Да приидет Царствие мое

      Задребезжало скрытое ставнями мутное стекло в расхлябанных оконных рамах, все предметы вокруг пришли в движение, наполняемые сочившейся из центра пыльного чердака энергией. Спиралью закрутило пламя свечи, неестественно выгнуло, бросая на стены кривые кляксы теней, начавших метаться по стенам в дикой пляске. Припав на одно колено, чтобы удержать равновесие, Крейг сосредоточено сжимал кулаки, перебирая в голове все возможные варианты развития событий. Ведро святой воды - готово. Дважды освященная цепь с металлическим парфорсом - готова. Даже снятый с кафедры крест - готов. Такер пересмотрел тысячи записей, готовясь к этому дню. Идущая вразрез со внешним спокойствием, маниакальная решимость в глазах молодого пастора была единственным, что выдавало его нетерпение. Деревянный, местами подгнивший от времени и сырости пол крупно задрожал, белея начерченной мелом пентаграммой. Началось. Пламя на мгновение истошно блеснуло, ослепив не готового к такому выпаду человека, и от неожиданности он едва не опрокинулся на спину. Огонь распространялся по помещению, выжигая кислород, но не перекидываясь на иные предметы. Вертикальная щель начала разрастаться от пола до потолка, раскрываясь, выворачиваясь наизнанку и отрыгивая шматы пламени. Когтистая рука, вылезшая изнутри, ухватилась за край разрыва, и следом показалась увенчанная витиеватыми рогами голова, из пасти которой сочилась вязкая слюна. Крейг с усилием сглотнул. Получилось... Господи, получилось! - Кто ты, смертный, и как смел призвать меня? - полностью явившись в мир живых, прорычал демон, бешено вращая глазами, и низкое вибрирующее эхо вторило каждому произнесенному слову. Путь назад тотчас затянулся, не позволяя вернуться в царство огня, и существо, будучи не способным выйти за пределы круга, стало увеличиваться в размерах, нависая над жалким человеком. - Я пастор церкви Священного Писания, - начал Такер, не найдя в себе сил подняться, но сумев выдержать пронзающий взгляд, - я повелеваю... - Никто не вправе указывать мне! - взревел демон, пресыщенный злобой и яростью. - Люди не властны надо мной! Чудовище уже успело разрастись до невозможных размеров, едва помещаясь в меловой рисунок. Подчиняясь неудержимой мощи, шатались стены, потолок, скакала скудная мебель, издавая скрежет, которым можно было поднять из могил целое кладбище. Из-за вибрации качнулся единственный подсвечник и, опрокинувшись, погас, залив воском одну из тщательно выведенных на деревянных досках рун. Демон замер, возрадовавшись нелепой ошибке и ощутив привкус свободы, и, зычно рассмеявшись людской глупости, разорвал когтями на ногах дыру в воздухе и исчез в портале, ведущим в пламенную бездну. Движение на чердаке резко прекратилось. Осыпались все предметы, вздернутые могуществом призванного существа, перестал ходуном ходить пол, мир постепенно успокаивался. Все еще сидевший на полу в обнимку с ведром святой воды, Крейг коротко выругался, коря себя за опрометчивую непредусмотрительность. Но раз не получилось в этот раз - получится в следующий. Поднявшись, пастор принялся монотонно отряхиваться, но тотчас обернулся, дернувшись от инородного звука. - Агх! Мелкий бес, сжавшийся в углу пентаграммы, лихорадочно вздрагивал, обхватив себя мятыми крыльями и закрыв голову руками. Человек среагировал мгновенно и в спешке плеснул в демоническую тварь водой из защитного ведра. Поднялся мучительный вой, бес забился в судорогах, тщетно пытаясь стряхнуть с себя яд. Не теряя времени, Такер схватил заготовленный ошейник и отточенным движением сковал им тонкую шею существа. Оно принялось рваться прочь и отчаянно верещать, раздирая шипами кожу и хватаясь за обожженные святой водой части тела, но за пару минут полностью выбилось из сил и, забившись в самый дальний - насколько позволяла цепь - угол, рухнуло там, жалобно скуля. Воцарилась зыбкая тишина, и Крейг не мог отвести глаз от трясущейся во тьме фигуры, не веря в свой пусть и не абсолютный, но успех. - Пастор! - глухо послышалось снизу. - У вас там все в порядке? Мы услышали какой-то странный шум! Монахини. Принесла нелегкая. - Да, все хорошо, - Такер повернул голову по направлению голосов, но бросать косые взгляды в угол не переставал ни на секунду. - Я просто... упал. - Вот и славно! - прозвучало чересчур радостно. - А то нам подниматься неудобно! Хорошие женщины, на вес золота. Глубоко вздохнув, Крейг сел на пол, подперев голову руками. Все высокопарные слова, подготовленные заранее для подобного момента, растворились на языке, и юный пастор усиленно думал, что же теперь, черт возьми, делать дальше.