Если бы я был тобой

Глава 3. Все мечты сбываются. Или почти все. Цукишима Кей. ― Акааши-сан, пожалуйста, присмотрите за этим… ― Кей чуть нахмурился, думая как лучше назвать в этой ситуации Куроо. Придурок? Мудак? Кретин? Все это было не то. Он вздохнул, наблюдая за тем, как Куроо в его теле перешептывается о чем-то с Бокуто. Слишком подозрительно, и Кею это не нравилось, ― присмотрите за ними, пока я съезжу за вещами. Кей видел кивок Акааши и то, как он внимательно следит за двумя сидящими на кровати друзьями. Куроо в теле Цукишимы что-то горячо шептал Бокуто, а на лице того было выражение: “Бро, я все понял и сделаю!” ― Это к добру не приведет, ― Кей услышал тихий голос Акааши, а потом встретился с ним взглядом, ― ты уверен, что вам стоит жить под одной крышей? ― Я уже ни в чем не уверен, но его одного оставлять нельзя. Он явно устроит… ― Кей запнулся на пару секунд, ― Я даже не в силах представить все, на что он способен. Кей заметил на лице Акааши выражение безысходности и уверенности в том, что ко всем идеям Куроо, какими бы бредовыми и нелепыми они не были, присоединится Бокуто, а судя по всему, одна такая идея уже явно появилась и вовсю разрабатывалась. Куроо и Кея выписали из больницы. Было принято решение никому не говорить про обмен телами. Вряд ли такие новости будут восприняты адекватно, и им повезет, если не придется знакомиться с психиатрами. Кей согласился вернуться в их с Куроо прежнюю квартиру и жить там, пока вся ситуация более-менее не прояснится. Переезд начинал казаться Кею неудачной идеей. Но другой выход найти было сложно. Можно, но сложно. Он боялся признаться, что боится. Другими словами ― впервые в жизни Кей не знал, что делать. Он был реалистом и все происходящее казалось ему мистикой, сказкой на ночь для детей, которая в реальной жизни никогда не имела места быть. Но… никогда не говори никогда. Кей раздраженно цокнул языком, махнул Акааши рукой и, развернувшись, вышел из палаты. Он думал, что его уход не заметят друзья-заговорщики, но оказался не прав. Куроо Тецуро. ― Бро, почему ты был с ним на остановке? ― серьезным тоном сказал Бокуто, как только за Цукишимой закрылась дверь больничной палаты. Куроо только вздохнул, веселье как рукой сняло. ― Хотел с ним поговорить, расставить все точки над “и”, ― Куроо поднял руку и провел по непривычно коротким светлым волосам, ― я, конечно, не был готов к такому повороту событий, но мне это начинает нравиться. Хоть на какое-то время мы будем рядом, и я смогу понять что произошло. И да, знаю, что я тряпка. Что надо было действовать раньше, а не спустя три месяца. ― Он глянул на озадаченного Акааши у дверей, ― думаете, я не пытался? Да постоянно, практически каждый день. Вот только он упертый баран. Если что вбил себе в голову, то все. Неси лопату. ― Ты не знаешь, из-за чего он ушел? ― Акааши с недоверием посмотрел на друга. ― Понятия не имею, ― Куроо застонал, поднял руку и потер переносицу под очками. ― Но узнаю. И исправлю. Чего бы мне это ни стоило. Бокуто только расплылся в улыбке, всем своим видом показывая, что он готов поддержать Куроо во всех начинаниях. Квартира Ямагучи Тадаши. Цукишима Кей. ― Прости, Ямагучи, ― Кей выдохнул, быстро собирая все самое необходимое. ― Цу… ― Ямагучи чуть запнулся, наблюдая за другом в теле Куроо Тецуро, ― Цукки... ― Ему с трудом удалось выговорить имя, ― ты уверен, что жить вместе с ним хорошая идея? ― За ним нужен глаз да глаз. Иначе... Он выдохнул, прикрыл глаза и потер переносицу. Отсутствие давления на переносицу казалось странным, но то, что он отчетливо видел без очков и линз ― было непривычным, удобным и, внезапно, приятным. ― Я знаю, что Куроо не такой кретин, каким хочет казаться. Он прекрасно все понимает. Только иногда ведет себя как последний мудак. И прямо сейчас я боюсь оставить его одного наедине с моим телом. Потому что не знаю, что он с ним может сделать. Доверить свое тело Куроо Тецуро? Кажется, он это уже делал. И не один раз. Кей громко и недовольно выдохнул. ― За меня не переживай, я в силах о себе позаботиться. ― Кей закрыл сумку и выпрямился, откидывая черную челку с глаз. Кей заметил, что Ямагучи пристально наблюдает за каждым его движением. Когда их взгляды встретились, Тадаши быстро отвел взгляд и пожал плечами. ― Все-таки, это просто… нелепо. Я попытаюсь поискать информацию. Должно же быть что-нибудь о том, как вернуть тебя обратно. Кей благодарно кивнул. ― Спасибо, Ямагучи. Он еще раз осмотрелся, не забыл ли что. Встретившись с взволнованным взглядом Ямагучи, проговорил: ― Звони, если что. Акааши Кейджи. Выписка из больницы прошла спокойно, настолько, что это даже заставило Акааши заподозрить неладное. Куроо слишком рьяно рвался побыстрее покинуть больницу. Подозрение росло с каждой минутой и усилилось, когда они втроем ехали домой к Куроо. Акааши был за рулем и постоянно бросал взгляды в зеркало заднего вида на двух лучших друзей, которые, судя по активности обсуждения, собирались как минимум устроить мировой переворот. ― Бро, ты только не забудь ничего. ― Я рассчитываю на тебя. Как же я хочу это увидеть, ― Акааши видел нехороший блеск в глазах Куроо. ― Я весь горю в предвкушении. Надо будет выбрать время, когда Цуки не будет дома… Иначе он меня по стенке за такое размажет. ― Бро! Я сделаю! ― Широкая улыбка озарила лицо Бокуто и это Акааши Кейджи не понравилось еще больше. Когда у Куроо появляется идиотская идея, а то что идея была идиотской, Акааши уже не сомневался, жди беды. ― Завтра буду у тебя со всем необходимым! От вида ехидной улыбки, абсолютно не типичной для Кея, в теле которого сейчас находился Куроо, Акааши стало неуютно. ― Наконец-то моя мечта сбудется. Я это увижу. Камеру не забудь! ― Обижаешь!!! Это будет сногсшибательно! Ты же знаешь! Я тебя не подведу! ― Прости меня, Цукишима-кун, ― совсем тихо проговорил Акааши, покачав головой. Он, кажется, начинал понимать, что именно задумали сделать Куроо и Бокуто. ― Дай пятюню, БРО! ― Лови пятюню, БРО! Акааши покачал головой, продолжая вести машину. *** Квартира Куроо. Цукишима Кей. Кей вошел в квартиру и осмотрелся. Увиденное ему совершенно не понравилось. За последние три месяца Куроо явно не заморачивался уборкой. Практически везде валялись его вещи. Хоть на кухне и был относительный порядок, но стоящие в углу пакеты с мусором портили всю картину. Осмотрев весь этот бардак, Кей скривился. ― Какая чистота, все просто сверкает, ― произнес он не скрывая сарказм. В квартире наступила мертвая тишина. Бокуто осторожно, насколько это возможно, поднялся с пола и двинулся к выходу. ― Пока, Куроо. До завтра. Кей уловил сочувствующий взгляд Акааши прежде, чем за ними закрылась дверь, и он остался один на один с Куроо. Казалось, что у Кея скоро лопнет терпение. С каждым разом ему становилось все труднее сдерживаться. Пришлось через силу взять себя в руки и, переступая разбросанную по полу одежду, пройти в спальню. ― Цуки-и, ― Кей только чувствовал как взгляд Куроо прожигает ему спину. ― Чистота ― залог здоровья. Порядок прежде всего. Куроо-САН займись уборкой! ― дверь комнаты за Кеем громко захлопнулась. ― Ненавижу уборку, ― Куроо чуть застонал, ― и у меня рука в гипсе, ― добавил он чуть громче. *** ― Кей, хватит злиться, ― Куроо выдохнул и посмотрел на напряженную спину Кея. ― Кто ВАМ, Куроо-САН, сказал, что я злюсь? ― Да все твое поведение, Цуки! Послышался вздох, Куроо подошел к сидящему на кухне Кею, и обнял его со спины. ― Ну прости… ― Прости? Ты думаешь, это была хорошая идея? О чем ты с Бокуто только думал? Хотя, дурацкий вопрос. Я и так догадываюсь. ― Ну, Ке-ей, ― Куроо выдохнул и уткнулся носом шею Кея, ― черт… от тебя даже запах совершенно другой. ― От меня пахнет тобой, Куроо, ― Кей вздохнул, рука сама поднялась и легла поверх ладони Куроо, ― Я повторяю свой вопрос: и о чем вы думали с Бокуто, когда устраивали здесь ЭТО? Перед глазами пронеслась картина, которую Кей уже хотел забыть. Он вышел из квартиры всего на час, за продуктами, а когда вернулся увидел то, чего не хотел бы видеть никогда. Он, конечно, был готов к причудам Куроо в его теле, но чтобы тот нарядился в платье, да не просто платье, а костюм горничной из секс-шопа... к такому Кей не был готов. Куроо тихо рассмеялся, уткнувшись носом в шею Кея. ― Ну… это была моя мечта. ― Я уже догадался. Увидеть меня в костюме горничной? Сколько костюмов Бокуто принес? Сколько ты примерил и сколько было сделано фотографий? Или вы еще и видео успели заснять? И долго ты еще собираешься ходить в этом гребаном платье? ― Кей скользнул взглядом по черным чулкам и накрахмаленному подолу, выше смотреть не хотелось. Он мечтал забыть те позы, которые делал Куроо, играя на камеру. Бокуто же ползал и прыгал вокруг разодетого друга и делал снимки с разных ракурсов. Отодвинув от Кея ноутбук, Куроо развернул его к себе лицом, подался ближе и шепнул. ― Тебе не нравится? Кей вздрогнул. Видеть самого себя так близко было странно. Это вызывало неоднозначные эмоции. Неправильные. Где-то глубоко внутри он понимал, что перед ним Куроо Тецуро, вот только неправильный Куроо. В неправильном обличье. И дело было не в черном полупрозрачном платье, белом фартуке и беспорядочной прическе. Хотя это были его, Кея, волосы, светлые кудри все равно каким-то образом умудрялись выглядеть как гнездо. ― Я в платье? ― Кей приподнял бровь, ― Нет. Кей видел как глаза Куроо чуть прищурились за стеклами очков, при этом Тецуро продолжал смотреть на него, как удав на кролика. Расстояние между ними стремительно сокращалось. Куроо явно не собирался сдаваться, в каком бы состоянии он ни находился. Еще пару сантиметров и их губы встретятся... Кей подался назад, пытаясь избежать прикосновения. Сложно было понять, как это Куроо может хотеть поцеловать сам себя. Но, черт возьми, это же Куроо. Может, поцелуй ― это лишь малая часть того, что он на самом деле хотел сам с собой сделать? Гребаный извращенец. Сердце бешено колотилось в груди, все возможные и невозможные объяснения давно были вычеркнуты. Потому что эта ситуация в принципе правильной никогда не была. Это было не логично. Все было не логично. ― Ты в нем такой сексуальный… ― от тихого с хрипотцой голоса Куроо по спине Кея пробежали мурашки. Руки скользнули от колена Кея к бедру. ― Ага, твоя влажная мечта, ― Кей фыркнул,всем своим видом изображая спокойствие, хотя внутри все бушевало и готово было взорваться на подобии Везувия. ― Кстати, ты уборку не закончил. Осталось вымыть кухню и туалет. ― Ты издеваешься? ― Ты же сейчас горничная, так что давай, вперед за работу. ― Твою мать, ― на лице Куроо отобразилось горькое разочарование и это было как бальзам на израненную душу. ― Ненавижу уборку, ― вздохнув, Куроо попытался быстро поцеловать Кея в губы, но тот успел отвернуться, так что прикосновение пришлось вскользь по скуле. ― И платье не смей снимать, ― ехидно добавил Кей.