3.
13 января 2018 г., 06:48
Несмотря на ранний утренний час, уже было достаточно жарко и к полудню жара обещала стать невыносимой. Лето выдалось засушливым. Итачи сидел за своим столом и смотрел в окно на Саске, который сидел на террасе в тени дерева и читал книгу. Вчера ему исполнилось 17 лет.
Остался последний год… Но не для Итачи, он уже все решил. Это лето, которое будто пыталось расплавить Коноху, станет для него последним.
Саске все ещё заложник Скрытого Листа только из-за него. Без шарингана брат не представляет интереса для Данзо, его навыки шиноби остались на том же уровне, что и в 12 лет, а может, стали даже хуже без тренировок. И в этом Итачи также винил себя.
Через пару месяцев после вынесения решения судом, Саске ушёл на озеро, в надежде, что за ним не будут следить, и тренировал дзюцу «огненный шар». Но на следующий же день пришёл Хокаге и предостерёг Саске от дальнейших нарушений, сказав, что в следующий раз Итачи понесёт за это ответственность, как его опекун. После этого мальчик оставил попытки обойти запрет.
И если раньше у Итачи была надежда, что Сарутоби отменит решение и помилует их досрочно, когда шумиха вокруг убийства клана Учиха уляжется, так как оно было достаточно мягким и, по большей части, было направлено на то, чтобы успокоить опасения Совета, что парень сразу же понял. То сейчас этой надежды уже не было. Потому что Сарутоби угораздило помереть, а Цунаде, вставшая во главе Конохи после него, прислушивалась к мнению Данзо, и хотя на суде тот был за то, чтобы их с братом отпустили, старый лис прекрасно понимал, что Совет будет против этого. Он просто проявил мнимую показную заботу о своём бывшем теперь уже подчиненном.
Сейчас в Совете те же самые старики, которые видят в Итачи серьезную угрозу для деревни, но всем уже наплевать, чей приказ он выполнял в ту ночь. Цунаде примет то решение, которое озвучит Данзо. Только благодаря той отсрочке до вынесения приговора, Итачи все ещё жив, а также благодаря тому, что после смерти Сарутоби, они ни разу не нарушили предписания и Данзо было не к чему придраться.
Поэтому нет смысла мучить Саске ещё один год, и как только пройдёт зима, которую Итачи очень любил и хотел позволить себе в последний раз насладиться ею, он убьёт себя, тем самым освободив Саске, который сможет покинуть деревню.
Старший Учиха размышлял о том, что за эти годы мало что изменилось. Первое время постоянное присутствие агентов АНБУ, которые контролировали исполнение предписаний, напрягало обоих братьев, но через год они перестали обращать внимание на своих надзирателей. К тому же последние старались, чтобы их присутствие не мозолило глаза хозяевам дома, с некоторыми у Итачи и Саске даже сложились доброжелательно-вежливые отношения.
Итачи больше не ходил на миссии за пределы Конохи, но получал поручения в пределах деревни, ему даже платили за это. Деньги он откладывал для Саске, он не сомневался, что брат уйдёт из Конохи, когда все закончится.
Хотя кое-что все же изменилось. Его чувства к младшему брату. Нет, он не перестал любить его, наверное даже стал любить ещё больше, просто однажды он начал осознавать, что испытывает влечение к Саске.
Да, Итачи понимал, что это не допустимо, но даже сейчас он жадно рассматривал брата, пока тот не видит. Стройная спортивная фигура, - мальчик много занимался спортом, пытаясь компенсировать запрет на тренировки шиноби. Достаточно высокий рост, он был всего на пол головы ниже старшего брата. Густые непослушные чёрные волосы падали на лоб, красивый правильный профиль его лица, склонившегося над книгой, густые чёрные брови с легким изломом, большие чёрные глаза в обрамлении пушистых ресниц, бледные губы, чуть более пухлые, чем у самого Итачи.
Саске… как же он хотел целовать эти губы, ласкать это тело, чувствовать гладкость его бледной кожи, упругость мышц, слышать сбившееся от страсти дыхание…
Но этого не произойдёт никогда, он не допустит, чтобы брат догадался о его тайных желаниях. Он никогда не совершал действий, которые могли дать Саске понять, что старший брат относится к нему не совсем по-братски. За исключением случая, который произошёл неделю назад и после которого его мальчик заливается краской до кончиков ушей, стоит ему встретиться с Итачи взглядом. Хотя последний так и не понял, что он сделал не так, где прокололся, сколько бы раз не вспоминал тот вечер.
В тот день был такой же удушающий зной, с наступлением темноты легче не стало, одежда неприятно липла к телу, жара давила на виски. Итачи захотелось искупаться в озере, он так давно этого не делал, в последний раз ещё в детстве.
Брат также, как сейчас, сидел на террасе и читал в свете, который падал из окна. Итачи спросил его, не хочет ли он прогуляться до озера, Саске отложил книгу и вышел из дома вслед за ним.
Итачи немного удивило, что брат плетётся сзади на расстоянии, но он списал это на усталость от жары. Уже когда Итачи прыгнул в озеро и проплыл небольшой круг, он заметил, что Саске стоит у начала пирса как вкопанный. Он спросил, не случилось ли чего, мальчик ответил, что все в порядке, подошёл и сел на самый край, опустив босые ноги в воду.
Озеро значительно обмелело из-за сухой погоды, поэтому возле пирса вода едва доставала Итачи до груди, когда он стоял на дне в полный рост.
Саске выглядел слишком напряженным, и Итачи не удержался, он подошёл в плотную к брату и сказал «Саске, наклонись ко мне, мне нужно кое-что тебе сказать…». В глазах мальчика загорел неподдельный интерес, он подался вперёд, Итачи взял его за локоть левой рукой и притянул ещё ближе к себе, прошептав почти в самое ухо: «я хотел сказать тебе, что ты глупый маленький брат», щёлкнув его двумя пальцами правой руки по лбу, как обычно делал в детстве, от неожиданности Саске зажмурился и в эту секунду Итачи сдернул его за руку в воду.
Как же мило он выглядел, когда вынырнул с этим обиженным выражением лица. Итачи, не сдержав улыбки, убрал рукой мокрые пряди волос, прилипшие ко лбу брата, в этот момент со стороны кустов послышался шорох. Да, разумеется, за ними следили и здесь, и сейчас. На короткое время Итачи забыл об этом. Он недовольно поморщился и вылез из воды. Уже одевшись, он заметил, что брат снова залипает в одну точку, на другой стороне озера, также, как десять минут назад залипал стоя у пирса. «Саске, ты идёшь?» - тихо позвал Итачи.
Мальчик очень медленно повернул голову, после чего вылез на берег и они молча пошли домой, где Саске сразу же лёг спать.
Так что же было не так? Может не стоило раздеваться до гола прежде, чем прыгнуть в воду? Но в этом нет ничего такого, они оба парни, это нормально, когда мужчины ходят в баню голыми, к тому же у озера было темно. Может стоит спросить его об этом прямо? А вдруг он ответит: «Ты смотришь на меня так, будто трахнуть собираешься». Что делать тогда? Соврать и сказать, что ему показалось, потому что он глупый маленький брат, будет как-то подло.
За этими мыслями Итачи даже не заметил, что Саске не листает свою книгу.
….
С утра Саске решил почитать. Он начал много читать после того, как стал фактически пленником в собственном доме, это помогало ему отвлечься. Но от страха перед будущим, которое неумолимо приближалось, его не могло избавить ничто.
Мальчик каждый день думал о том, что терпеливо ждать даты икс не стоит. Его день рождения, который он категорически отказался отмечать, стал точкой, от которой пошёл финальный отсчёт. Нужно было что-то делать и единственным выходом Саске находил побег. Но как поговорить об этом с братом, если за ними постоянно следят?
Саске прекрасно понимал, что их держат до сих пор здесь только из-за Итачи, как бы это не было обидно, но сам он на сегодняшний день никакой ценности или опасности не представлял.
А также покоя мальчику не давало событие недельной давности, после которого он никак не мог успокоиться…
В тот день он также читал на террасе, разве что сидел ближе к окну, вдруг брат окликнул его и предложил пойти к озеру. Это немного удивило Саске, но он отложил книгу и пошёл за братом. Уже стемнело, но было почти также жарко, как и днём. Он специально отстал от Итачи, ему нравилось смотреть на брата, нравилась его природная грация, гибкое стройное тело, легкие неслышные шаги. Саске казалось, что по сравнению с братом, он жутко неуклюж и неказист.
В принципе, Саске с детства находил Итачи очень красивым, но по мере взросления у него начали появляться странные мысли, которые он считал грязными и порочащими чистый образ старшего брата.
Так однажды, он нашёл в домашней библиотеке книжку, какой-то дешевый роман, в котором были описаны довольно откровенные сцены.
На одной из этих сцен, Саске представил, как брат обнимает его, совершенно раздетого, со спины, как тонкие изящные пальцы почти невесомо гладят его по животу, медленно опускаясь вниз, а затем нежно сжимают его напряженную плоть.
Мальчику было очень стыдно за такие фантазии, ещё более стыдно было за то, что он возбудился от этих мыслей, и он зашвырнул мерзкую книжонку подальше.
Эти воспоминания заставили Саске покраснеть, но то, что произошло дальше, заставило его щеки гореть ярче пламени, и мальчик мысленно благодарил темноту, за то, что брат не заметил этого.
Итачи подошёл к краю деревянного пирса, снял футболку, распустил собранные в хвост длинные чёрные волосы, которые шелком рассыпались по белоснежным плечам и прямой спине, а затем снял с себя штаны вместе с нижним бельём. И прыгнул в воду.
При виде брата без одежды у Саске чуть кровь носом не пошла, он как вкопанный встал у начала пирса, глядя на сброшенную одежду брата. Итачи спросил его, все ли в порядке, Саске с трудом выговорил, что все хорошо, на негнущихся ногах подошёл к краю пирса и сел на него, опустив ноги в воду. Брат подошёл к нему в плотную, в этот момент Саске было трудно даже дышать, он смотрел, как капли воды стекают по коже брата, на его небольшие соски, напрягшиеся от пребывания в прохладной воде.
Итачи очень тихо сказал: «Саске, наклонись ко мне, мне нужно кое-что тебе сказать…», мальчик подумал, что они пришли сюда для того чтобы обсудить, что им делать дальше, возможно брат тоже думает о побеге, поэтому он наклонился ниже, при этом почувствовал, как Итачи крепко сжал его руку в районе локтя, его горячий шёпот опалил ухо и шею Саске, по коже побежали мурашки... Он даже не сразу понял, смысл сказанных братом слов: «я хотел сказать тебе, что ты глупый маленький брат…», поэтому щелчок по лбу был крайне неожиданным, мальчик зажмурился, в тот же момент Итачи одним сильным рывком сдернул его с пирса в воду.
Когда Саске вынырнул ему было немного обидно, брат поступил с ним, как с ребенком. Но когда Итачи, улыбнувшись, провёл рукой по его лбу, его сердце забилось чаще и обида сразу забылась. Затем он понял, что Итачи собрался выйти из воды и отвернулся в другую сторону, чтобы не видеть его обнаженным ниже пояса, щеки вновь горели огнём.
К счастью, брат был полностью одет, когда Саске с опаской обернулся к нему. Путь до дома он прошёл на автомате и сразу лёг спать.
После этого случая Саске не мог прекратить думать о том, не было ли в действиях Итачи скрытого подтекста. И хотя здравый смысл говорил, что ничего такого в том, что парень разделся перед парнем ночью, в темноте нет, Саске заливался краской каждый раз, когда встречался взглядом с братом, понимая, что хотел бы чтобы в его действиях был этот скрытый подтекст…
