Тебя я вижу под луной

Pov. Арсений.

      Не знаю сколько я еще бродил по улицам города, если бы не замерз. И ровно в 6 утра оказываюсь дома. Столько всего смог обдумать, да только от этих мыслей стало еще хуже. Шастун сейчас отдыхает в Праге с человеком, которого он любит. Он счастлив и наслаждается жизнью, а я могу все лишь наблюдать за этим со стороны.       Замечаю у себя 23 пропущенных вызов от Антона, становится неловко. Я заставил Ангела переживать. Становится противно от самого себя…       Влюбился, жутко ревную, так еще и говорю вещи, заставляющие беспокоиться Шаста еще больше. Как только я выпиваю рюмку виски, слышу звонок в дверь. Заставляю себя ее открыть, а потом застываю, смотря на Шастуна, который стоит с вещами и просит пропустить. «Молодец, Попов, тебе теперь Антон повсюду мерещится» — думаю я, но когда парень раздевается и, закрывая входную дверь, тянет меня в комнату, то понимаю, что это настоящий Шаст. Только почему он здесь? Как же Прага и Ира? — Так, Попов, мне надоело слушать твои отмазки, поэтому надо поговорить сейчас и серьезно, — парень в ярости. Это слышно по его голосу, а я не знаю, что меня ожидает. — О чем говорить? Я решил, что ухожу из шоу, Шаст. Так будет лучше, мне необ… — меня перебивают, не давая договорить. — Лучше? Кому? — парень повышает голос, смотрит в сторону двери и продолжает, стараясь не срываться на крик, чтобы не разбудить парней.- Что за бред, Попов? С чего ты вдруг решил свалить с передачи? — парень берет меня за плечи, смотрит в глаза. А я смотрю в его, в которых отражается страх вперемешку со злостью. — Ты еще до новогодних съемок выглядел убитым, но так ничего не объяснил. Сейчас просто молчишь. Может хватит? Нельзя вечно все скрывать. Если тебя что-то беспокоит, то поделись, мне можно доверять, ты знаешь.       Нервно закусываю губу, опуская голову вниз, чтобы не так сильно чувствовать на себе его взгляд, от которого становилось дурно. Ангел, я знаю, что тебе можно доверять, но наврятли ты будешь рад, услышав такую новость. — Зачем приехал? Ты в Праге должен быть, если не ошибаюсь, — пытаюсь перевести тему, лишь бы прекратить затянувшееся молчание. — Потому что волнуюсь из-за одного идиота, который уже долгое время ходит с кислой миной и с огромными синяками под глазами, не объясняя ничего. Арс, это ненормально.— Шастун выделяет последнее предложение и вновь начинает прожигать взглядом. — Ненормально — это каждый раз, видя дорогого для тебя человека, посылать свои чувства подальше и отчаянно пытаться доказать себе, что вы никогда не будете вместе, — говорю я, понимая, что не могу держать всё это в себе.       Слышу тяжелый вздох Антона, а его руки перемещаются на мою талию. Он приобнимает меня, как-то успокаивающе поглаживая рукой по спине, а я пытаюсь успокоить свое бешено бьющееся сердце. — Ты из-за этого развелся? Не думаешь, что твоя влюбленность может быстро закончится, тем более, если шансов почти нет? Это глупо, Попов, — слышу упрек в его голосе. А это было очень больно, Ангел. Понимаю, что ты даёшь совет по-дружески, пытаясь задуматься о моем поступке, но не знаешь всех подробностей. — Ну да. Это влюбленность уже второй год заканчивается, — мрачно замечаю я, стараясь сдерживать свои эмоции, но мой голос выдаёт меня.       Отхожу от Антона, понимая, что если буду стоять с ним в обнимку, то выскажу все, сначала и до конца. О том, как влюбился в твою улыбку, голос, в наши разговоры ни о чем, характер, в те моменты, когда ты сильно смущался и закрывал лицо рукам, лишь бы никто не увидел, как краснеют твои щеки. Это бесподобно, Ангел. Только это все принадлежит не мне. В такие моменты становится невыносимо больно, и только огромная куча работы, за которую я берусь, трансляции, которые устраиваю в любое дня и ночи, помогают на время забыть о таком прекрасном человеке, как ты… — Арс. Прости, не хотел, — голос звучит виновато, — но если так всё серьезно, то почему бы не признаться в своих чувствах девушке, а там уже смотреть по ситуации?       Отрицательно мотаю головой, хватаясь за голову и тяжело вздыхая. Не могу больше так, если этот допрос продолжится, то будет только хуже. Надо что-то придумывать. — Арс, ты уже всерьез начинаешь меня пугать. Если ты говоришь, что влюблен на протяжении 2 лет, то признайся, при любом ответе тебе станет легче, — Шаст улыбается, смотря на меня. Какая же у тебя изумительная улыбка, Ангел. Пытаюсь унять предательскую дрожь пальцев, сжав ладонь в кулак. — Антон, ужасная идея. Я не нужен этому человеку, да и вмешиваться в отношения не хочется, — говорю, переводя взгляд в окно, чтобы не было видно мое лицо, чувствуя, как боль жжет сердце. «Попов, да ты жалок», — звучит у меня в голове, пока я отчаянно пытаюсь сохранять спокойствие. — Возвращался бы ты в Прагу, Шастун, тебя там Ира ждет, — пытаюсь выговорить эту фразу спокойно и безразлично, но Шаст продолжил стоять на месте. — Я не могу оставить тебя в таком состоянии, Попов. Да и тем более… Меня там не ждут, — Антон тоскливо улыбается, опустив взгляд вниз. Непонимающе смотрю на парня, так и не решаясь задать вопрос, но, как оказалось, спрашивать не надо было. — Я с Ирой расстался. Между нами все кончено, — Шастун пожимает плечами, — но больше всего сейчас беспокоишь меня ты. Нельзя так себя загонять, Арс.       Стою на месте, не в силах что-либо сказать. Пару предложений, а что-то внутри потеплело. Ангел переживает за меня, хотя сам недавно расстался с девушкой. Стоп. — Ты с ней расстался? Из-за чего? У вас всё было так хорошо, — настороженно смотрю на Шастуна, пытаясь понять чувства парня. — Да, расстался, — произносит парень тяжело вздохнув, — причину не хочу называть пока что, но отныне я свободен и могу делать всё, что захочу.       Антон, ты знаешь как этим ты меня сейчас обрадовал? Нет? Ну и ладно. Главное, что мне стало чуточку легче дышать. А в душе поселилась надежда. Изучающе смотрю на парня и, возможно, хочу принять самое важное решение в своей жизни. —Шастун, знаешь, а я решил, что скажу все-таки. Не хочу упускать возможность, — парень вопросительно изогнул бровь, ожидая продолжения.— Только прошу, все между нами, хорошо? Можешь потом послать меня или что-нибудь еще, но не могу так больше. Антон, человек, в которого я влюблен долгое время, находится со мной в одной комнате, — готовлюсь к крикам, матам Ангела, а тот лишь начал посмеиваться. Шастун видит во мне только друга, что и требовалось доказать. — Знаешь, бессмысленно было начинать этот разговор, забудь все то, что тебе наговорил, — только парень подходит ко мне и обнимает. — Пусти, — отчаянно умоляю я, — Шастун, я сейчас серьезно. — Арс, успокойся, дай мне всё сказать, — говорит парень, не выпуская меня из крепкой хватки. — Шастун, я уже 2 года только и делаю, что успокаиваю себя. Из-за тебя перестал спать ночами, все мысли постоянно о тебе, знаешь, сколько раз я разбивал себе костяшки, пытаясь таким образом перестать чувствовать боль в сердце, разъедающую меня? Знаешь, каково мне было, когда ты начал отношения с Ирой? Самое ужасное во всем этом — это то, что все фразы, сказанные мною, часто принимались за шутку или за дружескую поддержку. Столько раз думал о том, как бы было прекрасно, если ты почувствовал хоть маленькую, но чертову искорку между нами. Это слишком жестоко, Шастун. Жестоко и адски больно. Я пытался забить на тебя, но становилось только хуже. Думаю, не стоит говорить о том, сколько я слёз пролил за все это время? Сколько раз задумывался о смерти? А потом ты говоришь, что летишь с девушкой в Прагу на Новый год.— Смотрю на шокированного Антона, который, как показалось мне, перестал дышать на пару секунд. — Дурак, — доносится тихий, но отчетливый и болезненный шепот. Мои слова заставили Ангела страдать. Я понимаю, что сейчас веду себя эгоистично, так еще и вдобавок уничтожил последний шанс быть с парнем, высказав ему всё.       Но тут Шастун целует меня. Нежно, чуть коснувшись губами моих и вскоре отстраняясь. А я продолжаю смотреть на зеленоглазого, не понимая, что тот творит. — Арс, причина моего расставания с Ирой — это ты. Во время нашего разговора во мне что-то щелкнуло, а твоя фраза,произнесенная в конце... Я не мог не приехать, слишком волновался за тебя и, как оказалось, не зря, — Антон тяжело вздыхает, пытаясь собраться с мыслями, и постоянно поправляет браслеты, что успокаивает его, —не хочу, чтоб ты страдал еще больше, да и тем более, у меня было время подумать, пока летел сюда. И знаешь что? Я люблю тебя, Арс.       А я не верил в сказанное. Казалось, что Шастун посмеётся и скажет, что это шутка или я очнусь у себя в постели в полнейшем одиночестве, понимая то, что это был сон. Но ни того, ни другого не было, а я начал осознавать всё происходящее. — Попов, разрешишь залечить все твои раны, оставленные мною? — Я смотрю на Антона и закрываю лицо руками, пытаясь не позволить слезам скатиться по щекам. Как же я давно ждал этих слов и как же это чертовски приятно. — Ангел, — впервые называю парня по придуманному прозвищу, все-таки переводя взгляд на него, — я давно уже принадлежу тебе, просто заметил ты это только сейчас. — Доброе утро, Арс, Тош, — проговаривают одновременно Сережа с Димой. За нашим разговором мы не заметили, как они проснулись. Надо же. Совсем теряю с тобою счет времени, Антон. — Стоп. Шастун? Ты-то что здесь забыл? — спрашивает Позов, удивленно поглядывая на Антона. А парень начинает смеяться, посматривая на меня, загадочно улыбающегося.       Может, в ближайшем будущем мы расскажем все Позову и Матвиенко или пустим все на самотек. Но это будет уже другая история. Наша история с Антоном.