Я ждать и расставаться не умею

- Ну вот, кажется, всё! Слушай, я зажгу ещё пару свечей. Убба с волнением расхаживал по хижине, стараясь избегать пристального взгляда Ивара. - К чёрту! Здесь и так светло. Убба, ты зачем меня сюда притащил? Что-то задумал? Ты странный сегодня какой-то… Убба внезапно закашлялся. - Ничего я не задумал. С чего ты взял? Просто решил завтра утром с тобой на охоту сходить, и всё. - На охоту? Со мной? Ничего не перепутал, брат? Мало толку тебе от меня будет. И почему Хвитсёрка не взял? Сигурд пускай провалится, а вот Хвитсёрк непременно согласился бы. – Ивар привстал на локтях и осмотрелся. – К тому же для чего здесь столько свечей? Давай выкладывай, я, калека, но не дурак. Убба тяжело вздохнул и обернулся к брату. Ему стоило больших трудов, уговорить Ивара, отправиться вечером к этой хижине. Несмотря на неспособность ходить, младшего брата в прямом смысле слова, было невозможно доставить куда-то против его воли. Заброшенная охотничья хижина, о которой знал лишь сам Убба, как нельзя лучше подходила для воплощения задуманного плана. Низкое строение, стоящее в глубине леса, с почерневшей соломой на крыше было весьма удобным внутри. Стены были покрыты особым составом из речной глины, соломы и молодых веток тиса. Утепленные таким образом стены не пропускали холод и влагу. Сейчас в небольшом очаге потрескивали поленья, домик наполняло тепло, и можно было забыть о зябкой прохладе, которой иногда оборачивались последние дни и ночи сентября. В хижине имелась одна-единственная низкая комната. Обстановка домика была проста, вместо кровати – широкая подстилка из соломы и папоротника, положенная на деревянный щит и укрытая сверху шкурами, небольшой стол и скамья у стены – вот и всё убранство. Ивар сидел на ложе из папоротника, но увидев, что старший брат обернулся к нему, быстро подался вперед, опираясь на руки. - Ивар, тут такое дело. Понимаешь, есть вещи, которые рано или поздно должен узнать каждый мужчина. - Это какие ещё вещи? Ты хочешь завтра показать мне пару новых боевых приемов, да? Я неплохо владею топором, да и из лука стреляю метко, а вот скажем в рукопашном бою… Покажи, Убба! Тогда я точно накостыляю, Сигурду! Обещаю, я буду внимателен. Убба вновь вздохнул. *Ивар! Какой же ты ещё иногда ребёнок! Боевые приемы… Где наш отец, когда он так нужен! Это Рагнар должен был объяснить своему сыну всё это, а не я!* - Не совсем. Кхм… ммм – Убба собирался с духом, с трудом подбирая нужные слова, чтобы рассказать брату о первом любовном опыте. – Как думаешь, что делает юношу – мужчиной? - Война! Сражения и битвы, боевые походы – пылко выпалил парень и в его взгляде засверкали яркие искорки. - Да… А ещё? - Путешествия, наверно… Ты к чему клонишь? Убба понял, что лучше будет сказать напрямик, хотя возможная реакция младшего его пугала. - Женщина. - Что? – Ивар покосился на брата. - Мужчина должен не только показать доблесть в битвах, но и познать любовь женщины. Вот я и… - Т-а-а-к, понятно! Ты хотел «осчастливить» своего братца-калеку. Да только ни одна из этих пустоголовых испуганных дурочек не согласилась лечь с увечным. И когда ты это понял, то решил меня не расстраивать и наврал про охоту, а? Прав я? Ну скажи, прав?!! - Почему ты сразу про испуганных дурочек, а? - Ха, все женщины глупы и трусливы. Или почти все. Так, я прав? Убба покачал головой. - Нет. Одна всё-таки согласилась. Думаю, для первого раза тебе одной вполне хватит. - Чего? – Ивар растерянно уставился на брата, а потом вдруг живо оглянулся по сторонам. Убба подметил это и низко опустил голову, силясь подавить усмешку. - Давно тебе пора братец испытать себя в особом сражении. - Ты издеваешься? Ну и где она? - Там – Убба кивнул в сторону двери, а Ивар закашлялся. - Тттам? За дверью, что ли, стоит? Подожди, мы тут уже уйму времени. Она… она всё это время здесь… – парень вдруг понизил голос и заговорил шепотом. - Чего ты там шепчешь, Ивар? Она нас не слышит! Можешь кричать, если пожелаешь! Помнишь, я ходил за дровами для очага… Так вот дрова я давно принес, а на самом деле привез её. Вот с тех пор, она там. - Убба… ты… Старший брат внезапно разразился заливистым смехом. - Что боишься, замерзнет? Я ей плащ свой отдал. Слушай, так я пойду, приведу её. - Уже?! А ты? Ты уйдешь? - Эмм… да, собирался. Полагаю, вы и вдвоем отлично справитесь. Неет, если хочешь, я могу остаться… Но это будет оче-е-е-нь странно. – Убба снова захохотал. - Пошёл ты! – Ивар побагровел, услышав над головой смех брата. В этот момент он почти что ненавидел Уббу, который, словно, откровенно насмехался над ним. - Передумал? Как знаешь. - Кто она? Рабыня, служанка или торговка? - Мимо. Она не рабыня, не служанка и не торговка. - А кто тогда? - Ивар, слушай. Узнай у неё сам. Не намереваюсь я тут всю ночь торчать! – Убба развернулся и направился к двери. - Убба, постой. Она… Она знает какой я? - Да, знает. - И всё равно пришла? – недоверчиво спросил парень. - Да. Не все женщины глупые трусихи, эта, похоже, либо чересчур смелая, либо любопытная. Ивар… Пока я здесь, может хочешь о чем-то спросить? - О чем, например? - Ну-у-у… Как всё происходит? Что нужно делать? - Я знаю как всё происходит и что нужно делать. Без твоих советов обойдусь. - Тогда до завтра. Заберу тебя утром. Ивар, ещё кое-что, постарайся не испугать её. А если она захочет уйти, не удерживай. - Если пожелает, может уйти прямо сейчас. Принуждать не стану! – глухо произнес парень. Убба подходя к двери, взял было в руки боевой топор Ивара, но тот заметил и резко окликнул брата. - Оставь! - Ивар, этой ночью он тебе не понадобится (я надеюсь!). А женщин обычно пугает оружие… - Сказал, оставь! Мне так спокойней. - Как знаешь. Так, слушай и запоминай, я выхожу – она заходит! Не засни, пока ждешь, а то самое интересное пропустишь. Удачи, брат! Помочь раздеться? - Сам справлюсь. Да, проваливай ты уже! Убба рассмеялся и вышел из хижины. Неподалеку он увидел женскую фигурку. Это была Тэа. ***** Тэа тоже заметила, как дверь хижины отворилась, и на пороге показался силуэт мужчины. Спустя пару мгновений к ней подошел Убба. - Пора? - Да, я ему всё рассказал. Он тебя ждет. Можешь идти. - Хорошо. Убба подметил, что Тэа вела себя отстраненно. Не ровен час, ещё разревется и как на это отреагирует Ивар?! - Тэа, слушай, я там эль принес. Рядом с дверью, на столе бутыль стоит. - Эль? Это ещё для чего? – женщина удивленно взглянула на Уббу. - Ивару для храбрости, тебе… для настроения. - Я после рождения Ульриха почти не пью эль. Он чересчур крепкий. - Значит, не особо прикладывайся к бутылке. Замыслишь Ивара споить – не выйдет, он сразу заметит, и тебе же будет хуже. - Не собиралась я его спаивать, что за глупости. Убба вдруг коснулся руки Тэа. - Вот ещё что, Тэа. Если что-то произойдет между вами, такое что тебя напугает или встревожит… Беги! Вырывайся и беги. Я буду неподалеку, видишь тот дуб. Беги к нему, я помогу. Тэа встревожено посмотрела на мужчину. - Убба, ты меня пугаешь. Я ещё и на порог не ступила, а ты уже говоришь мне - Беги… Ты и правда считаешь, что он способен на … - Не знаю! Надеюсь, что нет – перебил её Убба – Всё будет хорошо, Тэа. Ты смелая, спасибо тебе! Неожиданно мужчина взял в свои руки ладони Тэа и нежно их поцеловал. Женщина вздрогнула. - Не надо… Убба. Рано благодарить. Пойду. Смотря вслед молодой женщине решительно направлявшейся в сторону хижины, Убба вздохнул. Этой ночью он не сомкнет глаз. ***** Дверь резко скрипнула и закрылась, впуская гостью. На миг женщина остановилась, зажмурившись от слепящего света свечей. Она не ожидала, что в хижине будет так светло. Тэа сняла плащ, быстро огляделась и почти сразу встретилась взглядом с Иваром. Он сидел прямо напротив слегка скрестив руки на груди. Тэа ожидала увидеть здесь юного смущенного паренька, а перед ней оказался молодой мужчина. Загорелая бронзовая кожа, сильные, мускулистые руки, густые волнистые волосы, падающие на лоб и пронзительный взгляд. Таких глаз ярко-синих, искрящихся, словно лёд под солнцем Тэа ещё никогда не видела. Она замерла потому что взгляд, направленный на неё, казалось, пронзал насквозь и был очень суровым. *Не бойся его! Помни о сыне!* Тэа выдохнула и шагнула навстречу Ивару. - Знаешь, кто я? – вместо приветствия произнес он. Голос звучал глухо, женщине на миг показалось, что Ивар специально говорит с ней таким тоном – надменно-отрешенным. - Да, ты Ивар… - словечко «Бескостный» едва не сорвалось с губ, но она вовремя удержалась. В голове громом звучали слова Илве: «Запомни, Тэа, никому не нравится, когда его дразнят и обижают!», - Ивар, сын Рагнара Лодброка. Ивар едва заметно кивнул. - А ты? - Меня зовут Тэа. - Тэа. Подарок Богов… – тихо пробормотал парень, но женщина не расслышала его слов. - Почему ты пришла ко мне, Тэа. - Меня просил об этом твой брат. – Тэа поняла что Ивару бесполезно врать, но и всей правды о себе она в этот раз говорить не станет. Хватит и того, что она сдуру уже разболтала Уббе. - Вот значит как… Не стоит тянуть время. Мой брат хочет, чтобы я провел с тобой ночь. Пусть будет так. Давай быстрей покончим с этим… и ты будешь свободна. Тэа вздрогнула. Так быстро! Что ж, может и к лучшему, пусть это уже случится… Руки женщины предательски дрожали, когда она начала развязывать тесемки корсета. Никак не удавалось унять волнение и справиться с такими привычными движениями. Краска заливала щеки, Тэа неожиданно вспомнила, что последним мужчиной с которым она делила постель, был её муж – Харольд. *О, как же ей теперь взглянуть в глаза их сыну? Зачем она согласилась? Нужно было бежать куда глаза глядят! Может быть, у неё получилось бы сбежать с Ульрихом далеко-далеко…* Когда Тэа подняла глаза, то увидела, что Ивар был уже голым по пояс и сосредоточенно развязывал ремни, опоясывающие ноги. Она застыла, увидев, его увечные сухие ноги, и не смогла отвести от них взгляд, пока не услышала насмешливый голос. - Чего-то иного ожидала? Тэа запоздало поняла, что Ивар успел снять не только ремни… И теперь она смотрит слишком пристально. Вид мужской наготы немного смутил, но она решила не подавать виду. - Мне отвернутся? - Нет, отчего же. Гляди. Скажи, каково это смотреть на калеку? Страшно или гадко? – парню нравилось её смущение. Тэа выпрямилась и стараясь теперь смотреть Ивару прямо в лицо, тихо произнесла. - Я вижу мужчину, а не калеку! Ивар смешался от этих слов и не сразу нашел что ответить. - Почему же ты не раздеваешься? - Завязки очень тугие. Ты мог бы помочь? - Иди. Тэа шагнула к постели. - Наклонись. Женщина чуть подалась вперед и почувствовала как Ивар коснулся её и весьма быстро справился с тесемками на корсете. - Спасибо, дальше я сама. – она снова отступила. - А можно погасить пару свечей? - С чего бы? Неприятно смотреть на меня? - Нет, свет очень яркий, режет глаза. Ивар вздохнул. - Ладно. Погашу те, до которых дотянусь. Похоже, Убба перестарался. Он задул три-четыре свечи, стоявшие рядом с подстилкой. В хижине воцарился приятный полумрак, и Тэа стало немного спокойней. Она сняла корсет и юбку. - Могу я остаться в рубашке? - ей отчаянно хотелось сохранить на своем теле эту преграду, хоть чуть-чуть защищавшую её от чужих прикосновений. - Что? - Можно не снимать её… - Как хочешь! Мне всё равно. Слушай поторопись … - Да, прости. Тэа подошла и легла рядом с Иваром с осторожностью человека, который лезет в колючие кусты ежевики. Парень повернулся к ней и приподнялся. Тэа всеми силами пыталась успокоиться, но её била дрожь. - Что это с тобой? Вся дрожишь? Замерзла? - Нет, всё хорошо, сейчас пройдет. Ничего страшного. - Готова? – почти прорычал Ивар, одним рывком подминая под себя хрупкое женское тело. Тэа зажмурилась на секунду и задержала дыхание, а в голове ярким всполохом промелькнуло: «Вот и всё!»