Completely Paralyzed

I’m still high off your blank smile And those eyes, they can stay awhile

Тэхен просыпается и идет на учебу счастливым, как никогда. Его сердце с самого утра быстро колотится, из-за волнения, ибо есть вероятность, что он может не попасть сегодня в шесть к Чонгуку. Но с другой стороны ему может повезти, и все будет хорошо. Некоторые сокурсники были до невероятного удивлены веселым Ким Тэхеном, который месяц до этого ходил чуть ли не в депрессии и не понимал в чем смысл жизни. У Кима была пробная тестовая тренировка за сентябрь, и он сдал ее. После учебы Тэ зашел в хранилище и забрал часть денег, которые он копил для поездки в Гонконг. У хварана был план, чтобы удивить Чонгука. — Зайдешь ко мне? — спросила Аро, заглядывая в пустующую комнату к Тэхену. — У меня свидание. Девушка завизжала от восторга. Она подбежала к брюнету и начала крутится вокруг. — Да? Как ее зовут? А как она выглядит? Я ее знаю? Она далеко живет? — Чон Чонгук, — Ким собрал деньги и еще пару вещей в небольшой мешок. Глубоко в душе он надеялся, что это путешествие во времени принарядит его как-нибудь, свидание все-таки. — А? Он же мужчина! — И что? — Это странно! И не естественно! Как можно встречаться с парнем? Может, еще не все потеряно и вы недалеко зашли? — Мы уже целовались. — Ну все, Тэхен-а, это конец. — Ну почему же? Что в этом плохого? — Удивился Тэхен. — Потому что! Ладно, смысл говорить тебе что-то, правда? Решай сам. Аро вышла из комнаты, хлопнув дверью. Тэ явно заметил, что ей не нравились все эти отношения с Чонгуком, и, кажется, что не только потому, что он парень. Ким взял из-под подушки блюдце, удивляясь самому себе, ведь храня его под подушкой, оно могло потрескаться или поломаться. — Пожалуйста… Мне очень нужно сегодня встретиться с Чонгуком, прошу, работай, — брюнет крепко сжал его в руках, и долго стоял с закрытыми глазами, пока не почувствовал легкого ветерка на волосах. Он мысленно расплакался от счастья, может, это блюдце сможет переносить его в будущее каждый день? Тэ достал телефон: он хотел написать Чонгуку, что уже в городе. Когда Ким открыл контакты, то понял, что Чон записал себя ему в контакты как «любимого». вы: Отгадай, кто вернулся. 14:09 любимый: я уже соскучился, Тэхен-а~ 14:10 вы: я скоро буду 14:10 Тэхен улыбнулся, выключил телефон и посмотрелся в экран телефона: да, он принял решение, чтобы удивить Чонгука, он покрасится. Он покрасится в серый, Чон же говорил, что ему должна пойти. Ким прошелся вдоль улиц и нашел приличную, по его мнению, парикмахерскую. Он изложил своему мастеру все свои пожелания. 17:03, 4 Октября 2017 Тэхена досушивают, и он смотрится в зеркало: ему и правда очень-очень идет этот новый цвет. Но останется ли он, когда Тэ вернется в прошлое? Интересно. Ким выходит из парикмахерской, оглядываясь. На доме вывеска с улицей, на которой он стоит, и номером самого дома. Улица та же, на которой живет Чонгук, поэтому Тэхен думает, что найдет нужный дом. Он не спеша идет вперед по улице, оглядывая высотки и маленькие магазинчики и кафе на первых-вторых этажах. Тэ улыбается, ему нравится будущее больше, чем родное прошлое. Он не замечает как долго шел, ведь подходя к 30-ти этажному часы уже показывали 17:47. Тэхен набрал номер Чонгука. — Чонгук? Я у твоего дома, у меня нет ключей, так что-либо ты открываешь мне дверь, либо я прыгаю к тебе на 18-й этаж. — А можешь? — Усмехается голос в трубке. Тэхен слышит на заднем плане шаги и взятие трубки с домофона. — У меня домофон 709 В, позвони — я открою. Тэ сбрасывает звонок и звонит в домофон. — Да? — Открывай, гости пришли. Из домофона доносятся гудки и дверь открывается. Тэхен поднимается на лифте и звонит в дверь. Она открывается, и из квартиры выглядывает Чонгук. — Тэхен-а? — Нравится? — гордясь своим поступком, спрашивает Тэ. — Ты великолепен с таким цветом волос. Еще красивее, чем был раньше. Проходи, я сейчас оденусь, и пойдем, — Чон открывает дверь, пропуская Кима. Он садится на диванчик в коридоре и косится на Чона. — Ты же говорил, что свидание будет у тебя. Уже нет? — Уже нет. Я решил, что мы с тобой пойдем кое-куда. Чонгук отсутствовал несколько минут. Он выключил везде свет, оставив горящую лампу только над Тэхеном. Он присел с ним рядом и положил голову ему на плечо, улыбаясь. — Чонгук? — М? — Что будет, если я исчезну? — Я найду тебя. — А если я буду так далеко отсюда, что ты не сможешь меня найти? Чон привстал и взяв ботинки, начал их шнуровать, пожав плечами. — А какой ответ ты хочешь от меня услышать? — Просто, сегодня ночью я уезжаю на месяц и… Я вернусь. Вернусь к тебе, но только через месяц. Что ты будешь делать? — Тэхен вздохнул и поднял голову наверх, смотря на Чонгука. Он слабо улыбнулся и подмигнул ему, заставляя появиться на лице брюнета ту же слабую улыбку. — Не волнуйся за меня, если нужно, то я буду ждать тебя вечность. Пошли, — Чонгук взял Тэ за руку и вышел из квартиры, закрыв ее на ключ. — Куда мы пойдем? — спросил Ким, заходя в лифт. У Тэхена предательски заурчал живот, и Чон мило улыбнулся. — В кафе? — Извини, я просто пока собирался к тебе не успел поесть… — За что ты извиняешься? — Я не испортил свидание?.. — Если ты уезжаешь сегодня на месяц, то этот день должен быть неповторимым, чтобы тебе меня с сегодняшнего дня хватило на месяц. Тэхен с Чонгуком пошли в ближайшее кафе. У Чона зазвонил телефон, он извинился. Ему видеозвонком звонила мать, которая жила в Пусане. — Чонгукки, где ты сейчас? У тебя все хорошо? — раздался женский голос в телефоне. — Я в кафе, у меня свидание, все хорошо, — Чонгук поднес экран к лицу, показно поправляя челку перед мамой. — Ох, так покажи мне этого красавца, который покорил твое сердце! Это тот самый Тэхен, о котором ты не переставал говорить последний месяц? Он вернулся? Чон неловко покраснел от слов матери. Он переключил камеру с фронтальной на обычную, и на экране показался Тэхен. — Тэхен-а, ты же не против? — спросил Чонгук. — Нет, конечно! Здравствуйте, миссис Чон! — Тэ улыбнулся в камеру, приставляя к глазам два пальца. Из телефона раздался женский смех. — Здравствуй, Тэхен. Чонгук хорошо себя ведет? Не обижает тебя? — Мам, — недовольно проговорил Чонгук в трубку. — Отлично. Он прекрасный человек, спасибо вам. Мне повезло с парнем, миссис Чон! — воскликнул Ким, складывая сердечко из пальцев. — Тогда отлично, не буду вам мешать. Пока, Чонгукки, звони почаще, — женщина сбросила трубку, и Чон обессиленно упал в свои руки. — Боже. — Твоя мама очень милая! Гук заказал для Тэхена и себя еду, они поели довольно-таки быстро. Они вышли из кафе, и Тэ не знал, куда Чонгук его ведет, он просто сжал его руку покрепче и поддался ему. Они дошли до высокого здания и остановились. — Закрой глаза, — просит Чонгук. — А я не врежусь ни во что? — прикрывая глаза, обеспокоенно спросил Тэхен. — Нет. Ким помнит, как они заходили в здание, и как очень-очень долго поднимались на лифте, а потом резко подул такой холодный ветер, что Тэ аж съежился. — Открывай глаза, — Ким почувствовал горячий шепот у себя на ухе и медленно приоткрыл глаза. Они стояли на смотровой площадке этого здания, откуда простирался просто неописуемо великолепный вид, завораживающий разум. Все дома, магазины и парки казались крошечными, а небо в разных местах было то оранжевым, то розовым, а где-то вообще ярко-красным от заходящего зимнего солнца. В далеке о берег разбивались волны, но шум моря и чаек слышно было даже здесь. — Так красиво, — Ким широко раскрыл глаза, вглядываясь в пейзаж. Он подошел к краю площадки, кладя одну руку на ограждения. — Можно тебя сфотографировать? — Конечно. Чонгук достал маленький красный фотоаппарат с мгновенной печатью и сфотографировал Тэ. Он получился в профиль, стоящий на краю смотровой площадки, освещаемый розово-оранжевым закатом. Чон подошел к Тэхену и попросил его развернуться. Он приобнял Кима, фокусирую камеру на них, и готов был уже нажать на кнопку, как неожиданно поцеловел Тэ в кончик носа, и камера напечатала очень милый снимок, где Чонгук целует улыбающегося Тэхена в нос. — Держи, — Чон отдал две эти фотографии Киму. — Будет, что вспоминать. Тэ подошел к стене и присел, разглядывая фотографии. Он поежился и выдохнул белый пар. — Тебе холодно? — Чонгук присел рядом с Тэхеном, придвигая его себя за плечи. — Да, очень. — Согреть тебя? — Поцелуй меня, как тогда, в машине. Чонгук прижался к Киму, затягивая его в горячий поцелуй, зарываясь пальцами в свежепокрашенные волосы. Он почувствовал, как по холодным щекам Тэ побежали горячие слезы, и тот всхлипнул в поцелуй. — Почему ты плачешь, Тэхен-а? — Чон обернул Кима в свои объятия, оставляя невесомые горячие поцелуи на шее. — Я… Так не хочу с тобой расставаться, но… Мне нужно уезжать и… — Тэхен еще больше расплакался, шмыгая носом через слово. Горячие слезы капали Чонгуку на рубашку, сразу же впитывались. — Не плачь, пожалуйста, мы же не будем видеться всего месяц, я подожду, — Чон успокаивающе нежно гладил Тэ под футболкой, проходясь теплыми подушечками пальцев по немного выступающему позвоночнику. — А вдруг ты… Найдешь себе другого, пока я… — Никогда, не смей думать о таком, хорошо? — Ладно… — Тэхен положил подбородок на плечо Гука, глотая слезы. Он обвил его руками, сжимая спину в объятиях. — Мне так хорошо, п-почему это должно кончиться? — Я готов просидеть в твоих объятиях вечность, но мои пальцы на ногах говорят обратное, — усмехнулся Чонгук, и Ким оторвался от него, улыбаясь. Он все еще всхлипывал почти не слышно сквозь улыбку и икал. — Так ч-чего ты мне раньше не сказал? Пошли! — Ты не против если мы пойдем ко мне? — Не против. Пока Чонгуком с Тэхеном шли до чонгуковского дома, пока поднимались на лифте и заходили в квартиру, оба молчали. — Через два месяца Рождество, — внезапно сказал Чонгук, раздеваясь. — Ты будешь наряжать елку? — Да, но я не про это. Чонгук с Тэхеном прошли в комнату. Чон присел, а Тэхен прилег рядом, кладя свою голову ему на колени. — На Рождество дарят подарки. Какой подарок ты бы хотел? — Гук начал осторожно разделять пряди свежевыкрашенных волос, делая пробор. — Если я проведу это Рождество с тобой, то это будет лучшим подарком, — Тэ улыбнулся. — Знаешь еще что? — Что? — У меня 30 декабря День Рождения. Вот видишь, какой я хороший, я сказал тебе про свой День Рождения в отличие от некоторых. — Ты расстроился из-за того, что я тебе тогда не сказал про свой День Рождения? — Конечно расстроился! — Я могу загладить свою вину сейчас. — И как? — Мы можем с тобой принять ванну, — Чонгук ехидно улыбнулся, проводя ладонями по горящим от смущения щеками Кима. — Э… Ну… — Если не хочешь, то я не заставляю, — Гук пожал плечами. — Нет, я очень хочу! — воскликнул Тэхен, подпрыгивая. Чон встал с кровати и отправился набирать воду. Из личных стереотипов и соображений Киму было довольно-таки смущающе лезть купаться с Гуком, но любопытство в Тэхене сильнее всего бьет ключом, поэтому он согласился. Вскоре ванна до краев набралась. Из комнаты Тэ услышал плеск воды в ванной и чонгуковское «Тэхен-а, ты идешь?» Конечно он идет, черт возьми. Ким заглянул в ванную. С его ракурса из-за пены была видна только верхняя часть тела Чонгука, но Тэхен уже влюбленно вздохнул и зашел. — Я уже начал думать, что ты передумал. Тэ начал медленно раздеваться, складывая вещи рядом. Чонгук, наблюдал за всеми его действиями, заводя язык за щеку, и победно ухмыляясь. Он снял последнюю часть одежды и присел на край ванной. — Иди ко мне, — Чон расставляет руки, запуская Тэхена в свои объятия. Он лег, кладя затылок Гуку на грудь, а руки Чонгука устроились на его талии. — Ты так стесняешься, — он ухмыльнулся, разглядывая съежившегося Кима. — О, ты не поверишь, у меня много комплексов. — Да? Никогда не думал… А мне нравится твоя внешность: шея, грудь, живот, а особенно… — Чонгук! — Смущенно воскликнул Тэхен, колыша воду, делая маленькие волны. — Знаешь, я прямо представляю тебя, лежащего обнаженным на моей кровати, — Чонгук закусил губу. Его бурная фантазия и правда сейчас рисовала ему просто до безобразия великолепные картины с Тэхеном без одежды, такие реалистичные и красочные, что обладатель фантазии печально вздохнул. — Так вот, значит, о чем ты мечтаешь, — Ким перевернулся на живот, укладывая подбородок на скрещенные на груди Гука руки. — Да. Теперь ты знаешь о чем я мечтаю. — Хочешь меня? — Тэ ухмыльнулся. — Безумно. Но я не прикоснусь к тебе, пока ты сам этого не захочешь, — Чон провел подушечками мокрых пальцев по закругленному носу Кима, от переносицы и до кончика. — Тем более, что ты девственник. — Как ты узнал? — У тебя первого поцелуя до меня не было, как об этом не догадаться? Тэхен улыбнулся, прикрыв глаза. — Чонгукки? — Да? — Ты подаришь мне себя на Рождество? — Рождественский секс у елочки? Ким рассмеялся, приподнимая голову над белой пеной. — Я могу подарить тебе себя и до Рождества, если тебе так будет угодно, — Гук положил ладони на бронзовые плечи Тэхена, которые очень сильно выделялись под почти невидной пеной над водой. — Боюсь, что до Рождества я буду не готов. — Я могу тебя подготовить, Тэхен-а. — Лучше поцелуй меня. Чонгук притянул к себе Тэ, приоткрывая его рот своими губами, сразу же не церемонясь и углубляя поцелуй. Чон, подхватив Тэхена под руки, присел, усадив его себе на колени. Под напором губ Тэхена Гук приложился головой о холодную плитку на стене, недовольно зашипев. Чонгук переместился с поцелуями на шею, прикусывая нежную и чувствительную кожу, сразу же зализывая место укуса и оставляя вокруг них легкие поцелуи. Царапины, оставленные Гуком неприятно отдавались болью, но Тэхену нравилось. Он поддавался вперед, обвивая руками шею, а ногами — поясницу Чона. — Тэхен-а, ты… — Чонгук прервался посмотрев вниз под воду. — Прошу, не останавливайся, Гукки, — шепчет Тэ ему на ухо, рвано дыша. И за это «гукки» и за эти шикарные полустоны Чон готов был сейчас делать что угодно. Пальцы одной его руки прошлись по копчику Кима, проходясь по внутренней стороне бедра. — Чонгукки, Боже, мне так нравится. Стоны Тэхена отдавались эхом от кафельных стен, но у него в ушах не звучало ничего, кроме голос Чонгука, который перешел к заветным выступающим ключицам Тэ. Внизу уже все ныло и просило разрядки, но прерывать действия Гука Киму тоже не хотелось. Он жалобно захныкал, указывая на свою проблему, которую Чонгук сразу понял. Он переместил руку с бедра Тэхена на болящее возбуждение, медленно двигая рукой. Заметив, что полу стоны уже стали настоящими стонами удовольствия, которые срывались с губ Тэ на каждом его действии, он усмехнулся. — Гукки, умоляю, не мучай меня… — Ким царапает короткими ногтями плечи Чона, иногда впиваясь в них до крови, скуля ему на ухо. — Только скажи, — Чонгук прикусил мочку уха, шепча. — Чего ты хочешь, Тэхен-а? — Чонгукки, я хочу кончить, пожалуйста, — Жалобно скулит Тэ. Гук обводит пальцами головку и делает рваное движения по всей длине, заставляя Кима громко застонать рефлексом. Чон действовует быстрее, целуя место под ухом и шею. — О, Боже, Гукки, — Ким обвивает шею Чона руками, рвано постанывая ему в самое ухо. — Кончи для меня, детка. — просит Чонгук шепотом. Тэхен жмется плотнее к младшему, дрожа всем телом. Он стонет громко, кончает, жмурясь от удовольствия до всплохов под веками и электрических разрядов на кончиках пальцев. Ему все еще немного потрясывает от таких ощущений, но немного стыдно. — Чонгук, — Тэхен устало улыбается, все еще приводя сбитое дыхание в норму. — Да? — Вау. — Ага, вау. — Уже можно говорить, что я жду не дождусь Рождества? — Я тоже. Через полчаса оба уже сидели на кухне. Чонгук заварил Тэхену чай под предлогом, что из-за того что они просидели в остывшей воде, Тэ мог заболеть. — Капец, — Ким ставит кружку на стол и вздыхает, а Гук присаживается с ним рядом. — Что случилось? — Я хотел тебя… Ну, то есть спросить тебя сколько времени. Ох, у меня язык уже не поворачивается, — Тэ устало кладет голову на плечо Чона. — Время? Уже близко к одиннадцати. Когда ты уезжаешь? — Завтра в… Тэхен задумался, когда у него начинаются тренировочные предэкзаменационные курсы завтра потому, что после случая в ванной все, что он помнил за свои 24 года жизни просто выветрилось. — Завтра в час. — Может переночуешь у меня? Мне кажется, что если ты пойдешь сейчас домой, то заснешь по дороге, — Чонгук улыбнулся и поставил пустую кружку на стол. — Думаю ты прав. Но мы разве уместимся на одной кровати? — удивился Тэ. — У меня двуспальная. — Часто с кем-то спишь? — Шлюху-то из меня совсем не делай, Тэхен-а. Просто считаю, что маленькая кровать хуже большой. Тэхен зевнул. — Достань себе что-нибудь, чтоб спать можно было, я пока пойду расстелю, а то у тебя уже глазки слипаются, сонный котенок, — Чонгук направился в комнату. Через несколько минут в комнату заходит Ким в его футболке. — О мой Бог, ты думаешь, что если будешь спать в этом, то я засну? — ложась в кровать, спросил Чон. — А может я хочу тебе присниться? — Тэхен залез под одеяло, и Гук выключил настольную лампу. Он притянул к себе Тэ, обнимая. — Ты бы и так мне приснился. — Спокойной ночи, Чонгук. — Спокойной ночи. На утро Гук проснулся от действий под его рукой: Тэхен что-то делает в телефоне. 9:37, 5 Октября 2017 — Чего ты так рано проснулся, Тэхен-а? — сонно шепчетЧонгук. — Не могу больше спать, обычно я уже бодрствую в это время. — Пойдем сходим в куда-нибудь, пока ты еще не уехал. Хочешь в караоке? Ты когда-нибудь был там? — Неа, пошли. Собравшись и выйдя из дома, Тэ и Гуку пришлось ехать на машине, так как караоке находилось довольно-таки далеко от чонгуковского дома. Честно, вышло не забываемо: Тэхен знал только старые песни, поэтому Чонгуку пришлось учить его нескольким песням в процессе, от чего оба заливисто смеялись. Когда они уже собрались уходить, Тэхен не мог перестать улыбаться и жаловался младшему, что у него уже рот болит от этого. На улице светит солнце, поэтому когда парни выходят из здания, то тут же щуряться на яркий свет. — Мне тебя проводить? — Нет, я сам дойду, спасибо. — До встречи через месяц? — До встречи через месяц, — Тэхен, привстав на носочки, поцеловал Чонгука в губы и обнял его. — Я буду скучать по тебе. — Я тоже, детка. Тэ рассмеялся. — Мне так не по себе, когда ты меня так зовешь. Я люблю тебя. — Я тебя тоже. Тэхен сильнее сжал Чона в объятиях, они простояли так еще несколько минут и попрощались. Ким помахал ему и ушел за дом. Он вытащил из-под футболки кулон, который неярко светился в темноте. Один миг — и Тэхен уже в прошлом. А Чонгуку просто захотелось посмотреть, куда пойдет Тэхен. И он увидел, как он растворяется в воздухе на месяц.