Extra Credit

Тот факт, что оставшиеся две пары также были уделены просмотру фильмов, радовал Ричи уже совершенно по иной причине, нежели раньше: царивший в помещении сумрак помогал скрывать глупую улыбочку, то и дело расползавшуюся на лице. Однако большую часть времени он все же прикрывал рот ладонью на случай, если кто-то из студентов захотел бы присмотреться к нему повнимательнее. Значимая часть его сознания все еще вопила, что он — идиот, позволивший ситуации выйти из-под контроля. Однако Тозиер решил пока что ее игнорировать. К тому же когда он вообще толком прислушивался к гласу разума? По пути домой после окончания занятий Ричи подумал, что настало время оценить ситуацию с точки зрения логики и здравого смысла. Ему все равно рано или поздно пришлось бы поговорить с Эдди, хотели они оба этого или нет. Но, хоть ему и понравился неожиданный исход их беседы, прийти к чему-то толковому ему по сути так и не удалось. Когда Ричи затормозил на светофоре, его телефон зазвенел, оповещая о новом сообщении. Тозиер взял гаджет, чтобы посмотреть, кто отправитель, и ощутил целую бурю эмоций, когда на экране высветилось имя Уриса. Вина, раздражение и облегчение чувствовались наиболее остро. Он быстро разблокировал телефон, пока не зажегся зеленый, и прочитал сообщение. Мужик: Боже, игнорировать тебя действительно утомительно. Пообедаем завтра? Ричи бросил мобильник обратно на пассажирское кресло, как раз когда загорелся зеленый. Стэн ни в коем случае не должен был узнать о недавних изменениях в ситуации, даже рассказать о случившемся Бев не выглядело хорошей идеей. Возможно, ему стоило самому разобраться в происходящем перед тем, как сообщать об этом кому-то еще, так ведь? Тозиер позвонил Урису, как только добрался до дома, и они мирно поговорили, словно ничего и не было. Ричи все еще было крайне любопытно, почему Стэн так сильно психанул, но на данный момент возможности снова поболтать с лучшим другом уже было вполне достаточно. Урис договорился встретиться с ним на следующий день в университетской столовой во время обеда, чему Ричи был очень рад. Они были лучшими друзьями еще с начальной школы, с тех самых пор, когда какие-то одноклассники Стэна начали задирать его, а Ричи, хоть и перешел только во второй класс, в то время как обидчики были в пятом, запрыгнул на спину одному из них в попытке восстановить справедливость. В итоге ему досталось от учителя за драку, и последующие несколько дней его оставляли в классе во время перемен, не разрешая играть с другими на улице, однако именно тогда Тозиер, сам того не зная, приобрел друга на всю оставшуюся жизнь. За долгие годы их дружбы Ричи уже пару раз удавалось вывести Стэна из себя настолько, что тот переставал с ним разговаривать. Первый такой инцидент произошел, когда Урис учился в девятом классе и только закончил мастерить крайне детализированную диораму для научного проекта, а Ричи случайно смахнул ее со стола, накануне сдачи. После того случая Стэн не разговаривал с ним неделю. Следующая глобальная ссора произошла, когда Урис учился на первом курсе университета. Он достаточно сильно переживал по поводу учебы, и Тозиеру захотелось приободрить друга. С неделю он шатался по различным зоомагазинам в поисках трех определенных видов птиц, о которых Стэн прежде отзывался как о своих любимых. Его идея заключалась в том, чтобы принести пташек на одну из наиболее напряженных пар Уриса и удивить его. Стэн пришел в ярость, когда Ричи зашел к нему в аудиторию, однако Тозиер держал клетку с птичками накрытой, и был уверен, что друг обрадуется, стоит ему увидеть подарок. Но когда он сорвал платок, то нечаянно задел задвижку дверцы, которая распахнулась, выпустив птиц наружу. У них ушло три часа на то, чтобы поймать всех трех. Вдобавок учитель не увидел в данной ситуации ровным счетом ничего смешного и чуть ли не пинками выпроводил обоих из аудитории. В этот раз Стэн молчал уже полторы недели. Каждый раз, когда они ссорились, Ричи довольно быстро признавал, что виноват, даже с учетом его изначально благих намерений. В данном же случае у него не было ни малейшей идеи, что именно он сделал не так. И, возможно, лучше было не дергать Стэна по этому поводу во время обеда, от чего Тозиер в итоге и воздержался. Они обсудили какие-то абсолютно случайные темы. То, что происходило в университете, то, что Ричи уже давно не звонил родителям, свадьбу Бена и Бев в перспективе и прочие достаточно обыденные вещи. Тозиер покинул столовую в приподнятом настроении. За вычетом большого секрета, который он пока был не намерен раскрывать другу, их отношения со Стэном, по всей видимости, вернулись в привычную колею. С этой проблемой ему еще предстояло расправиться, и он собирался заняться этим. На следующий день, после первой пары. И, хотя Ричи был не уверен, что в пятницу все обернется благополучно, ему удалось предварительно выспаться, и он добрался до своей аудитории к тому времени, к которому пришел бы среднестатистический добросовестный профессор. Когда Тозиер сел за свой стол, в классе уже находились несколько студентов. Чтобы убить оставшиеся до начала занятия пятнадцать минут, Ричи вытянул из стопки бумаг некоторые из работ, отложенных для проверки, и принялся за работу. Он просмотрел где-то две с половиной, когда на горизонте появился отвлекающий маневр. На вышеупомянутом отвлекающем маневре были шорты. Тозиер поднял на него взгляд всего на пару секунд, за это время мельком осмотрев студента, но, когда он уже хотел было вернуться к работе, его глаза остановились на лице Эдди, на котором играла самоуверенная ухмылка. Ричи помотал головой и отвернулся, когда Каспбрак, глядя на него в ответ, слегка приподнял брови. Им определенно стоило установить ряд правил «для класса», если этому, что бы это ни было, суждено было продолжиться, и шорты должны были стать правилом номер один. Тозиер снова сконцентрировался на работах, рассчитывая проверить еще парочку до девяти тридцати. Закончив с одной, он поднял голову посмотреть, сколько студентов все еще отсутствуют, и совершил дурацкую ошибку, бросив взгляд на первый ряд, где сидел Эдди. Каспбрак достал свою тетрадь и положил ее перед собой. Он также выудил из рюкзака ручку, и теперь кончик этой самой ручки слегка касался его нижней губы. Выглядело это так, словно он ждал, когда Ричи посмотрит на него, так как, как только их взгляды пересеклись, Эдди улыбнулся и быстро облизнул уголки рта. Тозиер уставился на его губы, вспоминая, как они прижимались к его собственным, как раз там, где сейчас сидел Каспбрак. Когда Эдди втянул конец ручки глубже в рот, Ричи вновь поднял взгляд выше. В глазах студента плясали бесенята, и Тозиер осознал, что это точно станет правилом номер два. К счастью, перед тем как Эдди в своих издевательствах успел пуститься во все тяжкие, на свое место рядом с другом плюхнулся Билл и начал неразборчиво что-то говорить, тем самым отвлекая внимание Каспбрака на себя. Тозиер взглянул на часы. Было время начинать занятие, так что он попросил студентов разбиться на группы и приступить к работе. Студенты последовали его указаниям, и пара началась без новых эксцессов для Ричи, отчасти из-за того, что он избегал смотреть на Эдди. За все занятие Тозиер имел с ним дело лишь единожды, когда подошел послушать обсуждение в их группе и согласился с высказанным Каспбраком мнением. Ричи закончил пару на несколько минут раньше положенного и попросил всех сдать свои индивидуальные записи. Пока ученики собирались, он сел за свой стол, и когда Эдди подошел к нему, то Ричи шепотом попросил его задержаться. Каспбрак улыбнулся, но больше ничем не дал понять, что принял к сведению то, что сказал ему Тозиер. Билл и Эдди направились к двери вместе с остальным потоком студентов, покидающих аудиторию. Ричи наблюдал за вторым несколько растерянно, пока не осознал, что эти двое были последними, а Каспбрак оставил свой рюкзак на парте. Эдди остановился у выхода, облокотился на дверной косяк, что-то втолковывая Биллу, и Тозиер снова не смог разобрать ни слова. Денбро на все сказанное ему закатил глаза, кинул беглый взгляд на пустую аудиторию и преподавателя, затем отвернулся и вышел. Эдди закрыл за ним дверь, и Тозиер услышал тихий щелчок замка. Он подпер щеку кулаком, наблюдая, как Каспбрак идет обратно к его столу. — Ты сегодня вел себя как маленький засранец, хотя ты и сам это прекрасно знаешь, — вздохнул Тозиер, когда Эдди подошел и уселся на угол его стола. — А как же мне еще привлечь ваше внимание? — Каспбрак положил ладонь Ричи на плечо. Тозиер смотрел ему в лицо, пока сам Эдди увлеченно разглядывал собственные пальцы, теребящие ткань чужой рубашки. Еще несколько секунд оба молчали. — Тебе не нужно ничего делать, чтобы привлечь мое внимание, — тихо сказал Ричи. Он подождал, пока Каспбрак поднимет на него взгляд и продолжил, — Ты и так уже им завладел. Эдди слегка опустил голову, но не отвел глаз от Тозиера. Выглядело это так, словно они оба ждали какого-то сигнала. Каспбрак позволил своим пальцам соскользнуть с чужого плеча, и они просто сидели, глядя друг на друга, еще примерно минуту. Ричи был первым, кто наконец сдвинулся с места. Он улыбнулся, поднялся со стула и начал собирать работы, которые недавно беспорядочно покидали на его стол студенты. Он успел взять только одну, когда Эдди снова схватил его за плечо. В этот раз его хватка была гораздо сильнее, словно это и правда было необходимо. Тозиер взглянул на него сверху-вниз, когда Каспбрак зажал в кулаке ткань его рубашки, и позволил тому притянуть себя ближе. Его бедро коснулось бедра Эдди, когда их губы наконец соединились. Ричи не мог вспомнить, потянулся ли кто-то из них за поцелуем первым, или же это произошло обоюдно, но в настоящий момент ему было на это плевать, так как чувствовать губы Каспбрака на собственных было просто невероятно. Тозиер мягко погладил чужую щеку, а Эдди потянул его за рубашку так, чтобы Ричи оказался прямо перед ним. Тот тут же положил свободную ладонь Каспбраку на бедро, лизнув его нижнюю губу. Эдди как-то удивленно надрывно выдохнул и обхватил Ричи за талию, почти отчаянно притягивая его еще ближе. Их губы продолжали смыкаться и размыкаться. Ричи переместил ладонь с щеки Эдди на его бок, Эдди же обвил руками уже его шею. Ричи разорвал поцелуй, но остался стоять прямо у Эдди между ног. Он не был на сто процентов уверен, что понимает, каким образом все дошло до такого, но жаловаться точно не собирался. Пока Каспбрак продолжал покрывать легкими поцелуями его подбородок и шею. Тозиер позволил себе подушечками пальцев проскользить по бедру Эдди выше. — С тобой действительно сложно иметь дело, — прошептал Ричи. Он поднял руку к лицу Каспбрака, чтобы поправить прядку, которая выбилась из прически студента и спадала на лицо. — Какими же делами вы хотели заняться сегодня? — спросил Эдди, его губы все еще не отрывались от чужой шеи над самой кромкой воротника. — Что ж, я думаю, нам стоит обсудить пару вопросов, — Каспбрак тут же оторвался от него слегка сконфуженный. — То есть, подождите, вы попросили меня остаться, чтобы поговорить? — теперь уже Ричи почувствовал себя неловко. — Ну… да? Я не знаю, со сколькими профессорами ты такое уже проворачивал, но определенные границы должны быть установлены. Вдобавок тебе предстоит быть моим ассистентом, так что, я думаю, мы должны немного поговорить и об этом тоже, — саркастично начал Тозиер, надеясь, что Эдди поймет, что он не шутит насчет правил. — О да, у меня большой опыт. Пытаюсь заарканить по одному с каждой кафедры, — парировал Эдди так же саркастично. Он отвернулся, выудил из стаканчика на столе Ричи шариковую ручку, и, тут же повернувшись обратно, взял Тозиера за руку. Он написал номер поперек всей ладони Ричи и улыбнулся ему. — Теперь вы можете написать мне, и мы сможем обсудить все те правила, о которых вы хотели поговорить. Ричи не смог удержаться от ответной улыбки, будто бы улыбка Эдди была заразной. — Знаешь, ты мог бы просто вбить его в список моих контактов, — сказал он, когда Каспбрак снова подался ближе. — Мог бы. Но это не было бы так весело, — Эдди снова поцеловал его, в этот раз слегка надавив ладонями на его грудь, заставляя сделать шаг назад. После этого он соскочил со стола, отстранился и отошел. Ричи наблюдал, как он остановился у своей парты, чтобы забрать тетрадь и рюкзак, а затем пересек аудиторию, задержавшись у двери. — Напишите мне сегодня. У меня есть кое-что, что я бы хотел вам показать, — сказал Каспбрак, перед тем как толкнуть дверь и исчезнуть за ней.