Обрученные драконом

Я проснулся, как всегда, от звуков будильника, в изножье кровати лежала моя сегодняшняя одежда, рядом сидела Тира, нервно дергая хвостом. Я встал, без каких либо эмоций осматривая белые одежды. В мою комнату вошли два эльфа. Прекрасные, как и описывалось в книгах. Они были из светлых. Взяв меня под руки, они отвели меня в ванную, помогли принять её, ну как помогли, вымыли меня, не спросив моего на то разрешения. После ванны с какими-то травами меня вытерли мягким полотенцем. Волосы мне собрали в мой привычный хвост, только закрепили золотой заколкой, инкрустированной сапфирами. На меня одели белое шелковое кимоно с изображением золотого дракона. Ноги оставили босыми, только нацепили на икры золотые цепочки. На шею я надел цепочку, подаренную мне Габриелем, и плевать, что она не подходит к остальным украшениям и кимоно, плевать. Сплетая руки в замок и поднося их к губам, я вышел из комнаты. Эльфы запели обрядовые песни своего клана, давая благословение на будущий обряд. Всю дорогу до ритуальной комнаты, находящейся в подвале нашего дома, они продолжали распевать тягучие и очень красивые песни. Зайдя в зал, где в ближайшем будущем я умру, я увидел Габриеля и Серпенс с крыльями за спиной, рядом с Габриелем, позади, стояли король, Арей, Самаэль и Алан. Они, затаив дыхание, смотрели на меня, а в их глазах плескалась любовь и восхищение. Я взглянул на своего любимого, себе я уже давно признался, что не просто влюблен в него, а по-настоящему люблю. Он был напряжен, а его глаза наполнены отчаянием и страхом. Возле его ног сидел абсолютно белый барс. Я подошел к алтарю, на каменном столе стояла одна единственная чаша. Чем-то мне это напомнило инициацию Габриеля и исход сего действа в виде двух милых крылышек. Я тихо засмеялся, Серпенс вышла вперед, подошла к алтарю и запела погребальную песню кровных магов. Вокруг нее заплясало черное пламя, преобразуясь в разных животных, она пела, а по ее щекам бежали слезы. Я улыбнулся ей и, схватив чашу, залпом выпил все содержимое. По горлу заструилось раскаленное железо, но я продолжал улыбаться, пока не потерял сознание и не попал в кромешную тьму. Везде была сплошная мгла, и я бежал в этой мгле. Кимоно мешалось, в босые ноги впивалось что-то острое, из глаз текли кровавые слезы, но я продолжал бежать, пока не нашел тот лучик света, что мог бы меня защитить от кромешной тьмы. Я пытался схватить его, понимая, что это невозможно, но я продолжал упорствовать и тянуться к источнику моего счастья. Мне в руку упала маленькая звездочка и начала тухнуть. Я, забыв о том, что она была моим спасением, пытался снова возродить в ней свет, но это никак не получалось. Становилось с каждой секундой только хуже. Я отчаялся, но в тот же момент, когда мои плечи поникли, из меня словно полилось яркое сияние, разорвавшее тьму и наполнившее звезду светом. Меня начало тянуть вниз, но я уже не боялся продолжения той пытки тьмой. Я пошел навстречу течению, засасывающего меня, держа в руках ту крошку света, спасшую меня в первые секунды. Я шел, уже не боясь. ***** POV Габриель Когда Эридан вошел в зал, я обернулся и встретился с взглядом сапфировых глаз, в нем плескался страх и решимость, а еще любовь. Эридан был самым красивым существом в мире в этом белом кимоно. Такой хрупкий и в то же время сильный и бесстрашный. Он подошел к алтарю, улыбнулся и залпом выпил все содержимое кубка. С секунду ничего не происходило, но позже вокруг него и Серпенс взвилась магия, окутывая их фигуры. Тело моего чуда изогнулось в дугу, рот открылся в беззвучном крике, одежда стала кроваво-красного цвета, словно пропиталась его кровью, а уже через секунду он упал на пол сломанной куклой. Серпенс словно в трансе продолжала петь, ее взгляд был подернут белесой пеленой, магия до этого белая стала темнеть, на глазах становясь черной, а после кроваво красной. Я и остальные бросились к куполу черной магии, где внутри находилось самое дорогое для меня существо. Разорвав магию своими крыльями, я вошел внутрь магического круга. Посередине, возле алтаря, лежал Эридан, его тело окружал черный огонь, не давая черной магии приблизиться к его телу. Песня Серпенс сменилась, теперь это была колыбельная вампиров. Я подошел к любимому, не обращая внимания на пламя, послушно пропустившему меня. Я опустился на колени возле Эридана, обнимая безвольное тело. Его глаза были открыты, но больше не горели тем огнем жизни. Увидеть мертвое тело существа, которое ты любишь больше собственной жизни ,вот что самое страшное, что сделал Бог. И в туже секунду я понял, что власть Бога пала как с меня, так и с Эридана, просто на душе стало до невозможности легко, а чужое сердце в моих руках забилось с новой силой. Сапфировые глаза снова засияли, смотря на меня, а на бледном лице снова расцвела улыбка. Он взял мою левую руку и сплел пальцы со своей. На короткое время я почувствовал, как о мою ладонь ударилось что-то горячие. После этого Эридан отстранил свою руку от моей. Я увидел, как в воздухе застыл золотой огонек. Эта золотая искра начала увеличиваться, поднимаясь к потолку и приобретая очертания существа. Она продолжала расти, а из уст Серпенс, все еще находящейся в трансе, полилась новая песня, на неизвестном мне языке. Зал затопил свет, когда он исчез, то от темной магии не осталось и следа, а под высоким потолком завис золотой дракон. Он сделал несколько кругов и спланировал вниз, опускаясь возле меня и Эридана. Он опустил голову. Я и мое чудо одновременно потянулись, прикоснуться к золотому зверю. Наши руки соприкоснулись, когда мы одновременно прикоснулись к теплой чешуйчатой морде. Я взглянул в лучащиеся любовью глаза и, не удержавшись, поцеловал такие любимые губы. Эридан отвечал на мой поцелуй уже более откровенно, чем в прошлые наши разы. Я переплел наши пальцы, не отрывая рук от чешуйчатой морды дракона, пристально наблюдающего за нами. Другой рукой я еще крепче прижал к себе хрупкое тело. По нашим ладоням, поднимаясь все выше и выше, заструилось живое пламя, не причиняя боль, а наоборот, согревая и защищая. Оно поднималось все выше по плечу, концентрируясь в районе сердца. Песня Серпенс начала затихать, на последних звуках ее голоса, мое сердце пронзило нечто острое и горячее, также как и руку. Эридан откинулся в моих руках, выгибаясь дугой, кимоно на его груди распахнулось. Из обнаженной кожи струился мягкий, золотистый свет. Я посмотрел на свою левую руку, там прорисовывался золотистый рисунок, источающий такое же свечение, как и у Эридана на груди. Все это закончилось так же быстро и неожиданно, как и началось. Просто свет из наших тел стал угасать, а дракон рассыпался миллиардом золотых брызг. Серпенс пришла в себя в руках у моего отца. Самаэль, прижимавший к своей груди Алана и шепчущий заклинания защиты, коротко выдохнул и отпустил моего друга, не отпуская его руки. Король же восторженно смотрел на то место, где исчез золотой дракон. Я почувствовал, как моей щеки коснулась теплая ладошка Эридана, он улыбнулся мне, а в его глазах плескалось настоящее счастье. Он выпустил свою ауру, теперь она была не синей, как до этого, а кроваво красной, как и его одежда. Но его новая аура, нисколько не пугала, даже наоборот завораживала и притягивала своей мощью и своенравием. - Я теперь сильнее тебя, – прошептало мое чудо, лучась неподдельным счастьем. - И все равно защищать тебя буду я, – я улыбнулся ему в ответ. Он обнял меня за шею, притягивая к себе и впервые целуя меня сам, по своей инициативе. - Я рада, что все закончилось хорошо, но не хочу вас расстраивать, обряд прошел неправильно, – громко произнесла Серпенс, встав возле нас. Я посмотрел на нее снизу вверх. - И что же прошло не так? – спросил я. - Все. От начала и до конца. Весь обряд был нарушен, даже свойства яда содержащегося в кубке. - Думаю, - начал Велиар, - Эридану стоит переодеться, а мы все переместимся в гостиную, и после я все объясню. - Велиар, ты знаешь, что здесь произошло? – спросило мое чудо. Между его бровей залегла неглубокая морщинка, а глаза поблескивали недоверием. - Я живу подольше вас всех вместе взятых, – ответил он. – И хоть что-то, но знаю наверняка. Больше я не скажу ни слова, пока мы все не переместимся в более уютное место. ***** POV Эридан У меня было плохое предчувствие насчет будущего разговора. Я чудом выжил и в конечном итоге выходит, что все прошло не так, как задумывалось. Просто прелесть, что еще можно сказать. Я в бешенстве метался по комнате, выискивая более менее приличную одежду и одеколон, который смог бы заглушить запах крови, исходящий от меня. Если этот запах чувствую я, то думаю, не стоит объяснять, кто еще мог почувствовать его. Я уже и в ванной с разными послеобрядными травками побывал, и кучу кремов на себя намазал, но все равно, ничего не помогало. Двое эльфов, помогавших мне с утра одеться и подготовиться к обряду, бегали за мной, стараясь успокоить и одеть в какой-то костюм, от которого я шарахался как черт от ладана. В конец разозлившись, я наорал на ушастых, выставив их за дверь, и наконец смог спокойно одеться. Выбор мой пал на белую шелковую рубашку со шнуровкой на груди, из-за чего была прекрасно видна морда дракона на моей груди, узкие черные джинсы и широкий темно-синий тканевой пояс. Волосы собрал в свой излюбленный высокий хвост, на шее только цепочка Габриеля с родительским кулоном. На правое запястье я надел браслет. Взглянув на себя в зеркало, я остался доволен, на меня смотрел парень из шестнадцатого столетия. Улыбнувшись своему отражению, я схватил свои мечи, закрепил их на бедрах специальными ремнями и вышел, направляясь в зал, где меня уже давно ждали. В белой гостиной, в креслах возле журнального столика, все и расположились. Когда я зашел, в комнате не хватало только Серпенс. Как позже выяснилось, она, так же как и я, пошла, привести себя в порядок. Я разместился в своем любимом кресле возле камина и стал ждать, изредка посматривая на Габриеля. Его крылья отсутствовали, а одет он был в черную рубашку и светло серые джинсы, просто, но изыскано. Долго ждать нам не пришлось, в комнату зашла Серпенс, неся в руках старый фолиант. Положив его на стол, она присела на подлокотник кресла, в котором сидел Арей. - Что это? – спросил Самаэль, кивком указывая на фолиант. - Эта книга, в которой подробно описывался обряд, его этапы и признаки, – ответила она. - Можете его даже не открывать, я и так скажу вам, что наш обряд прошел совершенно не так. - Он бы и не прошел так, как там написано, – тихо начал король. – Эридан прошел совершенно другой, потерянный обряд, а вместе с ним и мой внук. - Это значит, мне еще раз придется проходить обряд совершеннолетия? – содрогаясь от страха, спросил я у него. - Нет, определенно нет. Когда я только родился, - начал Велиар, - этот обряд был уже потерян, но некоторые сведения о нем еще были. Нельзя сказать, что этот обряд просто взяли и забыли или перестали использовать, нет. Просто хранитель этого обряда, того магического действа, отказывал в своем благословении, и прибегшие к нему просто умирали, а некоторые мучились несколько недель. А теперь то, в чем заключался сам обряд. Маг, уже состоящий в паре со своим любимым, обращался с просьбой к хранителю, то есть дракону, но как вы все видели не обычному, а духовному. Тот дракон, явившийся нам, был королем духов. Как правило все просьбы были одинаковы, кто-то просил силы, кто-то власти, это то, что было на моей памяти, все прибегнувшие были убиты, никто не пережил этот ритуал. Но когда я был еще подростком, я ходил по подвалу нашего замка и наткнулся на старую библиотеку. Там я и нашел детальное описание того, что дает этот дракон. В принципе все происходит также как и в обряде совершеннолетия, придает силу, дает магию, если хорошо разобраться, то он и есть магия. Вот только та пара, которая получает на своем теле метку, автоматически становится связанной. После того как они соединяться не только духовно, но и физически, пары начинали слышать мысли друг друга, помогать духовно на расстоянии, передавать свои силы друг другу и тому подобное. В манускрипте, где я это вычитал, было написано, что истинная пара любимых сможет чувствовать сердцебиение другого. Тогда эта пара станет обрученной драконом. Я помню все, что я прочитал про это, там так же было указанно какие именно знаки на теле, оставлял дракон. И как правило это совсем небольшой рисунок дракона где-нибудь на теле, но у вас, – король посмотрел на меня и затем на Габриеля. – Ваша метка особенная. Дракон ни разу не проявлялся даже близко с сердцем, а у вас он еще и руки обвивает. Это очень необычно. - Какие обязанности ложатся на прошедших этот обряд? – спросил я, понимая, что за такой подарок нужно платить, и плата эта будет немалой. - Вы должны соединиться физически в течение одного месяца после обряда, затем идёт развитие ваших физических и духовных сил, полученных после вступления вами в супружескую пару, а дальше я не знаю, у всех индивидуально, – развел он руками. Меня пробрала дрожь, лица Габриеля и остальных не выражали никаких эмоций, а меня уже слегка подташнивало от беспокойства. Я знал, что после обряда совершеннолетия мне придется найти свою пару и вступить с ней или им в половой контакт, но время было не столь ограниченно. Даже учитывая то, что я искренне люблю Габриеля, я просто не готов еще к такому повороту событий. Я боялся, что стану ненужным любимому мне человеку. И все мысли о том, что нас связали магически, и то, что он ласков ко мне, не успокаивали меня. Дрожь все увеличивалась, а на глазах выступали слезы. Боль в груди распространялась. Я обнял себя руками и тихо застонал, старшие что-то бурно обсуждали, громко переругиваясь, чем вызывали у меня головную боль. Я закрыл глаза, надеясь хоть немного успокоиться, и неожиданно я почувствовал теплые объятья. Я открыл газа и увидел обеспокоенное лицо Габриеля обнимающего меня. - С тобой все нормально? - Нет. Мне больно, Габриель, – всхлипнул я. - Где болит? Скажи мне, я помогу, – он гладил меня по волосам, сцеловывая с моих щек слезы. - Здесь, – прохныкал я, показывая туда, где билось мое сердце. В области сердца было такое ощущение, словно туда загнали сотню иголок с парализующим ядом. Старшие замолчали, смотря на меня и Габриеля. Он быстро развязал шнуровку на рубашке, обнажая грудь. Я не знаю, что он увидел, но это нечто привело его в ступор. А после он просто прижался губами к месту, где мое сердце, руками продолжая обнимать меня. По телу разлилось тепло и спокойствие, я проваливался в негу, отдаваясь этим чувствам, утопая в них. Мне стало настолько спокойно, что я просто уснул, находясь в объятьях своего любимого. Со всех сторон меня окружила приятная тьма, а вдалеке протягивал мне руку Габриель, улыбаясь, а его аметистовые глаза лучились неподдельным счастьем и любовью. ***** POV Габриель Я посмотрел на Эридана, он сидел, сжавшись в комочек, обнимая себя руками и тихо всхлипывая. Я бросился к нему, падая на колени возле его кресла. Остальные заткнулись в тот же момент, как увидели мои движения. Мое чудо тихо стонало от боли. Я посмотрел на его обнаженную грудь и застыл в шоковом состоянии. Дракон на его груди пришел в движении, его пасть раскрылась в беззвучном рычании, а тело извивалось подобно змее. Я взглянул на его руки, на правой был причудливый браслет в виде змеи. Он также как и дракон пришел в движение, плотно обхватывая его руку золотыми кольцами, а после маленькая змеиная головка с острыми клыками впилась в его запястье. Я последовал ее примеру, впиваясь Эридану в грудину. Под моими губами билось сердце моего чуда, вначале его пульс был рваным и слабым, но спустя время он выровнялся. Крови естественно было мало, не то место, где можно получить большое количество живительной жидкости, но пару глотков я все же сделал. Сладкая и в тоже время соленая, такое необычное сочетание вкусов просто срывало крышу. Почувствовав, как его пульс выровнялся я отстранился от него. Эридан спал спокойным крепким сном, вцепившись в мою рубашку. Я взял его на руки и, сев сам в кресло, устроил свое чудо у себя на руках, аккуратно обнимая и целуя в висок. Из прокушенной кожи на груди еще сочилась кровь, пачкая белую рубашку. - Он уснул, – сказал я остальным. Серпенс вышла из комнаты, а когда вернулась, держала в руках плед и какую-то маленькую баночку. Положив плед на соседнее кресло, она опустилась на колени возле нас и принялась обрабатывать ранки на груди резко пахнущей мазью из той самой баночки. Закончив, она укутала Эридана в белый пушистый плед и села обратно на подлокотник кресла, возле моего отца. - Думаю, мы можем продолжить обсуждение, но только шепотом, – сказала она, строго смотря на всех присутствующих. - Сначала объясните мне, что с ним произошло, – оборвал я начавшийся разговор. - О, ничего серьезного. Тебе не стоит переживать, – улыбнулась Серпенс. – Эридан просто вступил в наследие своей матери, теперь через год он войдет в наследие своего отца, и все будет замечательно. - А почему ему тогда было так больно? – зло прошипел я. - Потому что обряд прошел не так как мы предполагали. К тому же в браслете на его руке был яд, но не такой как ты думаешь. В случае если Эридану нанесут смертельное ранение, яд активируется, и он впадет в своеобразную кому, когда все процессы в организме замедляются, а кулон на его шее активирует энергетическую сферу для защиты от физических атак. В таком состоянии он сможет прожить приблизительно месяц, а возможно и два. - Его родители постарались на славу, защищая его, – улыбнулся мой отец. - Да, они действительно старались. Яд находящейся в змее не имеет названия, но я называю его ядом жизни, – тихо сказала Серпенс, улыбаясь своим мыслям. – Если бы этот браслет был на Мю Цефеи в тот вечер, когда ее убивали, она бы выжила. Ладно сейчас не об этом. Велиар, это все, что ты знаешь об обряде? - К сожалению, да. Больше ничего неизвестно. - Что ж, тогда будем действовать по обстоятельствам. А сейчас нам стоит поговорить о немного иных темах, – недобро улыбнулась она. – Не так давно мне поступили сведения, что один из кровных магов выжил. Он старше Эридана на год и сейчас находиться в приюте для детей. Как мне стало известно, он является бастардом кого-то из королевской семьи. Но я посчитала это невозможным. Кто мог на такое пойти. Зная, что этот ребенок бастард кровных магов. - Серпенс, а ты не считаешь, что это могла быть простая игра генов, – вынес свое предположение Самаэль. - Что ты имеешь в виду? - спросил мой отец. - Все очень просто. Если задуматься, то у каждого из нас разный хромосомный набор. У вампиров на две хромосомы больше чем у людей, у ангелов на три, а у магов на одну. Самыми приближенными к людям являются только эльфы, их хромосомный набор одинаковый, просто один из генов является доминантно-рецессивным, вот и все. Если углубиться в историю, когда кровных магов было много. Вспомните, сколько бастардов было лишено магии. Как сама магия отказывалась от них. - Верно, тогда было выяснено, что в них больше превалируют гены второго родителя, как правило, это были полукровки, – произнес дед, задумчиво покусывая нижнюю губу. – Из этого мы можем вынести большую вероятность того, что родители этого ребенка могли быть просто полукровками и несли в себе рецессивные гены кровной магии. А в нем они соединились и пришли в движение. Но тогда может вытекать другой вопрос. Сколько еще таких детей ходят в этом мире? - Я не знаю, – тихо ответила Серпенс. – Но это не так хорошо, как вы думаете. У известного нам мага отсутствует зрение. Он практически ничего не видит, магия, не пройдя обряда, пытается вырваться и ослепляет его. А теперь представьте, сколько еще детей могли получить подобные увечья. Мы будем искать вечно, учитывая численность детей, имеющих различные дефекты. Это при условии, что мы будем опираться на полученные нами знания. - Я согласен с тобой, Серпенс, – вздохнул дядя, проведя рукой по своим волосам. – Но это все равно не является на сто процентов достоверной информацией. Даже когда кровные маги свободно и безбоязненно существовали в нашем мире, их численность была слишком мала. Все кровные маги, так или иначе, принадлежали к королевской семье. Да, эти семьи были большими, но все равно их было слишком мало. То, что ты нашла еще одного ребенка с магией крови, но не принадлежащего чистой линии королей, является исключением из правила, ведь даже в королевской семье рождались дети, не наделенные магией. - Я прекрасно это понимаю, но бросить его мы тоже не можем. - И как же ты решила действовать? – прошептал отец, приобнимая Серпенс за талию. - Думаю, это стоит обсудить тогда, когда проснется Эридан. Поняв, что наше своеобразное собрание закончилось, я встал, подхватывая Эридана на руки, и понес его в свою комнату. Аккуратно уложив его на кровать, я укутал его в одеяло и лег рядом, перебирая длинные темные пряди. Я и не заметил, как сам провалился в объятья Морфея.