Целуя паруса кораблей

Группа из четырёх мужчин в плотных плащах быстро продвигалась по улицам ночного Лондона. Вёл всех Локи, надвинувший капюшон низко на лицо. За ним, на одном расстоянии, шли Барнс и Одинсон. Они напряжённо оглядывались по сторонам и кутались в ткань мантий. Позади всех следовал капитан. Немного рассеянный, но серьёзный. Он проводил взглядом крупного ворона, слетевшего с высокого шпиля католической церкви. Здание мрачно блестело при свете луны. Локи рвано выдохнул и прикрыл глаза. Тор и Баки переглянулись, остановившись за ним. Старк, стерев с лица глупую мечтательную мину (за которую ещё час назад посмеивался над Стивом), подошёл к Лафейсону. - Пришли? Брюнет поднял глаза на вывеску запертой лавки, перевёл взгляд на Тони и кивнул. - Знаешь, кажется, это не очень похоже на Тауэр, – иронично протянул Тор. Локи просто дёрнул плечами и оглянулся. - Ещё не поздно передумать, – вдруг сообщил он, переводя взгляд с одного своего спутника на другого. - Уже давно поздно, – нахмурился Старк, сверля Локи подозрительным взглядом. - Что происходит, Локи? – с нажимом спросил Тор, угрожающе сдвигая брови к переносице и делая шаг к собеседнику. Баки внимательно наблюдает за происходящим, нервно сжимая рукоятки револьверов. - Локи! – Цедит Тор. – Что ты сделал? Лафейсон бледно улыбнулся, отступил на шаг, укрываясь в тени, и отозвался: - Ничего из того, о чём бы я сожалел. – Пожал плечами зеленоглазый. – То, что планировал с самого начала. Старк отшатнулся, быстро обвёл взглядом периметр. Со всех сторон образовались, прятавшиеся до этого в закоулках фигуры в красных мундирах. - Королевская гвардия…. – Выдохнул Баки. - Именем короля, бросьте оружие! – Раздался зычный голос. Тони судорожно заозирался. Солдаты уже взяли их в плотное кольцо. Вот дерьмо! - Локи!!! – страшным голосом рыкнул Тор, бросаясь на брата. Лафейсон увернулся, Тора быстро сковали стражники. В следующие несколько минут они скрутили и Старка с Барнсом. - Это все? – Спросил один из солдат с пышными чёрными усами. - Нет, капитан. Есть ещё…- Локи сжал губы. – Я не уверен где они. Возможно, будут у посла на балу. Вы успеете, если соберётесь сейчас. - Спасибо, граф Лестер. Не знаю, что бы мы делали без вас. – Покачал головой капитан королевской гвардии. - Будьте осторожны. Они, пираты - хитрые ублюдки, не успеешь оглянуться, как сбегут. - Не волнуйтесь, ваша светлость. Мы своё дело знаем. - Надеюсь. – Пробормотал Локи, смерил презрительным взглядом троих пиратов и поморщился. – Ума не приложу, о чём вы думали, когда звали меня в свою команду. Что я буду готов пожертвовать своей жизнью ради вашей сомнительной авантюры? - Мы верили тебе. – Выплюнул Баки. – Все мы. - Очень зря. – Безразлично пожал плечами в ответ Локи. – Но, думаю, я должен поблагодарить вас. Благодаря вашей поимке, моё возвращение ко двору будет таким, каким я и планировал. Пышным и громким. – Локи побарабанил пальцами по губам и тихо пробормотал уже самому себе. – В конце концов, у меня есть для этого причины. - Мерзкий ублюдок. Ты, лживый кусок… - Излияния Тора прекратил сильный удар по рёбрам. Локи с отстранённым любопытством посмотрел на судорожно кашляющего Тора, отвернулся и кинул напоследок: - Я бы пожелал вам удачи, но не знаю, стоит ли желать её тем, кто умрёт до восхода. «Он ведь не мог всё это время притворяться?!» - проносится в голове Баки. Но тут же прилетает здравая мысль. «Мог. Это ведь Локи». Питера швыряет по карете так, будто за окном шторм. Парень понятия не имеет, где кучер нашёл такие кочки в Лондоне, но если благодаря этому они приедут быстрее, он сможет потерпеть. Ситуацию осложняет то, что во время этой бешеной скачки Питер пытается быстро переодеться. И когда он стягивает или надевает одежду, оставаясь без опоры, его нещадно кидает в стороны. Он уже раза три с размахом приложился к холодному окну лицом. Но он отчасти даже благодарен за это. Это немного помогает вытащить из головы мысли о… о том, что произошло. Питер абсолютно точно уверен в том, что не знает, в какой момент ему начал нравится Старк. Точно не тогда, когда он его взял в плен. И не тогда, когда заставил голодать. И уж точно не когда заставлял горбатиться на благо «Мстителя» и драить палубы не разгибаясь. Питер насмешливо фыркает. Если подумать, у него не так уж и много причин любить Тони. Паркер издаёт приглушённый высокий смешок. Любить Тони. Звучит неплохо. Бамс! Скула врезается в косяк маленькой двери. Питер недовольно потирает её и закатывает глаза. Питер как-то раньше не замечал за собой привычку анализировать свои чувства, но… Ладно! Он определённо не из тех идиотов, которые всячески отрицают свои чувства. Если ему нравится Тони – значит, он ему нравится. Зачем делать из этого проблему? И, видимо, он тоже небезразличен Тони, раз он его (обожемой!) поцеловал. Питер начинает глупо хихикать, и в тот же момент его лоб встречается с подлокотником противоположного кресла. Кажется, это какая-то блядская закономерность. Паркер тихо шипит, потирает лоб и обещает себе впредь воздерживаться от странных звуков. Итак, ему нравится Тони. Наверное, с момента, когда он оттащил его пьяного в капитанскую каюту? Или когда успокаивал его после битвы с вакандцами? Или… Боже, было действительно много поводов влюбиться. Глупо искать один. Глупо искать определённое время. Влюбиться – это процесс, так? Значит, можно считать, что он начался с… плевка Питера в лицо Тони, допустим. Питер невольно насмешливо фыркнул, но быстро осёкся и вцепился в сиденье. Но карета не собиралась внезапно подскакивать. Пронесло. Значит, этот процесс закончился… эм… сегодня вечером? Когда Питер на все сто процентов осознал свои чувства? Пусть так. Оглядываясь назад, Питер понимал, что не мог не влюбиться в Старка. Просто потому что это… закономерно. Потому что море голубое, потому что трава зелёная, потому что он Питер, а Тони – это Тони. Питер смущённо улыбнулся и закрыл рукой лицо. И если бы он не влюбился раньше, он бы точно сделал это сегодня. Ну нельзя не влюбиться в человека, который так целуется! Копыта зацокали по камням медленнее, кучер зафырчал. Карета остановилась. Питер быстро сгрёб свою одежду в мешок и засунул под сиденье. Поправил парик. Открылась дверь кареты. Питер вышел. Если кучер и заметил, что парень успел перевоплотиться в чопорного джентльмена за то время, что был в карете, то он ничем это не показал. Паркер одёрнул камзол, натянул на лицо выражение ленивого высокомерия и шагнул по направлению к особняку. Старая маска на удивление легко вернулась. Питер мысленно усмехнулся. Кажется, привычность к высшему свету вытравить невозможно. Протянув своё приглашение одними пальцами слуге на входе, Питер повнимательнее рассмотрел фасад дома. Сад был классическим. Строгие линии, растения без запаха. Но сам дом представлял зрелище более интересное. Причудливая смесь классики, рококо и готики. Красный кирпич, красная черепица, витражные окна, сильные выступы крыши, элементы ковки на фасаде… Архитектор, скорее всего, не один. Возможно, один был из Англии, но остальные не местные. Красивое зрелище. Тем временем герольд внимательно изучил карточку и зычным голосом объявил: - Граф Питер Лестер-младший. Звуки в зале на несколько долгих секунд замерли. взгляды устремились на Питера. Он с ленцой обвёл взглядом помещение, медленно спустился по лестнице и взял с подноса бокал. Три. Два. Один. Свора учуяла запах новой крови.