Целуя паруса кораблей

Наташа кинула быстрый взгляд на Барнса и вновь уставилась на тёмную морскую гладь, отражающую тускло светящуюся луну. Нат, наверное, была единственным человеком на корабле, который любил ночные дежурства. На её памяти действительно пригодились они только три раза. Первый – лет пять назад, когда мимо проплывал тонущий человек, и Стив вытащил его на палубу; второй – когда на них задумал напасть корабль из королевского флота, а на третий, перед кораблём вдруг появился скалистый остров, и Тони с трудом его обогнул. Всё это происходило во время дежурств Наташи. Но Старк был любителем перестраховаться, поэтому каждую ночь на палубе неизменно дежурили два матроса. В эту ночь это были Наташа и Баки. Барнс вызывал у Наташи смутные подозрения, как и любой новый человек на корабле. Её цель - как можно быстрее разгадать его. Чтобы успокоиться или начать бить тревогу. Поэтому она взяла две бутылки рома, колоду карт и подошла к мужчине. - Кажется, нас не представили. Наташа, – она пожала его холодную ладонь. - Джеймс Барнс. - Я думала, Баки, - с лёгким прищуром отозвалась женщина, протягивая ему бутылку. - Баки – это прозвище, - отозвался он и мотнул головой. - На дежурстве нельзя пить… - На дежурстве нельзя пить, если ты не умеешь пить, - перебила его женщина. – На пиратском корабле ром употребляется вместо воды, Джеймс. - Учту, - уголок его губ дёрнулся, словно, пытаясь растянуться в улыбке. - Вот и хорошо. Умеешь играть в пикет? - Конечно. Наташа подтащила пустую бочку, села напротив и раздала карты. - Играем на деньги? – деловито спросила она, заглядывая в свои карты и морщась. – Хотя, лучше на желания. - Можно на желания, - покладисто кивнул Барнс, садясь на пол, скрестив ноги. - 12 туров? - Да. Вставший попить ночью Роджерс, услышав странные звуки наверху, выхватил револьверы, быстро зарядил их, взвёл курки и бесшумно выскользнул на палубу. - Фок-грот-брамсель мне в левое ухо! – выругался уже было Стив, взявший на прицел Наташу и Баки. – Что вы делаете, чёрт побери?! Красная от смеха Нат выронила карты на пол, увидев растрёпанного Роджерса в одних штанах с револьверами в боевой готовности. Барнс попытался рассмотреть карты, рассыпавшиеся по палубе, и только потом повернулся к квартирмейстеру. - Да ничего. В карты играем, - ответила быстро взявшая себя в руки Романофф. Роджерс посмотрел на бочку, заваленную картами и закатил глаза. - Ну тише будьте, что ли. Тут целый корабль нервных пиратов, – проворчал он, вытаскивая из оружия пули и разворачиваясь обратно к трюму. На лестнице он развернулся и спросил. – Выигрывает-то кто? В ответ раздался только новый взрыв смеха, и он, фыркнув, продолжил путь до своей тёплой кровати. - Ничего не знаю! Я больше месяца не ходил по твёрдой земле! Я иду с вами, – категорично заявил Питер. – К тому же, для торговцев тканью, вы знаете подозрительно мало о самих тканях. - А ты прямо знаток, - закатил глаза Старк. - Я по крайней мере могу различить ткани "indienne"* от "chine"** и итальянского шёлка. Капитан на секунду замер в замешательстве, но вскоре ответил. - Я уверен, что Локи тоже может отличить… это, в общем. - А кто сказал, что я иду с вами? – лениво обмахиваясь непонятно откуда взявшимся веером, отозвался Лафейсон. Тони аж замер, поражённый наглостью мужчины. - Я сказал. - Не могу, - капризно протянул брюнет, - у меня болит голова. И слабость во всём теле. Я и шага сделать не могу. Ноги Локи драматично подкосились и он осел на пол. - Вот видишь? Боюсь, мне нужна помощь доктора. Мистер Беннер, поможете мне? - А… Да, конечно, - растерянно отозвался доктор и присел к больному. Тор окинул зеленоглазого презрительным взглядом и отвернулся. Старк мученически вздохнул. - Это заговор против капитана. Просто бунт на корабле… Ладно уж, собирайся, паучок. Питер победно вскинул кулак, метнулся в каюту. Там он взял все самое необходимое: саблю, револьвер, мешок с деньгами. Затем выскочил обратно на палубу. - Но если от тебя будут проблемы – запру в карцере до конца плавания. Паркер наигранно обиженно фыркнул, задрал подбородок и выскочил с корабля первым. Старк и Тор последовали за ним. Рынок поражал своими размерами. Ряды лавочек, казалось, тянулись по улицам бесконечно. Питер переложил мешок с дублонами поглубже и прикрыл его складками одежды, под одобрительное хмыканье Тора. Аромат свежей выпечки переплетался с запахом специй, масел и кожи. Не замолкали споры торговцев с покупателями, торговцев и покупателей друг с другом. Питер даже заметил каких-то девушек, таскавших друг друга за волосы, около лавки ювелира. - Ткани должны быть где-то рядом со всякими женскими побрякушками, – сказал Тони, смерив дерущихся девушек пренебрежительным взглядом. - Была бы на месте одной из них Наташа, - проследил взгляд капитана Тор и хохотнул, - и мокрого места не осталось бы от этих пигалиц. Питер, не видевший Нат в драке, (не считая того случая, когда она отвлекала его, чтобы Питера вырубили со спины и притащили на «Мстителя») заинтригованно посмотрел на Тора. Но тот уже и думать забыл о дерущихся, мужчина указывал пальцем на лавку с тканями. - Какой у нас бюджет? – поинтересовался Паркер, осматривая прилавок. - Ну… Сотни три-четыре, - прикинул Старк. Питер кивнул и требовательно протянул руку. Тони с усмешкой положил на неё тяжёлый мешок. Парень подошёл к лавке. Тони остановил Тора, который захотел пойти за ним. - Посмотрим. Зря взяли, что ли? Смотреть было на что. Если бы Старк не знал о происхождении Паркера, то поклялся бы, что вся его семья – потомственные торгаши. Он несколько раз прошёл мимо прилавков со скучающим лицом, мазнул по товару ленивым взглядом и перевёл глаза на другую лавку. Торговец, увидевший манипуляции, подскочил к потенциальному покупателю и с жаром начал что-то говорить, поочерёдно показывая на разные ткани. Питер с ленцой отвечал, кривя нос. Торговец вновь что-то тарабанил, разворачивая ткани, поднося их к глазам Паркера, и стуча рукой по своей груди. Питер терпеливо переждал монолог, снисходительно улыбнулся, покачал головой и пренебрежительно высказал торговцу что-то, от чего тот весь покраснел, затем побледнел и заискивающе улыбаясь, вывалил на прилавок несколько рулонов ткани. Питер с видом великого одолжения развернул рулон и пожевал губу. Нерешительно покачал головой, возвращая ткани на прилавок. Продавец, ухватившись за колебания клиента, наскочил на того с новыми силами, заглядывая в глаза и вкрадчиво что-то втолковывая. Паркер слабо отмахивался, несколько раз оглянулся на другую лавку, и торговец, треснув по столу рукой, воскликнул что-то. По губам Питера скользнула довольная усмешка, но он быстро её спрятал. Пожал плечами и, вздохнув, кивнул. Торговец упаковал ему с десяток рулонов ткани, Паркер отсчитал ему из мешка сумму, отдал монеты и удалился, забрав покупки. - Потрачено сто семьдесят дублонов, куплено двадцать рулонов ткани, – отрапортовал Питер, отдавая на руки пиратам деньги и покупки. - Мачту мне в глотку! Ты его загипнотизировал, что ли? – потрясённо покачал головой Тор. Питер самодовольно улыбнулся. - Скажем так… Он уверен, что ещё обворовал меня на двадцать дублонов. - Ты просто… - Старк покачал головой, не в силах найти подходящее определение. - Потрясающий, - подсказал Питер.- Я знаю, спасибо. Тони посмотрел на сияющего Питера и не стал спорить. Потрясающий… Наверное, это подходящее слово. - Думаю, я заслужил хороший обед за чужой счёт, - хрустнул руками парень. - Так уж и быть, - Тони потрепал по волосам Паркера и закинул ему руку на плечо. – Что будем есть? - Всё что угодно, кроме рыбы. Меня уже тошнит от неё. И никакого рома и сухарей! Все трое расхохотались и побрели к ближайшей таверне. *- индийский вощеный ситец, который использовался для изготовления костюмов в восточном стиле.Эта хлопчатобумажная ткань с набивным рисунком или же окрашенная, была такой популярной в XVII веке, что правительство наложило ограничения на ее импорт и производство. Когда же в 1759 году запрет был снят, началось бурное развитие промышленности по производству набивных тканей. Хлопчатобумажная ткань с набивным рисунком стоила значительно дешевле, чем шелк, что скоро сделало ее очень популярной. Из нее шили не только одежду, но также использовали для украшения интерьеров. **-ткань с рисунком, напоминающим акварель. Техника изготовления ткани была довольно сложной, потому в Европе она производилась только во Франции. Рисунок набивался на основу ткани перед началом тканья, благодаря чему получался очень легким и воздушным. Chine часто использовался для шитья пышных летних нарядов и в середине XVIII века его часто называли «тафтой Помпадур», так как мадам де Помпадур очень любила платья из этого материала.