A16AA01

Оба к вечеру устали — Майкрофт вернулся откуда-то с Ближнего Востока, мрачный и недовольный; Лестрейд умудрился за день раскрыть по горячим следам убийство. Холмс-старший похитил своего инспектора почти у самого управления и повёз домой, а буквально через десять минут, после того как они успели переодеться, в дверь позвонили и привезли ужин. Завтра день предполагался полегче, а потом вообще наступали выходные, и если родина не пошлёт Майкрофта к каким-нибудь арабам, которые в последнее время как с цепи все сорвались, то можно было рассчитывать на то, чтобы нормально побыть вместе. Грег успел соскучиться. Вместе они были почти год — все успели привыкнуть, включая Шерлока, однажды узревшего брата в растянутой футболке, джинсах и тапочках, выходящим из спальни инспектора. Шерлок сложил ладони под подбородком, минуту отстранённо рассматривал брата, а тот — его. Потом младший Холмс спохватился, скороговоркой выпалил инспектору всё, что собирался, сунул ему конверт с фотографиями и вылетел за дверь. — Благословил, — с неподражаемой ухмылкой протянул Майкрофт. Итак, они коротали вечер: Грегори с газетой на диване, Майкрофт с ноутом за столом. — Посмотри, пожалуйста, как тебе это? Холмс взял ноут и перенёс его на журнальный столик у дивана. Приподнявшись на локте, Грег взглянул на рекламные фотографии квартиры. — Забавное окно — на углу, а там и балкон есть? — Думаю, что это лоджия. — Майкрофт показал следующее фото. — Ничего квартира, только жить в ней невозможно. — Почему? — Во всяком случае, мне невозможно —окна во всю стену, даже на две стены, и веранда эта, а сверху балконы — это лежу я в шезлонге на веранде, — весело усмехнулся он, — а на меня сверху — сколько там? — пять этажей таращатся. — Пять этажей смотрят на тебя? Ты прав — это слишком, — улыбнулся Майкрофт, — но в квартирах с балконами такая же планировка, а на окнах предполагаются жалюзи или портьеры. — Всё равно, я буду знать, что они огромные, и что там балкон. Я боюсь балконов. — Ты шутишь? — Нет, не шучу. Я не могу жить выше четвёртого этажа и боюсь балконов. — А как тебе вот это? — Майкрофт защёлкал мышью. — Ванную комнату сняли хорошо, — хмыкнул Грег, — пара ракурсов гостиной тоже ничего, но вот адрес подкачал — совсем рядом с Шерлоком. Риджентс-парк — О, чёрт! Нет уж, лучше вообще на другом берегу Темзы. — Ты решил жильё сменить? — с подозрением спросил Грегори. — Я подумал и решил, что нам надо сменить жильё. Лестрейд почесал бровь. — Ты живёшь практически у меня, да и то приходишь только вечером, а если мы оба днём дома, ты меня вечно куда-то таскаешь — ну, не таскаешь, не сердись, но и дома мы почти не сидим. Тебя не устраивает эта квартира? — Не совсем. — Ну, извини, ничем не могу помочь. — Грегори, я не всегда прихожу сюда, иногда я еду к себе и работаю там — мне необходим кабинет, моя собственная территория. — Вот ты и ездишь к себе, работаешь, и я тебе не мешаю, — начал кипятиться Лестрейд, прекрасно зная, чем всё закончится. Он смирился со своим лечением, смирился с тем, что Майкрофт, раз уж живёт с ним, взял на себя часть расходов, но покупка недвижимости практически в одно лицо — это уже слишком. А его, значит, пригласят там жить. Майкрофт передвинулся на диване и вкрадчиво стал поглаживать инспектора по спине. Шея у него заметно покраснела. — Но ведь это твоя собственность, кажется, в отличие от моей служебной квартиры. Так что это я по сути бездомный. Если для тебя так принципиально важен вопрос денег, то ты можешь продать квартиру и войти в долю, и мы оформим это соответствующим образом. У Грегори появилось чувство, что Майкрофт просто пропускает какие-то пункты, которые, как он считал, должны были быть и так понятны. — Прости, на правах кого ты меня собираешься брать в долю? — На правах су… супруга, — пробормотал Холмс. Лестрейд покатился со смеху, откинувшись на подушку. Он смеялся только по той причине, что это, наверное, было самое холмсовское предложение руки и сердца, к тому же он никогда не думал оказаться в роли «невесты». Майкрофт покраснел ещё больше, убрал руку, отключил ноут, закрыл его, потом забрал его и ушёл в спальню. — Да подожди! — Лестрейд покачал головой и выдохнул. Он поднялся и пошёл за Майкрофтом. Тот уже упаковал ноут и вынимал из шкафа костюм в чехле — эти чехлы долго бесили Грега, но потом он к ним привык. — Майкрофт, не лезь в бутылку, ты чего? Тот молчал. И как это понимать? Из-за такой мелочи устраивать сцены? Лестрейд терпеть не мог ссор, терпеть не мог выяснять отношения, и разве он недостаточно уступал и позволял Майкрофту делать с их жизнью всё, что тому взбредёт в голову? Не совсем всё, конечно, и его обычно ставили в известность — не важно, что порой минут за пять до свершившегося факта… Да и смеяться, конечно, не стоило. Майкрофт подошёл к вопросу вполне в своей манере. Нужно было явно соображать быстрее. Грег подошёл к нему и обнял со спины. Майкрофт застыл с вешалкой в руке. — Не обижайся. Ты же знаешь, что я тебя люблю. — Плечи расслабились. — Я смеялся на нервной почве — мне ещё ни разу не делали предложение. Майкрофт не был бы собой, если бы он не повесил сначала в шкаф костюм, а только потом повернулся к Грегу, обнимая в ответ. Он молчал, и Грег гладил его по спине, по затылку, по которому хотелось от души влепить. Что-то было ещё, помимо размолвки, чтобы Майкрофту изменило его самообладание. — Я так устал, — наконец он перестал играть в молчанку, — чёртов Каддафи. — Ну-ну, — Грег покачал его немного в объятиях. — Я не с того начал. Но я думал, что мы оба и так всё понимаем, и надо узаконить отношения, и жильё нужно общее, потому что у нас обоих работа предполагает определённый риск… Тут Лестрейд не выдержал, обхватил ладонями голову Майкрофта и посмотрел ему в глаза. — Заткнись! — прошептал он и впился в его рот до боли в губах. — Вот так, вот и хорошо, — прибавил он, когда Майкрофт немного обмяк. — Распаковывай ноут и пойдём смотреть, что там на рынке недвижимости. Только без огромных окон, не выше четвёртого этажа и не рядом с Шерлоком и Букингемским дворцом. Майкрофт только кивал, нервно улыбался, подозрительно блестя глазами, повергая этим Грега почти в паническое состояние, и отцепиться друг от друга было совершенно немыслимо. И ещё Грег сообразил наконец, что его невозможный будущий супруг может просто нагрузить кого-нибудь списком требований, и завтра у него будут телефоны риэлторских контор, куча адресов и машина, готовая возить по ним хоть все выходные. А он сидел и занимался поисками сам — это было неразумно, непрактично, и — страшно сказать — попахивало какой-то романтикой. И Грег думал об этом, улыбался, целовал опять побледневшую шею Майкрофта, на которой высыпали все веснушки разом.