Это сделка

Мыслей о возможных чувствах к Гуаньлиню Джихун побаивался по нескольким причинам. Во-первых, он парень.   Джихун понимал, что нет ничего смертельного в том, чтобы встречаться с человеком того же пола, но когда дело дошло до того, что у него появился потенциальный привлекательный парень, это ощущалось неправильно?   Но с другой стороны, Гуаньлинь был не просто парнем, он был парнем с острым языком, раздражающей ухмылкой, прекрасными волосами, симпатичной смазливой улыбкой и, прежде всего, парнем с добрым сердцем, который на самом деле заботится о Джихуне больше, чем показывал.   И это то, из-за чего Джихун медленно влюблялся. Влюблённость в Гуаньлиня ощущалась такой правильной, а вот сама идея была неправильной. Но, в конце концов, это ведь не означает, что он будет держать младшего за руку или даже целовать его прямо по середине улицы? В такой ситуации они бы просто смотрели в пол.   Во-вторых, Джихун тонул в собственных мыслях, становясь всё более хмурым, особенно когда наблюдал за Дэхви. Его лучший друг душил Джинёна, обнимая того со спины, и улыбался. Маленькая улыбка расползалась на его собственном лице, когда он видел, как они очевидны в своих чувствах. Удивительно, как Дэхви узнал и признал, что ему нравятся мальчики.   — Ты слишком много думаешь. Ты выглядишь глупо, — Джихун услышал голос позади него, и это был не кто иной, как Лай Гуаньлинь.   — Ты позволишь мне просто дышать? — Джихун закатил глаза, когда Гуаньлинь сел рядом с ним, грубо подвинув его.   — Я имею в виду… Вообще я всегда мечтал, чтобы ты перестал дышать, поэтому ответ на твой вопрос, нет, я не позволю тебе дышать, — самодовольно ответил мальчик. Смазливая улыбка появилась на его лице, и Джихун хотел бы, чтобы его сердце не сжималось при взгляде на нее, поэтому он отвёл взгляд с напущенным отвращением. — Я в ожидании дня, когда ты произнесёшь что-то хорошее в мою сторону, — пробормотал Джихун.   — Ты имеешь в виду тот стон, который произнёс ты, когда я целовал тебя, а? — поддразнивал Гуаньлинь, приближая лицо к плечу Джихуна, шевеля бровями.   — Ты так раздражаешь, когда ты уже забудешь это? Я был в шоке, я имею в виду, кто не будет? Ты внезапно поцеловал меня, без предупреждения! — Джихун быстро и взволнованно защищался, чем заставил Гуаньлиня усмехнуться.   — Извините, в следующий раз я скажу «Пак Джихун, я собираюсь соединить мои губы с вашими». Так пойдёт? — младший издевался, качая головой, а Джихун мог думать только о том, когда будет этот следующий раз. + Существовали две вещи, в которых Гуаньлинь был отличным. Первая — быть раздражающим. И вторая — выбешивать Джихуна.   И вместе с тем он отлично заставлял Джихуна волноваться и глубоко задумываться.   — Дэхви, могу я спросить у тебя кое-что серьезное? — Джихун выдохнул, глядя под ноги, он нервничал, даже задавая вопрос. Дэхви обеспокоился, улыбка сошла с его лица, когда он подошел к своему лучшему другу. — Конечно, что случилось, хён?   — Когда ты понял…как бы так выразиться, — нервничая с каждой секундой всё больше, парень старался собраться с мыслями, — как ты понял, что тебе нравятся парни, и как ты справился с этим?   — Почему ты спрашиваешь? — Дэхви поднял брови, глядя на своего друга.   Дерьмо. Джихун запаниковал, почти давясь слюной. — М-мне просто интересно… Надо помочь другу, который нуждается в совете, — быстро придумал старший, его ладони вспотели. Дэхви кивнул в знак понимания, а Джихун вздохнул с облегчением, радуясь, что младший купился на его враньё.   — Ну что ж, в таком случае… У меня никогда не было такого, чтобы мой ум просто «дзинь, тебе теперь нравятся члены», — младший переставал хихикать, а Джихун слушал каждое слово с максимальной концентрацией, — это было типа «вау, я действительно держал бы его за руку и целовал бы его, как делал бы с любой девушкой». И эта мысль меня никогда не беспокоила? Я нахожу многих мужчин привлекательными, но ты знаешь, кто мне нравится. Хотя нет никакой гарантии, что я когда-нибудь буду держать его за руку, я уже не говорю о том, чтобы назвать его своим… — Дэхви остановился, его голос стал грустным, он нахмурился, — я всё ещё осознаю, что мне может нравиться любой другой парень, как обычно нравятся девочкам, — слегка пожав плечами, Дэхви поднял голову, и увидел задумчивого Джихуна.   — Ты в порядке? — спросил Дэхви, выводя старшего из его оцепенения. — Д-да, я в порядке. Спасибо Дэхви, я обязательно расскажу своему другу, что все в порядке.   — Рад, что я смог помочь, и теперь ты знаешь, к кому обратиться, если твоему другу понадобится больше советов.   Джихун улыбнулся, кивнув, и ушёл на кухню.   Этот друг был выдуманным. Тот, кому нужен был совет, был сам Джихун, но он всё ещё был растерян, даже после того, что услышал. Джихун был уверен, что он не воспринимал Гуаньлиня в роли своего друга, скорее нечто большее. И это не только беспокоило его, но и причиняло боль, потому что он не хотел, чтобы ему нравился парень. Он знал, что он никогда не сможет любить его свободно.   — Почему я…? — прошептал он, в отчаянии запуская руки в волосы. Джихун не мог избавиться от мыслей о парне, забыть его. Он знал мальчика почти месяц, но общались они только из-за тупой сделки. И Джихун был в прострации. Его чувства, влюблённость в Гуаньлиня, были неизбежны. — Почему ты просто не можешь меня всё время раздражать и не заботиться обо мне? — Джихун ударил кулаком по стене. + Все собрались в гостиной, спрятавшись где кто мог, в ожидании Хёнсоба.   — Убери свою задницу от моего лица! — прошипел Джихун, когда нырнул за кушетку с Гуаньлинем, который практически сел на его голову.   — Убери своё лицо от моей задницы! — ответил Гуаньлинь, не желая двигаться. Он уже собирался добавить что-то ещё, когда Сону толкнул его, отчего он упал на колени Джихуна. — Вы оба, чёрт возьми, заткнитесь! — Он был раздражён, это чувствовалось даже в темноте. — У тебя сильные бедра, коротышка, — Гуаньлинь прошептал в ухо Джихуну. Пак почувствовал, как его горло пересохло из-за того, что между ними практически не было промежутка.   Младший цеплялся за Джихуна, как медведь, обхватив его за шею, неловко располагая свои длинные ноги. Танцор беспокоился, что шея Линя сломается от того, что тот спрятал её, чтобы быть пониже.   — Он идет! — прокричал шёпотом Уджин, привлекая всеобщее внимание. Комната стала мертво безмолвной, и только мягкое дыхание Гуаньлиня было слышно и ощущалось по всему телу Джихуна. Он даже не понял, что Гуаньлинь опустил голову на его плечо, упираясь в шею.   Было приятно.   Вырвавшись из своих мыслей, только услышав щелчок двери, он почувствовал, как Гуаньлинь застыл в его руках, прижимая голову ближе к Джихуну, чтобы спрятаться.   — Хей, здесь кто-то есть? Убей меня, если хочешь, ублюдок! —  Хёнсоб говорил в темной комнате, игривым тоном. Джихун готов был засмеяться.   Раз… Два… Три!   — Сюрприз! — вся комната закричала. Джехван был последним, кто скандировал всё нараспев, из-за чего все посмотрели на него с неодобрением, особенно Минхён, который потирал свои виски.   — С днем ​​рождения, с днем ​​рождения, с днем ​​рождения, дорогой Ан Хёнсоб, с днем ​​рождения! — все в гостиной начали петь. Уджин медленно подошел к своему парню, который улыбался во все зубы.   Уджин притянул Хёнсоба в объятия, поцеловав его лоб, и Джихун почувствовал, как его сердце нагревается от этой картины. Все наблюдали за этими двумя, любуясь тем, какая сцена разворачивается у них на глазах. По какой-то причине Джихун задавался вопросом, как на это реагирует Гуаньлинь. Он медленно перевёл взглядом на младшего, его вид был самым невинным, который когда-либо видел Джихун. Глаза Гуаньлиня сияли, широкая улыбка расплылась на его лице, появилась симпатичная ямочка, виднеющаяся на его щеке, когда он смотрел на Хёнсоба и Уджина.   Джихун не понимал, что он смотрит на Гуаньлиня с небольшой улыбкой, пока Лай повернулся лицом к нему, подмигивая. Джихун быстро отвернулся, чувствуя, как его щеки краснеют.   Но увидеть эту бесценную улыбку стоило того, подумал про себя Джихун, прежде чем его глаза нашли Дэхви. Друг также ласково наблюдал за Хёнсобом и Уджином, а его рука цеплялась за мизинец Джинёна.   — Вы, ребята… Кто это устроил? О боже, я действительно этого не ожидал. Хватит, хватит, я чувствую себя так здорово! — излился Хёнсоб, схватив себя за щеки, как будто он не верил в происходящее. Уджин наблюдал за парнем с любовью в глазах, оголяя зубы в улыбке.   — Твой парень попросил всех нас устроить эту вечеринку для тебя, — усмехнулся Сону, от его слов Уджин начал краснеть. Хёнсоб, задыхаясь от удивления, крепко обнял своего бойфренда, засыпая его поцелуями. — Я так тебя люблю, Уджин-и, спасибо!   — Эу, хватит гей-дерьма, давайте разрежем торт, я чертовски голоден, — Гуаньлинь открыл рот, закатывая глаза. — Дай мне побыть милым с моим парнем. Ты просто злишься, что у тебя нет такого милашки, — Хёнсоб показал язык Гуаньлиню.   — У меня будет парень намного милее твоего, эльф, — ответил Линь, ущипнув ухо Хенсоба, в ответ на что тот оттолкнул его руку.   У Джихуна скрутило живот, когда он услышал эти слова. Конечно, скоро им придется закончить эти фейковые отношения, и у Гуаньлиня появится потрясающий парень, в то время как Джихун будет справляться со своими новообретёнными чувствами.   Несмотря на то, что он очень сильно хотел признать свои чувства к Гуаньлиню, ему в конце концов придётся избавиться от этой влюблённости, потому что их отношения невозможны.   Кроме того, Гуаньлиню никогда не понравится Джихун в том самом смысле. Их отношения построены только на пререканиях, в некоторых моментах заботе и путанице. А у Джихуна будет девушка, и он надеется, что в ближайшем будущем.   — Эм, ребята, я хотел кое-что сказать, если бы я мог привлечь ваше внимание, — сказал вдруг Джинён голосом, пронизанным нервозностью. Джихун наблюдал, как тот смотрит на Гуаньлиня, а тот показывал ему большие пальцы. Теперь Джихун очень смутился и несколько не хотел узнать, о чем собирается объявить Джинён. Вся комната замолчала, ожидая, что парень продолжит.   — Вы все мои друзья, и я доверяю вам, ребята, больше всего на свете, и сегодня прекрасный день, и я просто подумал, что для меня будет отличным временем сказать это…   Дэхви один из всех наблюдал за мальчиком со всем его безраздельным вниманием, выпучивая свои большие глаза на старшего. Он смотрел, как Джинён останавливается и делает глубокий вдох.   — Я…эм, гей? Только Гуаньлинь знал об этом, и я подумал, что было бы здорово, если бы вы, ребята, тоже знали. И я надеюсь, что вы примите это. Извините, что забрал внимание со дня рождения именинника… — Хёнсоб отмахнулся, с гордостью улыбаясь Джинёну. И Дэхви тоже ему улыбался.   Дэхви выглядел так, будто он только что выиграл в лотерею, хлопая в ладоши. Вскоре все начали поднимать свои напитки. — За день рождения Хёнсоба и признание Джинёна! — Даниэль сказал тост с широкой улыбкой на лице, до ужаса походя на щенка, как и всегда. Джихун медленно хлопнул, наблюдая, как Джинён бежит с объятиями к Гуаньлиню, а тот в ответ ласково ерошит его волосы.   Затем Дэхви подбежал к Джинёну, сокрушив его крепкими объятиями, и зарылся лицом в грудь старшего. И всё, что чувствовал Джихун, это как его легкие перестали работать. Он решил, что ему нужен свежий воздух, и вышел на балкон.   Может это из-за факта, что возможность быть влюблённым в Гуаньлиня, парня, заполнила его разум. Или из-за страха, того, что потенциального он ему уже нравится. Или из-за того, что если бы он признался как Джинён, его друзья приняли бы его. Или из-за того, что он никогда не понравится Гуаньлиню. Это всё напрягало Джихуна. Он был просто сплошным беспорядком.   Он чувствовал, что не может дышать. Он закрыл глаза, блокируя все фоновые шумы, что проникали в его тело, теперь ощущая только холодный ветерок.   Некоторое время он стоял так, прежде чем почувствовал руку на плече. Медленно поворачиваясь, чтобы встретиться лицом к лицу с человеком, который был в его голове, кого он хотел избежать; Лай Гуаньлинь.   — Ты в порядке? Ты выглядешь так, как будто тебя вырвет… — спросил Гуаньлинь, на его лице возникла настоящая озабоченность. Джихун не знал, почему он хотел плакать, увидев мальчика, его горло пересохло, уже как рефлекс, когда он был около младшего. Поэтому он позволил своему телу взять верх. Притянув Линя к себе, он крепко обнял его.   Джихун узнал еще одну вещь в ту ночь: было реально здорово обнимать Гуаньлиня. Его маленькое тело было окутано младшим. Джихун почувствовал, как Гуаньлинь легко обнимал его за талию, словно он боялся прикоснуться, и положил подбородок на голову старшего.   Удушающее чувство отпустило, и Джихун почувствовал, что он может дышать, зарываясь лицом в грудь Гуаньлиня. Он тяжело вздохнул, слыша громкое сердцебиение Линя. — Пак Джихун только что самовольно обнял меня. Где настоящий Пак Джихун? Кто ты и что сделал с ним? — Гуаньлинь говорил игривым тоном, и губы танцора расплылись в улыбке против его воли. — Я серьезно, ты в порядке? — повторил Лай, отрываясь, поднимая подбородок Джихуна пальцами, чтобы тот посмотрел на него.   Боже, Джихун пожалел, что раньше не заметил, насколько красив Гуаньлинь. Его кожа была великолепна, похожа на фарфор, большие глаза были абсолютно невинными, вопреки его не столь невинному образу и поведению. И его губы, Джихун задержал на них взгляд, они были полными, розовыми и мягкими. Джихун сглотнул, вспоминая, как губы младшего хорошо двигались на его губах.   Джихун узнал три вещи сегодня. Во-первых, Гуаньлинь был чертовски красивым. Во-вторых, ему чертовски нравилось обниматься с Гуаньлинем. И в-третьих, он чертовски влюблялся в Лай Гуаньлиня.   Джихун также узнал про разницу между чувствами в своем сердце и разуме. Сердцем он чувствовал себя прекрасно, но разумом понимал, что симпатия к Гуаньлиню неправильна. Это заставляло его волноваться.   — Не знаю, наверное, я немного устал, — Джихун встряхнул головой с небольшим пожатием плеч и натянутой улыбкой.   Гуаньлинь наклонил голову, изучая лицо Джихуна, прежде чем покачать головой. — Лжец. Тебя что-то беспокоит. Эта улыбка была более лживой, чем гетеросексуальность Сону-хёна, — сказал младший, заставив Джихуна улыбнуться по-настоящему, срывая смех с его губ. Они едва проявляли привязанность друг к другу, споря 24/7, зная друг друга только чуть больше месяца, но Джихун чувствовал себя обнаженным под взглядом младшего. Джихун был открытой книгой перед Гуаньлинем.   — Я знаю, что девушкам нравится, если им приносят мороженое, когда они расстроены. Ладно… у тебя нет влагалища, и ты ведь такой же человек как и я, — на этих словах Джихун послал ему недоумевающий взгляд, он ожидал чего-то милого из его уст, но, конечно, Линь не мог не обстебать его. —  Но, может быть, мороженое могло бы подбодрить тебя. И щенки! Мы могли бы пойти в кафе с щенками или что-то в этом роде, — сказал Гуаньлинь взволнованно, словно ребенок, уже готовый отправиться.   — Н-но разве это не то место, куда обычно ходят парочки? — Джихун колебался, — давай просто останемся здесь, пойти в кафе, возможно, будет рискованно, и я не хочу, чтобы люди думали, что мы…    — И что? — лицо Линя потемнело, — мы пойдём туда проверить щенков, а не для того, чтобы я трахал тебя там прямо на столе или что-то в этом роде, — Гуаньлинь говорил защищаясь, звуча оскорблённым. Джихун почувствовал себя плохо, разрушив его благие намерения. — Прости…   — Послушай, меня не волнует, если ты меня смущаешься или, может быть, у тебя просто хрупкая мужественность, которую ты засунул в свою задницу, потому что боишься, что кто-то увидит двух парней, гуляющих вместе. Просто я стараюсь сделать вид, что всё в порядке. Ты ведёшь себя так, будто я готов наброситься на тебя всякий раз, когда я предлагаю что-то, только потому, что ты знаешь о моей ориентации. Может быть, у меня просто хорошие намерения, и я пытаюсь быть хорошим человеком? Я никогда не собирался влюбляться в тебя, ты мне не нравишься как парень. Мы всего лишь играем грёбаную пару… — Гуаньлинь остановился, подняв тон, в глазах горело раздражение. А Джихун почувствовал возникшее чувство вины и огромную дыру в груди.   — Иногда мне кажется, что ты относился бы ко мне по-другому, если бы не знал, что я гей.