Completely Paralyzed

Тэ вернулся в свою комнату и еще несколько минут стоял и смотрел на блюдце в своих руках. На глаза уже начали наворачиваться слезы, при понимании того, что Тэ остается на целый месяц без Чонгука. Дверь в комнату внезапно открывается и в нее входит Аро. Ким быстро смаргивает выступившие слезы и бросает мешок на кровать, садясь с ним рядом. — Ну, что? Как твое свидание с этим твоим Чонгуком? — Ядовито спрашивает Ким, оставаясь в дверном проеме. — Хорошо. Аро садится рядом с Тэхеном, который разбирает рюкзак. Из него вылетают две маленькие бумажки, и девушка тут же их поднимает. Это оказываются две фотографии Чонгука, которые он отдал Тэ тогда на крыше. — Это Чонгук? — Да. — У тебя здесь волосы другого цвета, — Аро тыкает в лицо Кима на снимке. — Я покрасился. Чонгук сказал, что мне очень идет. — Завтра опять к нему пойдешь? Тэхен печально вздохнул. — Нет, я не буду к возвращаться к нему месяц. — Почему? — У меня подготовка к экзаменам и сами экзамены, — Ким достал из мешка пластиковую коробку с наклеенной на нее запиской. «Я помню, что тебе очень понравился мой кимчи, поэтому я приготовил для тебя еще. Надеюсь, что ты не будешь скучать без меня. Люблю. Чонгук» — Когда он успел, черт возьми… — Он даже готовит для тебя. Это так мило, — Аро улыбнулась. — Да, я знаю, съем сегодня на обед. — Я пойду, хорошо? — Да, пока. Тэхен вздохнул, поправляя загнувшийся ворот ханбока, нечайно задев оставленные Чонгуком укусы. Тэ слабо улыбнулся, вспоминая, какие прекрасные вещи Чон творил с ним в ванной. Хотя, половину из происходившего Ким не помнит, все как в тумане. Сегодня должен был быть самый трудный день за весь следующий месяц подготовки и сдачи экзаменов — первый день. За весь этот день Тэхен успел проклясть его раз сто, пока носил кучу книг, свитков и баночек с чернилами. В общежитие он возвращался уже в темени, и глаза пришлось знатно поднапрячь, чтобы разглядеть хоть что-то. — Привет, — Послышалось сзади, и Тэ резко обернулся. Сзади него стоял парень, чья внешность ему была до боли знакома. — Да, привет, я тебя знаю? — Ким сощурил глаза, и парень подошел ближе. — Я как-то помог тебе с книгой, которую ты уронил в коридоре. Ты не знаешь меня? Я Хве Чинхун, — Парень протянул руку для пожатия. Его ладонь реально огромной по сравнению с просто крошечной девчачьей ладошкой Тэ. — А! Ты помощник Аро? — Брюнет пожал Чинхуну руку. — Да. Давно хотел с тобой познакомиться, — Хве улыбнулся. — Тебе помочь? Тэхен затупил на секунду, тупя взгляд сначала на кучу свертков в своих руках, а потом на Чинхуна. — Ох, спасибо большое. — Ты один? — А, я… Ну, как бы… У меня… Ах, ты про друзей. Да, Аро уехала, так что пока я один. — Не против, если я составлю тебе компанию? — Нет, конечно… 7 Октября Тэхен измотался. Весь день он проводил один, но если книги и сочинения можно назвать компанией, то не совсем. Чинхун, который был вместе с Тэ после занятий иногда помогал таскать ему тяжелые вещи, а Ким помогал ему со смешиванием лекарств в отсутствии Аро. Одним вечером они сидели в медицинской комнате, разбирая приехавшее сырье. — Ты был на закрытии ярмарки неделю назад? — Спросил Чинхун. — Оно было не неделю назад, — Тэхен недовольно надул губы, сдвигая темные брови на переносице. — Оно было несколько дней назад. — Ну, какая разница? Тебе понравилось? — Я… Был там, когда еще ничего не открылось. Так что веселья я не застал. — Хочешь на следующую ярмарку вместе сходим? И этот вопрос стал пыткой для Кима. Он сейчас разрывался между Чонгуком и Чинхуном. Не то чтобы ему Хве был дороже собственного парня, просто когда он спросил про ярмарку, которая должна была быть следующим летом, Тэхен не смог бы наверное выбрать: пойти на ярмарку с Чинхуном или побывать у Чонгука. Хоть время проведенное с Чоном Тэ доставляло неописуемые чувства во всех смыслах, спокойствие, там, но отвечать Хве что-то в духе «нет, я не хочу идти с тобой» тоже не хотелось. С лица Кима исчезла улыбка так же быстро, как и появилась. Он опустил голову и продолжал разделять мешки с травами по полкам, не отвечая на вопрос. — Тэхен? — Я… Эм, если смогу, то пойдем. — Хорошо. 9 Октября Прошло только три дня с момента последней встречи Тэхена с Чонгуком, а он уже готов был завыть от одиночества. Ночью он засыпал, крепко сжимая подушку, влажную от собственных слез. Да, Ким научился бесшумно плакать, это помогало ему, правда. Иногда он сидел в кладовке и разговаривал с фотографией, спрашивая у нее, как там поживает Чонгук, как у него учеба, изредка рассказывая о собственном проведенном дне, мило улыбаясь фотографии. Конечно, меньшее, что помогало ему не сходить с ума — это Чинхун. Он часто составлял ему компанию, не давая помереть. Но иногда Тэхену на стену хотелось лезть. Он корил себя за то, что предпочел Чонгуку учебу. Он хотел вернуться в тот момент, когда у него только рот открылся про это сказать, и пригрозить самым наистрашнейшим тому Тэхену не возвращаться в прошлое на месяц. Держаться, нужно держаться. 11 Октября. Легко сказать, сложно сделать «держаться». А Тэхен держался из последних сил. «Держись осталось чуть больше половины» Эти слова Тэ прокручивались у него в голове голосом Чонгука миллионы раз за прошедшие дни, и он сам не понимал, отчего его так тянет к Чону. Какая сила заставляет его говорить с фографиями, трогать помеченные Чонгуком места на шее и ключицах, вспоминать те шикарнейшие поцелуи перед сном. Зачем Ким все это вспоминает, спрашивается, от этого только больнее. Раньше ему хотелось просто выкинуть брюнета из головы на месяц, и тогда, когда Тэхен не отказывал себе в посещении будущего, это казалось простой задачей, но не сейчас. 13 Октября Тэхен в этот день зашел к Чинхуну, сказав, что у него болит голова. Ким выглядел никак: из светлого, вечно улыбающегося мальчишки, он превратился в полуживое ходячее нечто. — Тэхен, с тобой все хорошо? — Чинхун удивился состоянию Кима, ведь то, что с ним происходило ему не дано было понять. А Чинхун влюбился во внешность Тэ, которая меркла с каждым новым днем. Ему нравились его черные глаза, густые брови и покусанные красные губы, которые он постоянно обрывал до крови. Характер — это просто плюс, с которым повезло Хве. Он не то чтобы сильно интересовался личной жизнью Тэхена, но и без особых наблюдений можно было понять, что если он в такие трудные моменты один, то у него никого нет, а Чинхуну это было только на руку. 17 Октября Тэхен творил с собой что-то невероятно ужасное. Его ломало, ломка было раз в десять хуже, чем наркоманов, и это просто вводило в истерику. Тэ попросил Чинхуна спрятать от него блюдце далеко-далеко, чтобы тот не нашел его до ноября. Сколько бы Ким не искал эту чертову тарелку по ночам с трясущимися руками, он так и не нашел ее, и с одной стороны даже был рад этому. Нормальный человек давно бы забил на учебу, когда есть такой любящий человек, который нужен тебе больше, чем учеба, но Чонгук сказал Тэхену как-то, что учеба важнее отношений, и если нужно будет, то он подождет Тэ. Нормальный человек бы учил все за пять минут, а остальное время проводил с любимым. Но нет. Нужно держаться. Пожалуйста?... 19 Октября Тэхен перестал есть. Для Чинхуна была отговорка, что он просто не успевает, мило улыбаясь, пожимал плечами, мол, ну, учёба, что поделать. Но у Тэ просто пропал аппетит. Он учил уроки, читал книги и мог не есть весь день, выпить молока и все. Конечно, организм долго такого не выдержит, и Ким это понимал, поэтому иногда ужинал с Хве через силу, съедая насколько мало от порции, что можно было считать, что он не съедал почти ничего. Тэхен видел в этом некий плюс, но медленно истощающийся организм и бронза, исчезающая с смуглой кожи, отдавая нездоровым синеватым оттенком. 21 Октября. Неудачный разговор вечером этого дня. — Тэхен? — В пустующую как всегда комнату общежития заглянул Чинхун. — Да? — Подняв уставший взгляд на шатена, ответил Тэхен. — Можно с тобой поговорить? — Ну, заходи. Тэхен лежал на кровати, свернувшись калачиком, обнимая подушку. Хве присел на ее край, кладя руку на тэхеново плечо, отчего тот вздрогнул. — У тебя есть кто-нибудь? — Ты. Чинхун улыбнулся. — Я про… Отношения. Тэхен устало вздохнул, прикрывая глаза. Казалось, длинные ресницы подрагивали. — Не хочу об этом сейчас. — Почему, Тэхен-а? Расскажи мне, что случилось? Хве не переставал сверлить и без того растормошенную и кровоточащую дыру на сердце Кима, который, на минуточку, не хотел вообще думать о Чонгуке. — Пожалуйста, Чинхун. — Если это… — Да, черт возьми, Чинхун, у меня есть человек, которого я люблю, все? — Вскрикнул Тэхен, резко вскакивая. Голос его дрожал, он был готов заплакать, слезы уже наплыли на глаза и предательски покатились по щекам, падая на подушку. И тут Хве как грозой пробило. В нем вспыхнуло любопытство, граничащее с какой-то немыслимой конкуренцией. — Кто этот человек? Чинхун процедил, сцепляя плечо Кима в болезненной хватке. — Ты его не знаешь… — Я хочу знать. — Чинхун! — Тэхен! — Я не скажу… — Всхлипнул Тэхен, вжимаясь в подушку. — Чего плачешь? — Уйди. — Этот человек причинил тебе боль? — Прошу, уходи… — Что он сделал, Тэхен? Я… — Чинхун выкрикивал последние слова, но резко остановился. — П-пожалуйста, Чонгукки, за ч-что мне все это?.. — Слова были еле различимы через подушку, и единственное, чего Хве не услышал, так это «чонгукки». Но Чинхун просто ушел, не попросив прощения, бросив плачущего Тэхена одного. Чонгук бы такого не сделал. 23 Октября Давай, Тэхен, осталась всего одна неделя, ты сможешь! После неудачного диалога с Чинхуном Тэ остался один на неделю. Он перестал есть вообще и уже перестал различать обмороки и сон, которые могли настичь его посреди занятия, но слава Богу такое случалось реже, чем в одинокой кладовке с еле-еле горящей лампой. 25 Октября В этот день Тэ был немного жизнерадостнее, чем раньше. Он заставил себя поесть, а это было для него достижением. Подготовка не прошла даром, экзамены уже почти прошли. Тэхену осталось сдать борьбу и еще два предмета, и он свободен. 27 Октября Шея и ключицы Тэхена зажили полностью, на них ничего не было видно. Но Ким искренне надеялся, что Чонгук сделает новые метки, ведь обоим это невероятно нравилось. Но поговорим о самом Чонгуке. Неужели, это месячное расставание с Тэ ему ничего не дало? Нихуя. Каждую ночь ему снились кошмары, а просыпался он почти за четыре часа до пар, так как не мог больше спать. Ему невероятно не хватало тепла Тэхена рядом холодными ночами, когда даже одеяло, казалось бы, не спасало. Чон пытался позвонить Киму, писал ему каждый день, но в телефоне упорное «Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее» 29 Октября Тэхен не мог поверить: всего два дня и он увидеться с Чонгуком! Он сдал все экзамены на отлично, кроме одного, там чуть-чуть не добрал. Киму просто не терпелось рассказать все это Чону, прижавшись к нему в тёплой ванной. Да, каждый раз, когда он думал о том «происшествии» в ванной, он невольно улыбался. 31 Октября Свобода! Сейчас Тэхен пойдет и попросит достать Чинхуна ему блюдце, которое он спрятал. Он заглянул в медицинскую комнату, приоткрывая дверь. — Чинхун? Ты здесь? — Радостно улыбаясь, спросил Тэ. — Да. — Достань мне блюдце, которое я просил тебя спрятать, фактически уже ноябрь. — Воскликнул Ким. — Нет. Сердце Тэхена пропустило несколько ударов, оно сейчас остановится. — Что?.. — Я сказал нет. Ты уйдешь от меня к этому своему «любимому человеку». — Конечно. Чинхун, прошу, я… Ждал этого месяц, — Запинаясь, произнес Тэхен. Его голос дрожал, хоть Ким и старался улыбаться. В горле встал противный комок горечи. — Чинхун, я… — А что я получу взамен? — Что угодно, умоляю… — Поцелуй меня. — Что? — Тэхен сморгнул длинными ресницами накопившиеся слезы. Хве достал из своего ханбока блюдце, вертя в руках. — Ну, что? Я жду. Руки, ноги, да и сам Ким невероятно дрожал. Его колотило так, будто он идет на собственные похороны, хотя, ситуация была схожей. Тэхен подошел достаточно близко к Чинхуну. Он был дорогим для него человеком, но целовать его совершенно не хотелось, это казалось… Мерзким? Отвратительным? Неестественным? Скорее, все вместе. Тэхен вырывает из расслабленных рук блюдце и бежит, закрывая за собой дверь. Уже в коридоре он исчезает. Он появляется в каком-то очень знакомом переулке. Он звонит Чонгуку. Сердце бешено колотится. Улыбка затмевает высохшие на щеках слезы. — Ало? — Чонгукки… — Боже, Тэхен! — Радостный крик из трубки телефона. — Ты просил позвонить, когда я вернусь, — Тэхен шмыгает носом, оглядываясь по сторонам. — Все хорошо? Ты просто не представляешь, как я скучал! Где ты? Мне забрать тебя? — Тараторит Чонгук. Тэхен вспомнил день их встречи, когда он тараторил так же. Ким почему-то подумал, что когда Чон волнуется, то говорит вот так быстро. — Я у твоего дома, сейчас поднимусь. Тэхен стоит в переулке и через дорогу от него виднеется чонгуковская высотка. Он бежит к дороге, через нее, а затем к подъезду, забегая в дверь, открытую выходящим ранее незнакомцем. Пока он поднимается на лифте, трясущимися пальцами нажимая на кнопку с цифрой 18. Двери лифта открываются. Тэхен заходит в лифтовой подъезд и подходит к двери квартиры Чонгука. Сердце останавливается, когда Тэ слышит проворачивание ключей в замочной скважине. — Тэхен… — Чонгук. Ким бросается в объятия к Чону, обвивая руками его шею и спину, крепко сжимая. — Я так, так сильно тебя люблю… — Я невероятно скучал, Тэхен, — Чонгук целует заплаканные щеки, приподнимает выцветшую челку и целует лоб, губы, скулы и все лицо Тэ. — Не исчезай больше. — Не посмею, — Тэхен улыбается, бабочки до сих пор кружатся в животе, устраивая там вечеринку. — Я так долго ждал, чтобы увидеть тебя. — Я тоже. *** А Чинхун подумал, что Тэхен любит Ким Аро. Когда она там вернется?