Назови меня хёном.

Неделю спустя…

      Проснувшись рано утром, я прошёл на кухню и поставил чайник, а сам сел на стул и устало потёр лицо. Мама без передышки работала, шесть дней в неделю, а Тэхен до сих пор спал в кровати. Всего пару дней назад, он осветлил волосы, и теперь казался таким невинным, что я стал пугаться своих мыслей. Я как бы и до этого уже стал замечать неладное, но вот после преображения я стал избегать его, дабы не сморозить чего-нибудь.       В последнее время, я не чувствую к нему того отвращения, которое было раньше. Теперь я не хочу его ударить или же чтобы он умер, а наоборот, мне хочется его обнять и возможно поцеловать в щёку. Душевные терзания нарастают, и мне не по себе. Хочется где-нибудь закрыться, спрятаться или просто заедать всё едой. Так не должно быть. Да, мы братья, но необычные. На минутку, если вспомнить, то мы ненавидим друг друга, а я тут с обнимашками к нему полезу? Ага, он меня первый же в дурку и сдаст. Тёплые отношения между родственниками вполне логичны, но не для таких, как мы. Поэтому, мысль о милом Тэхене нужно убрать в самые недра и забыть, как можно скорее.       Услышав звук со стороны, я скосил глаза и заметил ещё полуспящего светловолосого парня. Он был в домашних штанах и всё. Бля, неужели ему сложно было надеть майку? Скользя взглядом от его губ и ниже, я мог рассмотреть его длинную и красивую шею, ключицы и хрупкое тело в целом.       — Ты озабоченный?       — Что?..       — Я говорю, ты извращенец? Чё уставился?       Опустив глаза, я даже и рта открыть не смог, так как он прав. Я извращенец! Боже, я извращенец. Залипаю на брата, которого даже и не признаю. Какой кошмар. Я подскочил со стула, и направился в комнату.       — Ты серьезно, а чайник пусть орет, да? Чонгук, ты офигевшая свинья. Почему, я должен всё делать за тебя? Ащь.       Забежав в комнату, я закрыл дверь и скатился вниз по ней, хватаясь пальцами за волосы и сжимая их у корней.       — Чё за хуйня со мной происходит?       Глаза бегали из стороны в сторону, и начинали болеть. Закрыв их, я сразу вспомнил лежащего на мне Тэхена, с тяжёлым дыханием и ахуенными пальцами, которые то и дела норовили попасть мне в рот. Стоп! Чонгук, тебе пора остановиться.

…

      Из-за того, что денег стало жёстко не хватать, я перестал ходить в рестораны, клубы и всякие развлекательные центры со знакомыми, посещать вечеринки, так как маму не хотелось ещё больше напрягать, чтобы она волновалась и переживала, находясь на работе. Все стали подозревать, что моя семья обанкротилась и даже стали издеваться, те мои некогда знакомые.       Чимин, единственный мой лучший друг, который знает обо мне всё. С детства были неразлучны, и то что он теперь встречается с Миной, меня бесит. Даже в школе, он уделял мне всего пару минут. Даже сейчас, на физ-ре, он крутится около неё, но взгляд бросает на другого человека. Эм, кто же это? Не слишком высокий, хрупкого телосложения, но повадки говорят за себя, благодаря им я понял, что-то парень на которого пялится Чима, был… Юнги. Юнги! И чё это булка пялится на него? Сидя на скамейке, я смотрел за этим спектаклем, и совсем не заметил, как к нам в зал завели ещё один класс. Класс Чонгука, замечательно. Девочки запищали и стали одергивать свою одежду. Мне становилось смешно и немного неловко, ведь всё же я переборщил тогда с пальцами. И в эту секунду, моя голова заболела, а я оказался на полу и инстинктивно держался руками за голову. Шум, бег и чьё-то тело рядом.       — Тэхен, ты слышишь меня? Эй? — испуганный голос, прямо надо мной.       — Что с ним? — голос, незнакомый мне.       — Тэ? Черт. Дайте пройти.       Меня резко оторвали от пола и понесли куда-то. Голова гудела и болела словно кирпичом ударили, скрип двери, и я снова лежу на поверхности.       — Кто тут у нас?       — Это Ким Тэхен, — голос был таким знакомым, будто я его часто слышу.       — Что с ним произошло?       — В него баскетбольный мяч прилетел.       — Хорошо. Тэхен, ты слышишь меня? Если да, то открой глаза.       Двигать головой было больно, а открыть глаза очень трудно. Кое-как, приоткрыв их, я ничего не смог рассмотреть, так расплывчато, и лишь белое и чёрное пятно.       — Он в порядке?       — Ну, я думаю, что через пару минут его отпустит. А ты кто?       — Эм… Чонгук.       — И кто ты ему? — хотелось засмеяться, так как он даже и сказать не может, что мы братья. Но зачем тогда он принес меня сюда? И та испуганная дрожь в голосе не поддельная. — Хорошо. Я ему положу тряпку, смоченную водой, на лоб, а твоя задача их менять, как только она нагреется. Надеюсь, что сотрясение он не получил, но на всякий случай, ему лучше провериться у врача. Мне нужно отойти на час, побудь с ним, ладно?       Ответа не последовало, но шаги были лишь одного человека, а значит, Чонгук остался со мной. Закрыв глаза, я наслаждался холодной тряпкой на лбу.       — Как же я ненавижу тебя, Тэхен, — наверное, он думает, что я сплю, хотя, он мог такие слова говорить и при моем нормальном состоянии. — Ненавижу до такой степени, что боюсь тех чувств, что внутри меня.       Что? Что он имеет ввиду? Я, наверное, не так его понял, он же не это хотел сказать? Неужели мелкий меня принял? Да нет же, этого не может быть. Я не хочу этого, почему он вдруг изменился?

…

      Когда я заметил Мину с этим сладким парнем, мне захотелось схватить её и хорошенько так встряхнуть. «Он гей, ты что, идиотка что ли?».       А с другой стороны, может она его изменит, и он станет более-менее… мужественным? В чём я сильно сомневаюсь. Чимин раздражал меня уже очень давно, этот его дотошный образ ангелочка, прям бесит. Хорош в учебе, милый на личико, чистая репутация, много друзей, девушка, всё правильно, и мне захотелось это разрушить.       Может, я и получу от кого-нибудь, но я должен его опустить с небес на нашу грешную землю. Да так, чтобы он рыдал до тех пор, пока не сдохнет. Ненависть, совсем чуть-чуть, поглощала меня, а когда с ним рядом оказалась ещё и Мина, меня накрыло.       Теперь, Пак Чимину от меня не убежать, я найду его в любой точке мира, и заставлю страдать.       — Юнги? — ухмылка появлялась на моем лице, а глаз я не сводил с этого мелкого рыжего парня. — Прием, — до меня дошел голос слева, и я обернулся. Улыбка пропала, и я стал сразу же серьезным.       — Чего тебе?       — Что за странная улыбочка у тебя была на лице?       — Не понимаю, о чём ты?       -Правда? Может, тогда у Чимина спросим? Он тоже видел.       — Чего? — наверно, я немного дернулся, потому что Хосок залился смехом и ударил по плечу.       — Ага, значит всё же это ты ему улыбался.       — Я не улыбался, это был оскал, — хмыкнув, я поднялся на ноги.       — Да ты что? Я думаю, Чимин, подумал, как я, он даже смутился.       — Серьезно? Это хорошо. Ладно, Хосок, мне пора.       Подскочив с лавочки, я направился в раздевалку, отыскав рыжую макушку, я схватил его за руку. Глаза парня расширились, и мне стало любопытно, какой этот Пак Чимин.       — Юнги?       — Нам надо поговорить, я буду ждать тебя сегодня у школы, на парковке, не опаздывай.

…

      Остальные уроки, я просто отсидел, так как мои мысли были далеки от сюда. Если признаться честно самому себе, то меня испугал такой напористый Юнги, но с другой же стороны, мне было интересно насколько далеко он может зайти. Наверное, я совсем спятил. Такие темные глаза, на бледной коже с белыми волосами придавали ему таинственности, а губы что-то говорили. Такие розовые и влажные, заерзав на стуле, я стал пугаться мыслям. Что же он хочет мне сказать?       Это же не может быть… нет, он решил меня там унизить? Побить? Сбить на машине? Или же поцеловать? Поцеловать? Фу, Чимин, от куда такие мысли в твоей голове? Мина, вот о чьих поцелуях ты должен думать, а не о Юнги.       — Чимин~и, я готова, пойдем? — ко мне подскочила девушка и обняла за талию.       — Прости, но у меня ещё дела здесь, иди сама, хорошо?       — И что это за дела?       — Важные, Мина, я побежал.       Почему я наврал своей девушке? Почему бегу так, словно впереди меня ожидает денежный приз? Почему мои мысли не покидает этот чёртов Шуга? Я и в правду спятил. Забежав на парковку, я увидел лишь одну машину. Аккуратно подошёл, тяжело дыша. Он вылез из машины и грациозной походкой подошел ко мне так близко, что я практически сел на капот машин. Склонившись надо мной, он облизал губы, я же сглотнул, посмотрев ему в глаза.       — О чем хотел поговорить?       — О моей сестре.       — А что с ней?       — У тебя это серьезно? — он придвинулся ещё ближе. — Ты любишь её? — его голос был таким тихим и грубым, от чего поползли мурашки на моем теле.       — Нет.       — Вот как? Тогда зачем она тебе? — шаг, и я прижат к его груди. — Развлечение? — еще шаг, и я сижу на капоте, а он расположился меж моих ног. — Секс? — в самое ухо. Жарко. Я повернул голову в сторону водителя, и его там не оказалось, мы совершенно одни. На парковке. В такой позе. И что мне делать? Его пальцы сжали мой подбородок и дёрнули вперёд, да так, что между нашими головами осталось не больше десяти сантиметров. — Страсть? Похоть? Что у тебя к ней? — сглотнув, я удобнее оперся руками о машину.       — Секс.       — Ты же знаешь, что я могу сделать с тобой за это? Она моя сестра, и ты сейчас утверждаешь, что между вами только секс? Ты в опасную игру играешь, цветочек.       — Серьезно? Тогда я могу заявить на тебя в полицию. Скажу, что ты ко мне приставал, и камеры с парковки не дадут соврать. Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Юнги, то, что между нами лишь секс, это нормально, ты же и сам такой. Так что, отвали.       Отринув от него, я спрыгнул с капота и направился обратно в школу. Как только я завернул за угол, то сразу прижался к стене. Моё сердце бьётся в бешеном ритме. Я ему нагрубил, да ещё и угрожал. Я и в правду сошёл с ума. Теперь мне хана.

…

      Эта осень выдалась холодной и пасмурной. Даже сейчас, когда на улице глубокая ночь, по подоконнику бьют сильные капли дождя. Окно было приоткрыто, поэтому было шумно и прохладно. В комнате спали два парня, но один из них практически подскочил с кровати, когда послышался первый раскат грома.       Бронтофобия — это скрытый страх восемнадцатилетнего Тэхена. До сих пор он не знал, с какого возраста у него это пошло. С каждым новым звуком грома, парень вздрагивал и дрожал как осиновый лист. Для Тэхена гром, это лишний раз погрузиться в депрессию и негативные воспоминания. Всегда вспоминался его непутёвый отец, который предал его и маму и ушёл к мужчине. Но больше всего он не понимал маму, точнее её отношение к нему. Она не бесилась, не орала, даже не плакала, когда он сказал, что больше не любит ее и уходит в ряды голубей.       Она и сейчас с ним общается и даже старается устраивать семейный ужин, для того, чтобы парень принял отца. Новая волна раската грома, Тэхен поскуливает и мурашки проходятся по его телу. На этот шум проснулся и Чонгук, но сразу же старался вернуться обратно в царство Морфея. До него доходил жалкий скулеж, и он даже стал думать о том, не сошёл ли с ума. Ведь в комнате кроме двух парней никого не было. И раз младший молчал, то это точно его брат.       — Тэхен, ты плачешь? — с неким пофигизмом в голосе спросил брюнет.       — Отвянь, — на что Чон открыл глаза и зло посмотрел на него.       Гром, снова прозвучал, на что Тэ негромко вскрикнул и накрылся одеялом с головой. Гукки никак не ожидал того, что его такой пуленепробиваемый брат будет дрожать от грома, как девчонка. Сам не понимая почему, но младший встал со своей кровати и перебрался к соседней. Лег он рядом со светловолосым и тоже накрылся одеялом. Тэхен дрожал всё сильнее с каждой секундой.       — Ты сейчас как маленький.       — Можешь позлорадствовать.       — Не хочу. Это не интересно, когда ты беззащитен, — наверное, старший что-нибудь ответил бы, но раздался самый громкий раскат гром, который Тэхен когда-либо слышал. Он вскрикнул и совершенно случайно прижался спиной к брату.       — Чонгук, ты можешь обнять меня? — подумав с минут пять, брюнет всё же повернулся к нему и обвил талию рукой, прижимая его вплотную к своей груди. По телу Тэхена прошлась теплота и он стал успокаиваться.       — Я раньше не замечал, насколько ты худой.       — Можешь просто заткнуться! — Чонгук усмехнулся и положил голову между шеей и предплечьем брата. Так они стали совсем едины. — Спасибо.       — Тэхен, ты чудной. Я это сделал лишь потому, что ты мешал мне спать.       — Я, вообще-то, тебе хён.       — Я назову тебя хёном лишь тогда, когда полюблю. А в нашем случае этого не произойдёт. А теперь спи, нам завтра в школу.       Почему-то именно с этого момента, Тэхен понял, что их отношения с братом, явно изменятся, а вот в какую сторону, для них это загадка судьбы.