Это сделка

На протяжении двух последних недель Джихун слышит одну и ту же мелодию, которую кто-то играет на фортепиано. Но он не видел ни музыканта, ни его инструмент ни разу на протяжении всего того времени, что танцует здесь. Возможно, танцы в заброшенном подвале тренажерного зала были не лучшей его идеей, но это был единственный доступный вариант. Потому что этот спортзал не мог позволить себе обустройство танцевальной студии в своих стенах, а Джихун не мог позволить себе другой зал. А ещё у Джихуна скоро танцевальный конкурс, и ему всё-таки нужно было где-то тренироваться. Несмотря на то, что мелодию играл таинственный незнакомец, которого Джихун не мог найти, как бы не пытался, он всегда по достоинству оценивал его прекрасную игру. Она буквально заставляла его тело трепетать.   Это пугало и будоражило Джихуна. Таинственный пианист мог оказаться каким-нибудь маньяком, и тогда его бы просто убили за то, что он подслушивает, но, блин, по крайней мере, он получал бесплатную музыку, и это имело смысл. Джихун расстроился из-за того, что за пять дней так и не нашёл человека, который играл на пианино, ни даже комнату, откуда он играл. Как будто за ним следили и прятались специально. Независимо от того, кто играл на фортепиано, эта игра, всё же, была красива. И это помогало Джихуну расслабиться и танцевать, готовиться к предстоящему большому шоу, от которого зависело так много. К сожалению, он не мог использовать эти мелодии в своём выступлении, так как не знал ни композитора, ни названия. А ещё он не знал человека, который аккомпанировал ему в подвале, и это тоже влияло. Он включил свою музыку для разминки, но чуть не упал, когда услышал, как где-то нажимаются фортепианные клавиши. Джихун очень хотел узнать, кто нажимает на эти клавиши. Безопасность превыше всего, подумал Джихун и, прихватив с собой металлическую палку, которая была найдена в подвальном мусоре, лёгкими шагами направился на поиски. Казалось, что аккорды становились тише и реже с каждым его шагом. Что за чёрт. Подумав, что нужен другой способ, он побежал наверх к стойке регистрации. — Джихунни, дорогой, я могу чем-то помочь тебе? — Женщина на вахте улыбнулась задыхающемуся Джихуну. Парень был регулярным посетителем спортзала уже много лет. Его знали здесь с тех самых лет, когда его ещё дразнили за то, что он был пухлым ребенком. Рабочие и старушки, что обитали в этом спортзале, готовы были сделать что угодно за его очаровательность. И именно поэтому ему было дозволено спуститься в заброшенный подвал. — У меня есть вопрос… Эм, у вас здесь случайно где-нибудь нет пианино? — Пианино… Хм, да! Да, но оно уже старое и противное, и, возможно, не настроено, так что не будет звучать нормально, если ты попробуешь на нём сыгра- — Где-оно-находится? — протараторил Джихун, услышав ответ. — Ну, когда-то это была комната безопасности. Потом она перестала использоваться, ну, после сокращения бюджета, ты, наверное, помнишь, тогда подвал и был заброшен… Но если тебе очень надо, то это вторая дверь по коридору, на ней написано «охрана». Хорошо. Звучало жутко, но Джихун готов был попробовать найти играющего человека.  — Кстати, Джихунни, почему у тебя железная палка в руках? Чёрт. — Ох, я просто, я споткнулся, да, споткнулся, а когда попытался убрать её с дороги, наверное, забыл положить на место, да? — Будь осторожен! — Спасибо! — Он поклонился. Спускаясь вниз, он, всё же, не решился оставить металлическую палку, тихо шагая к двери нужной ему комнаты. Всё просто скверно, посчитал Джихун, ведь подойдя к двери, он услышал шорохи. Так здесь всё-таки кто-то есть. Он крепче сжал палку: — Я знаю, что ты там, не пытайся бежать, иначе я тебя ударю! Джихун ожидал как минимум монстра, но вместо этого он услышал громкий смех изнутри. Нахмурив брови, он ворвался внутрь. — Клянусь, я ударю тебя! — закричал Пак, зажмурившись, вбегая в комнату и размахивая палкой во все стороны. Открывая глаза, он точно не ожидал увидеть парня. Высокого парня примерно его возраста, может старше, который стоял, скрестив руки. — Кто ты, чёрт возьми? — Озлобленно выплюнул Джихун. — Никто, — закатил глаза незнакомец. — Ты- жуткий псих! Это ты всё время играл на пианино здесь? Почему ты останавливался каждый раз, когда я пытался найти тебя? — пыхтел Джихун, пытаясь примириться с ситуацией, в которую попал. — Я? Жуткий псих? Я просто играю на фортепиано, наслаждаясь этим. Это ты — жуткий псих, танцующий под мою музыку. — О-откуда ты знаешь, что я танцевал под неё? — Это комната безопасности, точнее, была когда-то. Здесь всё ещё есть рабочие камеры. И я видел, как ты танцевал под мою музыку. И каждый раз, когда ты подходил близко, я останавливался, чтобы побесить тебя. Должен признать, на это довольно смешно смотреть. Поиски заняли у тебя достаточно много времени, — хмыкнул парень, насмехаясь над Джихуном. — Значит, ты утверждаешь, что ты смотрел, как я танцую последние две недели? Ты похож на извращенца. И как я могу считать тебя нормальным после этого? — Слушай, малыш, я просто бесплатно играл на этом фортепиано, а ты начал танцевать под мою музыку. И, поверь, если бы я мог избавиться от чего-то, так это от просмотра твоих танцев. но, к сожалению, это невозможно, так как это общий спортзал. Хорошо, это было грубо. — Я не малыш! Мне девятнадцать! — Разозлился Джихун. Что этот парень себе позволяет?   — Чёрт, — пробормотал тот.   — Что? — Нахмурился Джихун. — Да так. Просто ты выглядишь как двенадцатилетний, но ты старше меня, — сказал высокий незнакомец, пожав плечами.   — Значит, ты не только извращенец, но ещё и неуважительный. Я старше тебя… — Послушайте, танцор-щи, я не извращенец. И никто в здравом уме не догадался бы, что ты совершеннолетний. Ну вот мы всё и прояснили, так что не мог бы ты перестать надоедать мне и свалить?   Хорошо, Джихун ничего не мог ему ответить. Он был очень зол на младшего, этот парень просто раздражал его. — Так ты собираешься весь день смотреть на мое красивое лицо или уже двинешься, хён? — Мальчик невинно улыбнулся. Боже, как Джихун хотел ему вмазать. — Ты чертовски… — Джихун не успел оскорбить парня, потому что тот прервал его. — Сексуальный, я знаю. Теперь свали, — отрезал младший. — Охуел! —  закончил Джихун. Джихун собирался высказать ему ещё пару ласковых, но был опять прерван озорной ухмылкой высокого парня.   — Лай Гуаньлинь, семнадцать лет, а не охуел. В следующий раз, когда будешь двигать бёдрами под музыку, помни, кто её играет.