Обрученные драконом

Машина затормозила перед красивыми, коваными воротами. Серпенс открыла окно, что-то сказала и ворота открылись, пропуская нас дальше. Дом и прилежащая к нему территория просто потрясали воображение. Даже окружающий воздух казался другим, чистым. Огромный трехэтажный дом с большим розовым садом перед ним. К сожалению, я не успел все рассмотреть, но Серпенс пообещала позже показать мне все, что я захочу. Мы заехали в гараж, в котором стояло еще несколько десятков автомобилей. Остановив машину, Серпенс первая вышла из машины и открыла мне дверь, помогая выйти. Как только мы оказались в доме к нам подошли две девушки - близняшки. Серпенс дала им указания, за выполнения, которых они принялись. Постояв еще какое-то время в большом холе, Серпенс развернулась ко мне. Ласково улыбнувшись, взяла за руку и повела вверх по одно из лестниц. Мы подошли к большой резной двери, из белого дерева, которую она незамедлительно открыла и подтолкнула меня вперед, что бы я зашел. За дверью находилась большая светлая комната. У одной стены стояла большая кровать с балдахином из светлой бежевой ткани, у другой стены стоял большой шкаф, а возле него две двери. На другой стене напротив входной двери, было большое окно и застекленная дверь балкона, занавешенные полупрозрачной тюлью и плотными темно коричневыми шторами, подвязанные бежевыми лентами. Серпенс склонилась ко мне и на ухо сказала: - Теперь это твои комнаты. За той дверью, – она указала на одну из двух дверей, – находятся остальные комнаты: игровая, твоя гостиная, гардеробная, комната в которой ты будешь учиться, додзе, бальная комната и так далее. Все они в твоем распоряжении. Она вновь подтолкнула меня, и я подошел к кровати. Среди подушек на кровати сидел большой белый мишка с блестящими фиолетовыми глазками и черным носиком, а рядом с ним спал, свернувшись в клубок, маленький черный котенок. Я повернулся к Серпенс, не веря такому чуду, а она лишь улыбнулась, наблюдая за мной. Я забрался на кровать и легонько прикоснулся к черному бархатному ушку. Котенок открыл свои голубые глаза и широко зевнул. Я погладил шелковистую шерстку и дотронулся до мокрого носика, на что животное недовольно поморщилось, а Серпенс заливисто рассмеялась и села рядом со мной на кровать. - Подумай, как назовешь своего нового друга, – смеялась она, смотря на меня и котенка, который обнюхивал мою руку. - А это мальчик или девочка? – спросил я. - Девочка. - Ну, если девочка тогда Тира. - А почему именно Тира? Тебе нравится этот остров? – Серпенс внимательно смотрела на меня и котенка. - Я не знал про остров. Тиара, вот что будет означать ее имя. Она красивая, как и мамина тиара. Я помню это украшение, оно было одним из любимых моей мамы. В нем были только черные блестящие камушки, некоторые блестели и переливались синим, как и шерстка Тиры, – сказал я улыбнувшись. - Ясно, - тихо сказала она, - только Тира не обычная кошка. Она пантера и вырастет достаточно большой, если за ней хорошо ухаживать. Я выкупила ее у браконьеров, людей которые без разрешения охотятся на животных. Так что, если ты не будешь за ней ухаживать, я верну ее туда, где взяла. Ты должен будешь сам кормить, убирать и дрессировать ее. Она не плюшевый мишка, – Серпенс кивнула на белого медведя, - ей нужна любовь и забота. Подумай, хочешь ли ты оставить ее? Она встала с кровати и пошла к двери. Тира громко мяукнула и ткнулась мордочкой мне в руку, прося, чтобы ее погладили. Серпенс уже открыла дверь. Поняв, что если сейчас не скажу, что хочу оставить Тиру себе, её просто увезут, и я больше никогда ее не увижу, я резко встал и побежал к Серпенс, хватая ее за руку. - Пожалуйста, оставь ее, я буду ухаживать за ней. Только оставь, – повторял я, обнимая Серпенс за ноги и начиная всхлипывать. Я сам не заметил, когда по моим щекам начали катиться слезы. - Тише, тише. Ну, ты чего плачешь? – говорила Серпенс, опускаясь на колени и обнимая меня, аккуратно поглаживая по голове. – Если ты будешь выполнять свои обязанности, то Тира останется у тебя. Первое время тебе будет помогать профессиональный дрессировщик, а когда ты привыкнешь и подрастешь, будешь сам ухаживать за своей любимицей. - Не надо дрессировщика, я сам буду ухаживать за Тирой, – я не знал, что нужно делать с Тирой, но все равно не хотел, чтобы к ней подходил кто-то кроме меня и Серпенс. - Хорошо. Раз ты не хочешь, - пожала она плечами, - но позволь мне помогать. Хотя бы советами и иногда направлять твои действия. Я счастливо улыбнулся, понимая, что меня больше не обидят и возможно, даже будут любить, хотя бы немного, а я в ответ буду отдавать всю свою любовь. ***** POV Серпенс Сразу же, как я и Эридан зашли в холл, ко мне подошли две горничные, сообщив о том, что комнаты для Эридана полностью готовы. Дав им указания на день, я схватила мальчика за руку и повела вверх, в его комнаты. Толкнув дверь, я оценила старания дизайнера и рабочих, не было к чему придраться. Объяснив Эридану, что это не единственная его комната, я подтолкнула его к кровати, где должен был лежать его подарок. Среди подушек возле медвежонка, которого я случайно увидела в ювелирном магазине, спала маленькая пантера с редким цветом глаз, синим. У меня есть привычка покупать вещи, которые мне нравятся в не зависимости от ситуации. Плюшевого мишку я купила во время деловой поездки в Японию. В одном из ювелирных магазинов Токио, на витрине, я увидела это сокровище. Мягкая, пушистая шкурка из песца, фиолетовые глазки из аметистов, носик из черного агата и серебряная вышивка на спине, изображающая крылышки. Пантеру я купила у браконьеров во время моей поездки в Шанхай. Это маленькое существо еще даже глазки не открыло, а ее уже забрали у матери. Если бы я не купила ее, она умерла бы в ближайшее время. Эридан так обрадовался своему новому питомцу, что даже дар речи потерял, восхищенно глядя на котенка. Его желание назвать пантеру Тирой, меня, мягко говоря, удивило. Фантазия у ребенка била ключом, но это не главное, главное то, что в момент, когда он дал имя, пантеру объяло синее пламя, и аура животного окрасилась в тот же цвет что и его собственная. Как правило, аура животных не окрашена, она просто как уплотнение воздуха вокруг живого существа, а аура растений имеет легкую вибрацию и совсем тонкая, практически несуществующая. С аурой людей, а тем более волшебных существ, дела обстоят намного интересней. Но я отвлеклась. Учитывая то, что Тира полностью подчинилась Эридану, нужно было объяснить ему, что теперь от него требуется, ведь без его внимания и заботы она очень быстро умрет. Но когда он обхватил меня за ноги и начал всхлипывать, у меня сердце сжалось. Но мне нужно было, чтобы он понял последствия, если он, как все дети, наигравшись, забудет о своем питомце. Но Эридан снова меня удивил, когда я сказала, что приставлю к нему дрессировщика в помощь. - Не надо дрессировщика, я сам буду ухаживать за Тирой, – сказал он. - Хорошо. Раз ты не хочешь, - пожала я плечами, - но позволь мне помогать. Хотя бы советами и иногда направлять твои действия. Он улыбнулся и кивнул, а я, позвав горничных, приказала им накормить Тиру и помочь Эридану принять ванную. Время уже подходило к восьми. После ванны его привели в белую гостиную, где я больше всего любила проводить время. Светлый паркет хорошо гармонировал со стенами, обтянутыми белым шелком, два глубоких, белых, бархатных кресла, возле открытого камина, рядом с ними стоял маленький хрустальный столик с шахматной доской. Посередине зала белый стол и несколько стульев с высокими спинками, белые плотные шторы и два книжных стеллажа заканчивали всю картину. Мои горничные терпеть не могут эту гостиную из-за того, что ее нужно убирать два, а то и три раза в день. Я сидела на одном из стульев за сервированным на двоих столом и размышляла о том, как рассказать Эридану правду о себе, а главное о нем. Когда он вместе с горничной зашел в гостиную, в моей голове была сплошная каша. С чего начать разговор, я так и не придумала. Его усадили параллельно со мной, повязали салфетку и после принесли наш ужин. Ели мы молча, но когда принесли десерт, состоящий из легкого клубничного крема в вазочке с фруктами, я попросила удалиться всю прислугу. Эридан заинтересовано посмотрел на меня. - Эридан, - начала я, – я должна тебе кое-что рассказать, это касается не только тебя, но и меня, а так же смерти твоих родителей. Я хочу, чтобы ты меня выслушал, а после задал интересующие тебя вопросы, – он кивнул, отложил ложечку и посмотрел мне в глаза. – Твои родители, наверное, не рассказывали тебе, но это было только для твоей безопасности. В этом мире существует еще один. Эти два мира мирно сосуществуют друг с другом. В одном мире, известном тебе, живут люди, а в другом - волшебные существа, вроде эльфов, вампиров, драконов, оборотней и других. Второй мир намного больше первого, человеческого. Эти два мира жили в абсолютной гармонии. Люди не знали о существовании магии, а обладатели магии избегали людей. Но несколько сотен лет назад один обитатель второго мира раскрыл себя. Легенда гласит, что сильный маг - женщина влюбилась в земного мужчину. Она познакомилась с ним и вроде бы, он тоже влюбился в нее. Но когда она рассказала ему, кем является на самом деле, он пришел в ужас, рассказал об этом своим соседям. Эту девушку сожгли на костре. С этого началась охота на ведьм, хотя в большем числе пострадала твоя семья Эридан, – я внимательно посмотрела на ребенка, в неверии смотрящего на меня. – В людской истории написано, что охота на ведьм закончилась семнадцатом веке, но на самом деле эта охота не прекращалась ни на миг. Маги могли бы укрыться в своем мире, но в тот момент и там на них велась охота, только более жестоких и страшных существ, вампиров. Твоя семья, Эридан, была особенной. Королевские маги, маги, создавшие второй мир и восседавшие на троне. Они владели магией крови, великой магией, подчиняющейся лишь единицам. К моменту твоего зачатия в мире оставалось всего трое магов крови. Твои мать и отец приняли решение бежать. Твоя мать была магом крови и не просто магом, а первенцем королевской семьи, единственным ребенком. Твой отец первенец королевской семьи темных эльфов. Он влюбился в Мю Цефею, когда впервые увидел в темном лесу, принадлежащем его семье. Когда он узнал, кем является твоя мать и то, что она носит тебя, собрал вещи и сбежал вместе с ней. Они были потрясающей парой, оба сильные и независимые, они в считанные месяцы смогли стать самой богатой семьей в Англии и завладели всеми информаторами миров. К твоему появлению они жили в полном достатке и относительной безопасности. Когда на этом свете появился ты, умерли твои бабушка и дедушка маги, но на землю смогла спуститься я. Я стала твоим ангелом хранителем, – на протяжении всего моего рассказа, Эридан еле сдерживал слезы, крепко сжав в ручках края стола, но после моих слов об ангеле, вскинул голову и посмотрел на меня ошалевшими глазами. Я встала из-за стола и отошла на середину комнаты. Сконцентрировавшись, я выпустила свои крылья. Они были не такие, какими их можно было представить. Мое тело объяли шесть крыльев, окутанных черным пламенем. Эридан удивленно ахнул и, подойдя ко мне, протянул ладошку, безбоязненно дотрагиваясь до пламя. Он тихо захихикал, а я лишь улыбнулась, ласково обнимая его и укрывая своими крыльями. Должна признаться, я боялась, что мое пламя обожжет его, но нет, этого не произошло. Я убрала свои крылья и аккуратно присела в кресло с Эриданом на коленях, мой рассказ еще далеко не окончен. - Понимаешь, Эридан, я серафим, и не так давно пламя моих крыльев было красным. Я была служителем Господа, нам не положено иметь хранимых, но иногда и такое происходит. Когда мы, наблюдая за людьми с небес, начинаем привязываться к какой-то определенной семье и у этой семьи появляются дети, тот серафим автоматически становится хранителем этого ребенка. Но за четыре года до твоего рождения я уже нарушила правила, устоявшиеся среди серафимов. Я влюбилась в вампира, без разрешения спустилась на землю, позволила этому вампиру испить своей крови и родила ему ребенка. - У тебя есть ребенок? – спросил меня Эридан, вырывая из печальных воспоминаний и погружая в еще более печальные и кровавые. - Да Эридан, у меня есть дитя, но мне нельзя с ним видится. Понимаешь, вампиры противоположности ангелам. Если ангелы превознесенные Богом, то вампиры наоборот, наказанные. Подобный союз между ангелом и вампиром считается низостью и гадостью, но мой возлюбленный знал, кем я была, и все равно любил, любил за то, что у меня были красивые крылья, за мой характер, любил меня такой, какая я есть, но нам никто не дал быть вместе. Бог лично отдал приказ вернуть одного из серафимов, то есть меня, на небеса и придать суду. Хорошо, что никто не знал о нашем новорожденном сыне. Я отдала его Арею и велела им бежать. Арей умолял меня бежать вместе с ним, но я не могла. Суд был ко мне благосклонен, посчитав, что вампир одурманил меня и держал у себя вне моей воли. Меня посадили под арест за то, что я без разрешения спустилась на землю. От нечего делать я начала смотреть на людей, я не могла взглянуть на своего сына и мужа, из-за опасности раскрыть их, но мое внимание привлекли твои родители. Я полюбила их, а когда родился ты, я снова спустилась на землю, но уже официально. Так я стала твоим хранителем. Но мой арест никто не отменял. Чтобы я не делала, как бы не старалась, меня не отпускали. Когда убивали твоих родителей, я видела это. Я видела лица их убийц, знала их имена, но не могла ничего сделать, – из глаз Эридана потекли слезы. Было жестоко говорить это ему, но я не могла умолчать это. Он дернул меня за руку, и я посмотрела ему в глаза. В них горела такая решимость. - Расскажи…- приказал он, и я поняла, он будет лучшим из всех королей, если даже сейчас, в пятилетнем возрасте, вместо того, чтобы плакать, он желает знать правду. - Да Ваше Величество, - склонила я голову. - Первым убили твоего отца, Арос храбро сражался с нападавшими, но их было слишком много, и он пал от руки своего младшего брата, который нанес удар со спины. Они убили несколько слуг, затем нашли твою мать. Мю Цефея билась отчаянно, боясь за тебя, когда ее ранили, я не выдержала и пала. Пасть, значит, стать падшим ангелом, отречься от Бога, что я и сделала. В тот момент мое пламя окрасилось в черный цвет и мне дали вампирское бессмертие. Но я все равно не успела. Когда я спустилась, Мю Цефея уже была на пороге смерти, я уже видела очертания ангелов смерти, но она умоляла меня дать мне последние указания. Я выторговала у ангелов смерти лишних пятнадцать минут, но взамен эти пятнадцать минут она должна была провести в адских мучениях. Знаешь, Эридан, - обратилась я к мальчику, - твоя мать была потрясающей женщиной. Терпя жуткие муки, она попросила меня заботится о тебе и сообщить об их кончине. Именно меня она попросила об этом. Ты, наверное, не помнишь, но… - Помню, – перебил меня он. – Именно Вы пришли ко мне в то утро и сказали, о том что мама и папа больше никогда ко мне не придут. Я не помнил лицо и голос, но сейчас вспомнил, это были Вы. - На «ты», Эридан, пожалуйста, на «ты», – он лишь слабо кивнул и улыбнулся, а из его покрасневших глаз продолжали бежать слезы. - Для чего я это все рассказала тебе. Эридан, ты должен понимать, ты последний из магов, мало того, ты наследник трона и кровной магии. Из-за того что ты последний, на тебя ляжет магия всех предыдущих поколений. Тебе нужно много заниматься магией, во многом я тебе не помогу, только в медицинской магии, тебе придется учить не только здешние науки, но и знания твоего мира. При всем этом, тебе нужно обучатся владению боевых искусств и развивать свои таланты, и кроме этого, тебе нужно найти своего избранного. Прости Эридан, но выбора тебе не дано. Если ты пренебрежешь моими советами, то в день твоего магического совершеннолетия на тебя обрушится вся магия поколений, и скорее всего, без тренировок ты умрешь. Магия не прощает ошибок. Он, серьезно посмотрев на меня, кивнул, а я улыбнулась стойкости своего подопечного. Посмотрев на настенные часы, я пришла в шок, стрелки часов показывала одиннадцать. Подхватив Эридана на руки, от чего он тихо вскрикнул, а я рассмеялась, мы пошли в его комнату. Я быстро помогла ему переодеться в новенькую пижамку, которую по моим указаниям постирали и отгладили. Я уложила его в кровать, Тира легла у него в ногах, свернувшись в клубок. Я поцеловала его в лоб и дала мишку, которого он сразу же обнял. Закрыв дверь, я направилась в свою комнату. Приняв ванную и переодевшись в шелковую пижаму, я легла в кровать. Заснуть я не могла и просто рассматривала свою спальню. Ничего особенного: три двери, большое на пол стены окно, занавешенное сейчас плотной зеленой шторой из бархата, но вид из окна был прямо на мои любимые китайские розы. Стены обтянуты серебряным шелком, на котором был тонкий рисунок зеленых ветвей по всему периметру, изумрудно зеленый ковер на полу и кровать, большая из темного дерева, спинка в изголовье резная и инкрустирована изумрудами, на ней изображение двух сплетающихся змей. Тяжелый балдахин снаружи из зеленого бархата, а внутри из серебряного шелка. Я всегда любила змей, а сочетание зеленого и серебряного казалось мне самым прекрасным в мире. По бока от кровати стояли две тумбочки также, как и кровать, из темного дерева; на одной стояла ваза с розами, на другой часы, показывающие второй час ночи. В начале третьего в мою дверь тихо постучали. Я перевернулась на бок, притворяясь спящей и параллельно нащупывая стилет под подушкой. Дверь тихо скрипнула, и внутрь кто-то зашел. Отодвинув полог и забравшись на кровать, меня тихонько дернули за рукав пижамы. - Серпенс, ты спишь? – спросил меня детский голос. Я повернулась, оставив стилет под подушкой. - Что-то случилось? – спросила я у Эридана, напрягая глаза, чтобы видеть его. - Я не могу заснуть, закрываю глаза, и мне кажется, что все это сон, и я проснусь в приюте. Я улыбнулась и, потянув его на себя, уложила рядом, заботливо укрывая одеялом. - Хочешь я спою для тебя или расскажу что-нибудь? – тихо спросила я. - Расскажи, каким был вампир, в которого ты влюбилась, – попросил он, а я лишь слабо улыбнулась, видимо спать завтра мы будем до обеда. - Его звали Арей, он был очень красивым, - начала я, – храбрости тоже не занимать, и ум у него был блестящий. - Ты сказала красивым, а рассказать можешь? – перебил меня Эридан. - Не рассказать, а описать, – поправила я. – Обязательно, как же без этого. У него были длинные волосы, будто расплавленное серебро, а глаза иссиня-черные, правильные черты лица, прямой нос, красиво очерченные губы. Он был бастардом короля вампиров, он был воином. Мы встретились спустя неделю моего пребывания на земле. На меня напали несколько вампиров, когда я случайно зашла на их территорию. В тот момент я проклинала и свое своенравие, и то, что без разрешения спустилась на землю. Видишь ли, если ступить на землю без разрешения, то ангел лишается своих сил и оружия, проще говоря, становится смертным человеком. Я не могла от них отбиться при помощи магии или огнем, и меня быстро схватили. Я думала, что скоро стану их едой, но оказалась не права. Арей появился словно из воздуха и раскидал вампиров, которые схватили меня. Он забрал меня в свой замок, где сам обрабатывал мои раны и ухаживал за мной. Я помню, как в мою комнату зашел его старший брат, неодобрительно посмотрев на меня. А еще помню, что когда какой-то яд, не выведенный из моей крови, начал действовать, Арей дал мне своей крови, и тогда мои крылья раскрылись. Он был так удивлен тому, что я высший ангел. Я думала, он выкинет меня на улицу, но он только сказал, что я невероятно красива также, как и пламя моих крыльев. Тогда я действительно ожила и полюбила его. Я очень быстро забеременела. Когда я вынашивала малыша, за мной начали прилетать посланники Бога, но не могли найти меня благодаря защите королевской семьи вампиров. На удивление я понравилась всей семье Арея, во время беременности за мной бегали абсолютно все, даже король, которого все считали кровожадным убийцей. Когда я родила, через три дня нас обвенчали по традициям вампиров. Мы жили не во дворце, поэтому меня смогли найти. За мной прилетели два серафима, за час до их появления, я уговорила Арея забрать сына и бежать во дворец. После этого я не видела ни его, ни сына. На этом все. Спи Эридан и не бойся, что проснешься, и это окажется сном, я не позволю забрать у меня еще одного сына. Я ласково потрепала его по голове, а Эридан обнял меня и уснул тихо посапывая. ***** POV Эридан Слушая рассказ Серпенс, я не мог поверить, что это правда. Каждый ребенок хочет очутиться в сказке, но я и не надеялся на это. Когда она встала из-за стола и ее тело охватили шесть огненных крыльев, у меня появилось непреодолимое желание, дотронутся до них. Черное пламя извивалось, его языки дотрагивались ее лица. Я протянул руку, дотрагиваясь теплых, немного щекочущих языков. Пламя приятно покалывало руку, от чего я засмеялся. Я посмотрел на Серпенс, сейчас передо мной стояла невероятно красивая девушка с печальным прошлым. Бледная полупрозрачная кожа словно светилась изнутри, глаза стали прозрачно голубыми, а волосы абсолютно прямые спадали ниже талии, и все это совершенство было объято черным пламенем. Она еще долго рассказывала о моих родителях, а после подхватила меня на руки и понесла в комнату. Переодев и уложив меня спать, она ушла, перед этим потрепав по волосам и поцеловав в лоб. Закрывать глаза я боялся, до этого, каждый раз засыпая, я боялся, что проснусь снова в приюте или в больнице. Сейчас, после всего рассказанного Серпенс, я боялся еще больше. Когда было уже совсем поздно, я тихо встал, чтобы не разбудить Тиру, спящую рядом. Выйдя в коридор, я начал бродить по плохо освещенным коридорам, когда наткнулся на такую же резную дверь, как и у меня, зашёл внутрь. Я понял, что не ошибся, посередине комнаты стояла большая кровать с закрытым на половину пологом. Мне отчаянно хотелось почувствовать тепло, поэтому, не задумываясь, я скользнул в постель и подергал Серпенс за рукав. Было непривычно, делится с кем-то своими проблемами, но я почувствовал облегчение и смог расслабится. Когда она начала рассказывать об Арее, мне было очень жаль как ее, так и неизвестного мне мужчину, а еще, я очень хотел бы познакомиться с их сыном. - Спи Эридан и не бойся, что проснешься, и это окажется сном, я не позволю забрать у меня еще одного сына, – когда Серпенс сказала это, у меня в груди разлилось непонятное тепло, а в глазах защипало. Я обнял ее и погрузился в сон, совершенно не боясь наступающего утра.