Это сделка

— Иногда мне кажется, что ты относился бы ко мне по-другому, если бы не знал, что я гей.   Последнее, что Гуаньлинь сказал Джихуну, прежде чем оставить в одиночестве, съедаемого своими мыслями и виной. Слова крутились в голове Джихуна как на повторе бесконечным циклом, заставляя дыру в груди расти каждую секунду.   Гуаньлинь всё понял не так. Джихун совсем не это имел в виду, и он знал, что младший никогда не сделает так, чтобы Паку было неудобно, но он не смог это озвучить. Хуже всего было то, насколько Гуаньлинь выглядел разочарованным, боль в его глазах въелась в сердце Джихуна. Из-за этого Джихун чувствовал себя неловко.   — Этот ребёнок, Гуаньлинь, конечно, красивый, — Джихун услышал Даниэля за спиной.  — Тогда пригласи его на свидание! — рассмеялся другой голос, Джихун не мог точно определить, кому тот принадлежал. По какой-то причине Джихун почувствовал дикую ревность, он почувствовал себя собственником.   — Йа! Я не гей, не шути об этом! — Даниэль беззаботно рассмеялся. — Конечно, ты не гей… — пробормотал Сону себе под нос, а Джихун просто хотел уйти.   Он хотел быть рядом с Гуаньлинем, чтобы другие не могли получить его. Он хотел извиниться перед Линем за то, что он так глуп. Но младшего нигде не было видно, и он, скорее всего, не хотел видеть Джихуна после того, как тот всё испортил, во второй раз.   Джихун начал ходить по большой квартире в поисках высокого тайваньского парня, спрашивая всех подряд, не видели ли они его.   После пяти минут поисков, которые не увенчались успехом, Джихун вытащил свое тело на балкон подышать воздухом.   — Во что я вляпался… Ащ, — застонал Джихун, потянув себя за волосы. Мальчик уставился в небо, пока не услышал смех внизу. Он бросил взгляд с балкона и увидел там Гуаньлиня с каким-то незнакомым парнем.   Казалось, что им было весело. Громкий смех Гуаньлиня заставлял Джихуна улыбаться, но улыбка дрогнула, как только старший увидел, как незнакомый мальчик скользит рукой по руке Линя.   Не трогай его, он мой.   И не важно, что Гуаньлинь никогда не принадлежал ему. Это была печальная реальность, и постоянная путаница из-за того, что Джихун не знал, чего хочет. Хочет он Гуаньлиня или нет?   Не желая больше видеть эту сцену, Джихун выбежал из квартиры, чуть не сталкиваясь с Хёнсобом по дороге, мчась вниз. Мальчик отчаянно жал на кнопки лифта. Некоторые могли бы подумать, что он психически нездоров, или решить, что кто-то в его семье умирает, из-за того, как Джихун нетерпеливо жал на все кнопки.   Как только лифт остановился, Джихун успокоился, не желая показывать Гуаньлиню, что он спешил к нему. Мальчик проверил свой внешний вид в зеркале в вестибюле, прежде чем выйти. Гуаньлинь всё ещё болтал с парнем, и глаза Джихуна тут же загорелись, потому что Гуаньлинь смеялся и небрежно держался за руки с тем парнем. Джихун сжал кулаки, подошел к Линю, похлопывая его по плечу.   — Что… Джихун? — Гуаньлинь улыбнулся, увидев Джихуна, всё ещё неофициально говоря. Но Джихун решил проигнорировать это, он набрал воздух в лёгкие, прежде чем заговорить. — Я хочу пойти в кафе с щенками. И я хочу пойти прямо сейчас, — практически потребовал парень, хотя на самом деле он просто хотел, чтобы неизвестный парень прекратил прижиматься к Лаю.   Линь удивлённо поднял брови, пристально глядя на младшего. — Я тут разговариваю кое с кем. Уходи. Он отмахнулся от Джихуна, на что тот широко раскрыл рот. Чёрт, это ощущалось как будто его отшили.   Но Джихун не отступил. — Я хочу пойти, у тебя нет выбора. Гуаньлинь обернулся, чтобы бросить на Джихуна смертельный взгляд. — Перестань раздражать ме…   — Гуаньлинь, просто иди, расскажешь мне позже, — усмехнулся другой мальчик, прерывая Лая, явно удивленный. Гуаньлинь застонал, глядя на Сонхо. — Хорошо, и помни, завтра, окей? — он помахал своему другу.   Когда Сонхо скрылся из виду, Линь повернулся лицом к Джихуну, скрестив руки на груди и сердито глядя на старшего. Тот застенчиво улыбнулся ему.   — Что, чёрт возьми, с тобой не так? — Гуаньлинь практически рявкнул на Джихуна. Пака поразил его тон.   — Я думал, ты не хочешь идти, потому что тебе стыдно за меня, так с чего такое внезапное изменение решения? — младший продолжал, всё ещё не уняв гнев. Джихун почувствовал себя таким ничтожным и расстроенный тем, что Гуаньлинь подумал, что Джихун может стыдиться его. Но всё же. То, как он себя вёл и то, что он говорил, вполне могли составить впечатление, что он действительно стыдится младшего.   — Я… Я не стыжусь тебя, и мне очень жаль, если я заставил тебя так думать. Я просто предусмотрителен и осторожен, понятно?   — Ты когда-нибудь думал, хотя бы грёбаную секунду, обо мне или о том, что я чувствую? Да, я гей. Но это не значит, что я буду говорить или показывать всей Корее это, правильно? Я не знаю почему ты думаешь, что мои действия включают в себя публичное признание. Я умнее этого, Пак Джихун. За закрытыми дверями я могу поведать о своей ориентации, но за их пределами я и ты не различаемся. Просто два обычных парня. Я должен скрывать под маской натуральности то, кто я есть на самом деле, чтобы мир не гнобил меня, когда я просто гуляю с друзьями, и я скрываю, понятно? Джихун не мог ничего сказать. Он потерял дар речи, а его сердце болело из-за Гуаньлиня, и всё, что он хотел сделать — это обнять его и позволить ему быть самим собой. И чем больше Гуаньлинь выливал свои чувства, тем больше Джихун ненавидел себя за отсутствие мужественности на одну секунду просто пройтись с Гуаньлинем.    — Извини…   — Пожалуйста, ради Бога, прекрати извиняться. Просто скажи что-нибудь ещё, а не «извини».   Джихун нервничал, находясь рядом с Гуаньлинем, больше, чем следовало. И если раньше он был рядом с ним лишь расстроеным и потерянным, то теперь, вместе с новооткрытыми смущающими чувствами, он просто не находил себе места.   — Пойдем в кафе с щенками, — предложил Джихун, надеясь, что Гуаньлинь не станет злиться снова.   — Ты чертовски сумасшедший, Пак Джихун, и такой же непонятный, — но это то, что мне нравится в тебе.   Джихун улыбнулся младшему, прежде чем потянуть его за руку, таща мальчика в свою машину. +   Вечеринка подошла к концу, единственными оставшимися в квартире были Дэхви и Джинён. После признания Джинёна и последующих объятий они не обменялись ни словом больше.   Всё о чём Дэхви мог думать — его лучшему другу, парню, которого он любил, нравились парни. Это заставило его сердце трепетать, а улыбка не сходила с лица.   — Почему ты всё улыбаешься, как извращенец? — спросил Джинён, стоя позади него. Дэхви подпрыгнул от внезапного голоса, хватаясь за сердце.   — Меня чуть сердечный приступ не хватил, — выдохнул Дэхви, а Бэ слегка усмехнулся. Ветер развивал их волосы. Всё, что Дэхви мог делать, это смотреть, потому что Бэ Джинён был невероятно захватывающим.   Не осознавая, что он тупо стоит и пялится, он вышел из ступора лишь когда Джинён кашлянул.   — Значит, нам обоим…эм…нравятся парни… — тихо сказал младший, слегка посмеиваясь. Джинён стоял рядом, опираясь на перила для поддержки. Он повернулся лицом к Дэхви, разглядывая его профиль. Мальчик был симпатичным, это всё, о чём Джинён мог думать, смотря на Дэхви, помимо всех других совершенств, которыми обладал Ли Дэхви.   Дэхви почувствовал, как глаза Джинёна прожигали в нём дыру, делая его более неуверенным. Он перевёл взгляд на него, чтобы убедиться в том, что тот действительно смотрит на него.   — И мне даже нравится один определённый парень… — прошептал Джинён, все ещё прикованный взглядом к Дэхви. Сердце младшего упало. Джинён был влюблён в кого-то?   Закусив губу, когда его разум омрачился, Дэхви кивнул головой в знак признания, в горле пересохло. — Х-хорошо, надеюсь, это взаимно, — прохрипел мальчик, когда Джинён оторвал взгляд от него.   — Хм, я тоже на это надеюсь. Но я не могу ему признаться, он слишком идеальный для меня. Для начала, он великолепный, а его яркая личность не сочетается с моей. Я такой скучный…   — Не говори так! Ты не скучный, ты потрясающий, любой парень будет счастлив встречаться с тобой, — младший быстро прервал его. Джинён был ошеломлен, тепло улыбаясь Дэхви и его милому поведению. Дэхви тут же отвернулся, покраснев от того, насколько очевидным он был, надеясь, что Джинён ничего не понял. Джинён потянул за руку младшего, разворачивая его к себе.   — Любой парень будет счастлив встречаться со мной? — спросил Джинён, внимательно смотря на Дэхви, довольно серьёзный, как будто он что-то искал в его глазах. — Любой, — Дэхви прошептал.   —  Даже ты? — спросил Джинён, после чего последовали будто годы молчания. Сердце бешено забилось, когда парень понял, что он только что спросил, видя, как глаза Дэхви расширяются.   Отлично, самое время так проебаться, Джинён.   — Ч-что? — Дэхви сглотнул, не веря своим ушам. Старший ожидал, что мальчик убежит или отскачет в сторону от него, но он этого не сделал. Джинён повторил еще раз, уверенно. Ему нечего было терять, он уже один раз спросил, не умрёт, если спросит во второй раз.   — Не хочешь ли ты, Ли Дэхви, быть счастливым, встречаясь со мной?   Дэхви глубоко вздохнул, плечи напряглись, прежде чем он расслабился, уверенно кивнув головой. — Д-да, я хочу. Этих трёх слов было достаточно, чтобы Джинён набрался храбрости схватить младшего, притянуть к себе и накрыть своими губами его.   В первые две или три секунды тело Дэхви не функционировало и вообще не было способно обрабатывать всё, что, блять, сейчас происходит. Широко раскрытыми глазами он видел Джинёна, который целовал его. Но вскоре после этого Дэхви почувствовал, как его плечи расслабились, он обнял Джинёна в ответ и медленно целовал.   Не было фейерверков, как описывают это люди, было просто тепло. Дэхви почувствовал тепло и это было головокружительно. Он целовал парня, с которым он мечтал быть все последние месяцы. Парня, который превратил его сердце в пепел. Вся боль и страхи смылись, как только его губ коснулись губы Джинёна. Дэхви не мог сказать, что у него много опыта в поцелуях, но всё, что он делал, похоже, удовлетворяло старшего.   Он почувствовал, как Джинён улыбнулся в поцелуй, и Дэхви застенчиво опустил нижнюю губу старшего. Джинён притянул Дэхви, насколько это было возможно, потому что они стояли почти вплотную, грудь к груди, почти задыхаясь от поцелуев. Джинён отстранился первым, видя, что Дэхви надулся от потери контакта. Джинён медленно поднял руку, чтобы погладить щеку младшего, посмеиваясь, а потом прижался лбом ко лбу Дэхви, открывая рот. — Мне кажется, парень, который мне нравится, чувствует то же самое. + Было темно, когда Гуаньлинь и Джихун ехали по освещенным улицам, сохраняя молчание.   — Я не удивлюсь, если полицейские оштрафуют нас, реша, что за рулём двенадцатилетний, — хихикнул Гуаньлинь, наблюдая за Джихуном, лицо которого было глубоко сконцентрировано на дороге, что делало его более привлекательным.   Хватит быть таким милым.   — Я мог бы назвать миллион вещей, за которые полицейские могут оштрафовать тебя, — фыркнул Джихун, когда Гуаньлинь с любопытством поднял брови. — Например? За то, что я украл твоё сердечко? — младший сдерживал свой смех, наблюдая, как Джихун лишь вздохнул в ответ на глупый пикап. Хихикнув на старшего, Гуаньлинь облокотился на кресло, всё ещё глядя на Пака, любуясь его милым круглым лицом.   — Прекрати смотреть на меня, — пробормотал старший, его щеки пылали, но лицо было сосредоточено на дороге.   — Не могу. Ты выглядишь очень глупо, когда сидишь за рулём. Ты водишь как бабушка.   — Ненавижу тебя.   Через десять минут после бесконечных пререканий и детских оскорблений, адресованных друг другу, они прибыли в кафе. Гуаньлинь не выходил из машины, ожидая, когда Джихун откроет дверь для него. Старший вздохнул, потирая виски, и выругался на младшего, прежде чем открыть ему дверь.   — Ваа, какой ты джентльмен, Пак Джихун, — выдохнул Гуаньлинь, кладя руки на сердце. Старший хмуро посмотрел на него.   Как только они вошли в кафе, их встретили милые маленькие щенки, мчащиеся к ним. Удивительно, но собаки не толпились возле Джихуна, который любил собак больше всего на свете, вместо этого они все осыпали любовью Гуаньлиня.   Младший присел на корточки, поглаживая всех щенков, хихикая, как ребенок, когда они начали облизывать его руки. Джихун расплылся в улыбке, наблюдая за этим.   — Такие милые. Привет! — Гуаньлинь щебетал, пожимая лапу щенка, а Джихун действительно нашел эту сцену милой, пока Гуаньлинь не открыл свой грязный рот и не испортил момент.   — Все эти сучки любят меня, за исключением одной, — Гуаньлинь говорил с собаками, указывая на Джихуна. Достаточно скоро подошла официантка, проводившая их к столику.   — Напитки на мне, — заявил Джихун, как только они сели, в то время как Гуаньлинь был отвлечен щенком, который играл с его ногой.   — Нет, нет, я не могу позволить дамам платить, — Гуаньлинь покачал головой.   — Пошел в жопу, — пробормотал Джихун, скрестив руки на груди.   Гуаньлинь ухмыльнулся. — Не здесь, Пак Джихун, боже, тебе должно быть стыдно.   Джихун наконец догнал, о чем говорил Гуаньлинь, широко раскрыв глаза, сбитый с толку. — Чёрт возьми, эти щенки должно быть действительно тебя ненавидят… — Гуаньлинь рассмеялся, потому что все щенки окружили его. Джихун раздраженно фыркнул. Гуаньлинь помахал ему.   — Что? — напряженно спросил Джихун. — Подойди, хватит сидеть там как неприступная девица, иди сюда, — Гуаньлинь вздохнул, зовя старшего, который осторожно встал.   Гуаньлинь опустился на колени на полу, схватив Джихуна за руку, сажая его на свои ноги, сердце Джихуна начало биться сильнее из-за близости и позиции, в которой они сидели.   Внезапно щенки начали лаять на Джихуна, один прыгнул ему на колени, Джихун не мог не усмехнуться, ласково гладя собаку. Гуаньлинь положил руку на талию Джихун, чтобы удержать его на месте, так как он играл с другими собаками.   Вскоре больше щенков легли на колени Джихуна, заставляя его радостно хихикать, на что Гуаньлинь обернулся на парня.   Гуаньлинь наблюдал за ним, усмехаясь, когда Джихун хихикал и делал странное, но милое лицо. Мягкие скулы виднелись при широкой улыбке, Джихун перешел на эгьё для щенков. Это слишком для Гуаньлиня, но оторвать взгляд он не мог. Джихун медленно обернулся и, увидев, как Гуаньлинь смотрел, вспыхнул, смущённый от осознания того, что Лай видел, как он милашничает с собаками.   — Не обращай на меня внимания. Пожалуйста, продолжай… — Гуаньлинь говорил веселым тоном, указывая старшему, чтобы тот продолжил.   — Только я и щенки, — Гуаньлинь говорил про себя, лаская собак.   — Я как бы тоже здесь, мудак, — обернулся Джи.   — Точно, только я и щенки, ты буквально один из них.   — Ты хочешь сказать, что я собака? — обиженным тоном спросил Джихун, нахмурившись.   — Нет, я говорю, что ты милый, Пак Джихун.