Just a game

      У Дазая есть только документы. Нет ни дома, ни денег. Он даже не удивлен, что когда-то так легко согласился попробовать игру на себе, полностью игнорируя то, что она может оказаться опасна для жизни. А кому нужна такая жизнь? Кому нужна жизнь, где ты не нужный никому, забытый миром человек? Осаму помнит слишком многое, а лучше б забыл это так же, как и остальные. Может радовать лишь то, что умершие там живы здесь. Здесь живы Ода и Чуя… Здесь живы все, кто должен был быть жив.       У Дазая нет ничего, что сумеет привязать его к одной точке. Зато есть столько новых умений, которые просто не позволят умереть. Правда вот, пока что ночевать на лавке в парке не лучшая альтернатива. Шёл третий день с выхода. Третий день, когда Осаму понял, что прекрасно жил в той Йокогаме. У него банально было всё, а здесь не осталось ничего. Его никто не предупреждал о том, что после смерти в игре, он выйдет в реальность, а не исчезнет полностью. Лучше бы исчез.       Гулять по городу день ото дня, какая тоска… Но Дазаю больше нечего делать, как ходить по давно известным улочкам, даже не обращая внимания на то, как льет дождь. Осаму смутно помнит, где когда-то жил Чуя, но абсолютно нет гарантии, что он живёт в старом месте сейчас. Всё слишком изменилось. Мужчина тоскливо смотрит на здание, где в другой реальности было Вооружённое Детективное Агентство. Здесь его нет, просто нет. Как нет и Портовой Мафии, Гильдии Эсперов, Крыс Мёртвого Дома… Вообще ничего нет.       Дождь льёт, не собираясь утихать, но Дазай не решиться зайти в то место, которое было ему домом, ведь всё происходило в другой реальности. Всё было не здесь. Не здесь погиб Одасаку, не здесь они с Чуей были сильнейшим дуэтом, не здесь он подобрал Ацуши и Рюноске, не здесь он отчаянно пытался творить добро. У Осаму хватает сил разве что на то, чтобы смотреть на затянутое тучами серое небо и ненавидеть реальный мир. Ненавидеть так, как только можно. — Почти что не изменился, — недовольно бросает кто-то и накрывает Дазая своим зонтом, скрывая далекое небо, пряча от дождя. Осаму не знает, кем ему приходится этот человек сейчас. Они были напарниками не здесь, не здесь питали к друг-другу неприязнь, не здесь были влюблены. Здесь они не знакомы. Сейчас они те, кто помнит о том, чего на самом деле не было. — Чуя, может наконец исполнишь свою мечту? — плавно тянет мужчина, ухмыляясь. Там Накахара его ненавидел, может это распространиться и на эту реальность? Здесь же не совсем всё будет иначе? Дазай не понимает, почему сейчас, вместо того, чтоб избить, Чуя стоит и смотрит каплю презрительно. Даже он изменился. — Сесть не охота, — на удивление спокойно отвечает Накахара, поправляя шляпу, почти ту же, что была на нём тогда. Это не тот Чуя, которого он знал раньше. Тот бы применял физическое насилие, а не говорил. Тот бы оскорблял и унижал, а не прятал под своим зонтом. Это не он. Вообще не он, а просто незнакомый и чужой человек. — Ты ведь не Чуя? — спрашивает Дазай, уже зная ответ. Это не его Чуя, это искаженный сменой миров человек, который уже никогда не станет прежним, ибо изменилось всё. Они все пробыли там всего лишь год, а кажется, что целую вечность. Но всё же так хочется обратно. — Ты совсем идиот? — вслед за этой фразой слабый удар в плечо. Будто не полная версия того, что было раньше. Хотя, Осаму даже рад, что не полетел лицом в лужу, как это было бы там… Этот Чуя похож на того, что был раньше, но всё ещё не он. Всё ещё не тот. — Это и правда ты? — вновь задает мужчина вопрос, слабо улыбаясь. Ему ведь и правда хочется верить в то, что он встретил хоть кого-то, кто знает его не неудачником из этого мира, а гением из той игры. Не простым человеком, а эспером. Чуя ведь должен был запомнить его претендующим на место главы Портовой Мафии, строящим прекрасные стратегии. Не отчаявшимся и жалким человеком. Не тем, кем он является на самом деле. — А не похож? — чуть насмешливо поинтересовался Чуя. Дазай бы сказал, что похож, признал бы, что Накахара почти не изменился и стал лишь лучше в новых красках, но просто не может. Осаму слишком болезненно переносит эти изменения. Конечно, а разве может он иначе? — Как… Как ты умер? — простой вопрос, который поможет разъяснить столько вещей. Настоящий Чуя бы не забыл того, как умирал, пока Осаму суматошно пытался дотащить его до базы. Как бывший напарник шептал о том, что это не конец и просил жить. — Ты не успел остановить Порчу вовремя, — точно и чётко ответил Накахара, будто бы именно этого вопроса и ожидал. Дазай ведь и правда тогда не успел. Всё пошло так, как он и боялся. Простой просчет, маленькая ошибка, которую нельзя было допустить. Последняя ошибка в том мире. Приставленный к виску пистолет и звучащие в голове слова «Брось меня, идиот». Всё было будто бы во сне, а ведь случилось… Случилось, если считать события в игре реальными. — Я ошибся. — Тут даже не нужны слова, ибо это очевидно. Простая истина, которая не нуждается в чём-то ещё. Он ошибся, он просчитался, он поплатился. Дазай может ещё бесконечное количество раз осуждать себя, но… Все, кто умерли там живы здесь, так что есть ли в этом хоть какой-то смысл? — А теперь ты идешь ко мне и сохнешь! — заявляет Чуя. Дождь всё ещё льет, а капли безумно барабанят по асфальту и витринам, стекают в огромные лужи на асфальте. Нормальные люди не гуляют в такое время, но кого это может волновать сейчас? Сейчас, когда Дазай окончательно запутался в своих желаниях и эмоциях. Почему-то хочется вообще перестать думать и анализировать, искать единственное верное решение. Хочется просто молча следовать за Накахарой и всё. Может так и надо сейчас?       Дазай не хочет думать почему, когда Чуя мягко целует его в щёку. Не хочет понимать и искать логику, а просто хочет, чтоб так было всегда. Эта реальность всё ещё ужасна, но бывший напарник в ней почему-то оказался приятней. Тут, может, не так уж и плохо.