый шрамами от ожогов. Немного сгорбленный, худощавый и, казалось бы, совсем неопасный. Но взгляд легко цеплялся за мелочи, в первую очередь за движения — неестественные, дёрганые, больше похожие на куклу или наскоро созданную трёхмерную анимацию. Даже мимика заставляла проваливаться в «зловещую долину». Только жёлтые глаза, излучающие ярость, были хоть чем-то, не столь отталкивающим.       И этот невероятно древний жрец ада, ковыляя, надвигался на Трейсер. Обманчиво хрупкий, тощий как жердь и на голову выше Лены даже в сгорбленном состоянии, он был силён. Слишком силён. Таким и должен быть демон, некогда давший своим слугам аргент-плазму, разрушивший Аргент д’Нур и тысячи лет спустя обезвредивший самого Палача Рока.       — На что ты надеялась? — насмешливо спросил он скрипучим голосом. — Думала, что сможешь убить меня?       Лена медленно отступала, держась за правую руку. Три длинных раны от когтей от плеча до локтя немилосердно болели и кровоточили. Аргент-плазма в крови делала своё дело, но даже с ней заживление было не мгновенным: рука висела безжизненной плетью. Это было далеко не единственным признаком того, через что пришлось пройти. Прорехи, царапины, вмятины, недостающие бронепластины — бронекостюм «Овервотча» принял на себя много. Как и само тело Трейсер.       — Глупо, очень глупо и безрассудно, — продолжил Деаг Грав, следуя за ней по пятам. Жертве некуда уйти с площадки: дверь в ритуальный зал закрыта, единственный коридор сквозь скалу охраняют Бароны, единственный оставшийся выход — глубокая пропасть. Именно в ту сторону и отступала Лена. — Не знаю, по своей ли воле ты пришла или нет, но это твоя ошибка. Сдайся, и я дарую тебе быструю смерть.       Агент Окстон продолжала отступать, следя за каждым движением врага. Она не верила ни единому слову жреца. Ни один демон не проявит милосердия, это противоречит самой их природе. Если Деаг Грав сможет пытать её, он будет это делать. Не сможет — разорвёт на части заживо. Другого не дано.       Пальцы на правой руке судорожно дёрнулись. Кровь перестала капать. Начала возвращаться чувствительность. Это больно, но Лена давно перестала бояться боли. Тем более такой, ибо есть вещи в разы хуже, чем ускоренная регенерация. Ещё немного — и можно будет снова призвать силу Ул-Транкс и атаковать Деага Грава. Но это будет чистым самоубийством. Да и не нужно это.       — Живёшь. Борешься. Зачем? — спросил демон-жрец. — Ты пытаешься остановить неотвратимое. Воины, что были сильнее и опытнее тебя, бесславно пали.       Трейсер сделала ещё шаг назад. Раны на руке больше напоминали глубокие царапины. Саднящие, неприятные, но не более того. Ещё два шага. Пятка ощутила край площадки. За спиной — сотни метров пустоты. В спину светило кроваво-красное солнце, заливая площадку своим тусклым светом.       — Борьба лишь ухудшит твою участь, девочка, — произнёс Деаг Грав. В его левой руке, смахивающей на когтистую лапу, загорелось чужеродное пламя — сгусток плазмы, усиленной за счёт аргент-энергии.       Лена улыбнулась. Правда, улыбка больше походила на оскал. Особенно на её запачканном кровью лице.       — Раз так, то я ухожу.       Раскинув руки, она наклонилась назад и сорвалась в пропасть. Огненный шар в руках Деага Грава погас. Демон медленно подошёл к краю и посмотрел вниз. За его спиной раздался радостный смех.

***

Ранее

      Лена шла на автомате. Она не думала, в каком направлении несут её ноги. Просто шла туда, куда шлось. Чувств почти не осталось. Она была опустошена и сломлена. Ни веры, ни надежды. Лишь пепел мёртвых демонов да оторванные части, почему-то не всегда «пожираемые» бесплотной попыткой регенерации. И разрушенный жертвенник. Трейсер не пожалела импульсных бомб, чтобы проклятое сооружение развалилось. Не ради каких-то высоких целей: девушка не обманывалась. Она просто сорвала отчаяние и гнев. Превратилась в комок ярости, разорвавший на части демонов, принявших её за лёгкую добычу, и ушла.       Она остановилась перед входом в пещеру, перебирая всё, что случилось за последние две недели. Сначала убийство Эмили, потом беспросветная депрессия и новая миссия, на которую Лена отправилась с остальными, чтобы отвлечься от своего горя. Но вышло наоборот: знакомство с демонами и закрытие портала ценой её переноса в Ад. Именно здесь Лена получила силу Ул-Транкс, а в её крови оказалась аргент-плазма, дающая силу и живучесть, сравнимую с младшими демонами. А потом всё пошло прахом: Трейсер нашла душу Эмили, которую принесли в жертву, но не успела спасти её от порчи. Единственным способом избавить её от страданий в облике Забытой души было уничтожение.       И теперь Лена снова была тут. И не было разницы, заходить в пещеру Нечестивого или нет. Всё вдруг лишилось смысла, даже сила аргент-плазмы в крови и Ул-Транкс в душе не могли этого изменить.       В глубине пещеры всё так же находилась маленькая комнатка со столом и стулом. В соседней виднелся лежак. Ничего не изменилось, разве что на столе появилась свеча. А рядом с ней — и нацарапанная надпись. Знания Ул-Транкс уже уложились в её памяти и казались собственными воспоминаниями, так что демонописный текст, вырезанный на подгнившем дереве, прочитался сразу. Да и состоял он всего лишь одного слова: «Ярость».       Он догадывался? Или такой же незваный гость, у которого ничего не осталось?       Лене было плевать, как Нечестивый отнесётся к её возвращению. Хотелось просто отдохнуть. Поспать на жёстком лежаке. И плевать, что может случиться за это время и где сейчас сам хозяин пещеры.       Только растянувшись на лежаке, она поняла, как сильно устала. Сон пришёл мгновенно. Тяжёлый, давящий, не приносящий желаемого покоя. Какая-то мешанина из обрывков воспоминаний: перепуганная Ангела, светящаяся фиолетовая сфера, мёртвая Эмили, перерубленный дверью рыцарь ада, кровь на руках… Лена ворочалась, порой просыпаясь и тут же возвращаясь в царство Морфея… вернее, какого-то его демонического собрата.       Проснулась она отдохнувшей, но абсолютно подавленной. Навалилась апатия. Лена не знала, что делать. Скорее на автомате, чем осознанно, она села за стол, на котором стояла порция уже знакомой безвкусицы.       — Ты вернулась, — раздался голос Нечестивого.       — Да. Я не справилась, — коротко ответила Трейсер.       Ей сейчас хотелось поговорить. Хоть о чём-нибудь. Не сидеть в одиночестве под грузом своих бед. Хоть перекинуться парой слов с сущностью, о которой не знал даже передавший свои знания Ул-Транкс.       — Что будешь делать теперь?       Лена отодвинула опустевшую плошку. Она не знала, что ответить. Только прокручивала в голове «вчерашний» разговор про портал.       — Нужно уничтожить зарождающийся Разлом с этой стороны, и всё придётся начинать сначала. Если никто не поможет Тёмным Владыкам с той стороны, они не смогут проникнуть в твой мир.       Трейсер не верила в то, что сможет это сделать. Длинная череда поражений окончательно выбила её из колеи. Слишком много провалов, слишком много потерь.       — Я не справлюсь, — выдохнула она. — Я… не тот человек, который доведёт это до конца.       — Правда? — в голосе слышалось сомнение. — Тогда расскажи, как ты здесь оказалась. Всю историю.       Лена начала рассказ. Сначала это давалось ей легко, пока удавалось мысленно отстраняться от всех событий. Она рассказала всё, что видела, что узнала из записей мёртвого учёного и что поняла позже. Нечестивый молчал, но оставался здесь: Трейсер чувствовала его присутствие, временами откликавшееся пульсацией аргент-плазмы в крови. Но под конец истории она уже с трудом держала себя в руках. Эти воспоминания были самыми свежими и болезненными. Бой, где она поглотила Ул-Транкс, Лена рассказала со всеми подробностями и события у Жертвенника хотела пересказать совсем кратко, но не выдержала. У неё был свой предел.       — Она была там… совсем близко… — она вытирала слёзы, с трудом говоря сквозь рыдания. — Я почти добралась до Эмили… но проклятый имп… она стала Забытой душой! Я не успела… не успела…       Она закрыла лицо руками, не в силах продолжать рассказ. По пещере разносился плач. Через несколько минут рыдания стали затихать.       — Мне пришлось уничтожить все Забытые души, — на грани шёпота произнесла Лена. — Она была там… не понимала, что происходит. Звала меня, просила помочь. А я… я ничего не могла сделать! Я снова не справилась! Как всегда! А они… эти твари просто стояли и радовались.       В кончиках пальцев закололо. Словно горячие искорки заметались под кожей. То, что случилось потом, Трейсер помнила во всех подробностях. Арквайл, импы, барон ада, другие демоны, стягивавшие кольцо. Каждого.       — Что случилось потом? — спросил Нечестивый.       — Я их убила! — вдруг выкрикнула Лена. — Всех до единого! Я уничтожила жертвенник! Одного завалило обломками, он умирал медленно… и мне… — она посмотрела на свои руки. — Я подумала, что эти страдания — гораздо меньше, чем-то, что он заслужил.       Бестелесный союзник молчал. Он всё ещё находился где-то рядом.       — Одна? Значит, справишься, — безапелляционно заявил он. — Ты не представляешь, какая сила тебе досталась. Аргент-плазма, способности и знания Ул-Транкс… даже Палач Рока не смог разрушить личность такой сущности, — он говорил не спеша, давая время на понимание сказанного. — Ты — единственное существо в Аду, которое может окончательно закрыть портал.       — Даже если так, то… зачем? — спросила Лена, убирая ладони от лица. — Я… не знаю, что мне делать.       Ответ был дан сразу же:       — Лена Окстон, твои враги ещё живы. Те, по чьей вине открыт проход между мирами, ещё живы. Книга, которую они использовали, всё ещё у них. Демоны, готовящиеся атаковать твой мир, не знают милосердия, — голос Нечестивого с каждой секундой становился всё твёрже. — Те, кто причинял тебе и другим зло, продолжат делать это, пока их не уничтожат демоны. Ты хочешь этого?       — Нет! — крикнула Трейсер, сжимая кулаки.       — Тогда что тебе нужно? Ради чего ты будешь готова пойти и уничтожить зарождающийся портал? — вопросил древний враг демонов.       Ответ лежал на поверхности. Голос Нечестивого словно входил в резонанс с её мыслями, сбивая сердце с ритма. В нём чувствовалась твёрдость. Он знал, о чём говорил. Он видел, что нужно Лене, лучше её самой.       Трейсер медленно сняла с рук перчатки. Она не до конца понимала, что делает и что хочет увидеть. Но то, что там было, намертво приковало её взор. По коже расползлись красные прожилки, слабо светящиеся и пульсирующие в такт биению сердца. Аргент-плазма. То, что давало демонам их невероятную силу и позволяло их ярости сокрушать даже самую стойкую оборону.       Ярость. То, что она почувствовала у жертвенника. То, что дало ей силы уничтожить нападавших. То, что проведёт её сквозь Ад. То, что позволит ей посмотреть в глаза Роковой Вдовы, прежде чем прикончить её. То, что сделает с «Когтем» то же самое, что случилось с демонами в каньоне.       — Месть, — наконец ответила Лена. — Я уничтожу «Коготь».       Гнев в её душе требовал выхода. И скоро это случится. Горе тому, кто посмеет ей помешать.       — Храм портала закрыт, а сам проход нельзя просто взять и уничтожить, — произнёс Нечестивый. — Но я знаю, где ты найдёшь нужные ключи. Но демоны не позволят тебе до них добраться.       — Я не собираюсь спрашивать разрешения, — холодно произнесла Трейсер, вскидывая голову.       — Тогда я расскажу, что делать. И возьми оружие, — за спиной что-то лязгнуло. Обернувшись на звук, Лена увидела штурмовую винтовку. Довольно громоздкую и тяжёлую на вид, но достаточно грозную, чтобы внушать уважение. — Прими мой дар, дитя.       Встав, Трейсер подошла к винтовке и взяла её в руки. Оружие оказалось действительно тяжёлым и немного неудобным, но внушало уверенность.       — Спасибо. Что я должна сделать?