In the void

«If you try you can see what lives inside me»*

      Резко приняв сидячее положение, Юна открыла глаза. Девушка тяжело дышала, ее лоб покрылся испариной. Она запустила руки в волосы, пытаясь отдышаться, затем потерла глаза и огляделась. Все в порядке. Это был просто очередной кошмар.       «Сколько я спала? В этом сером городе трудно понять, какое сейчас время суток… Будто живу в Сайлент Хилле**…» — подумала она, глядя в равнодушный пейзаж за окном. Небо было полностью затянуто тяжелыми тучами, сквозь которые едва пробивался свет, а вокруг были лишь такие же серые кирпичные здания, окутанные плотным туманом, подбирающимся с горизонта.       Девушка потянулась, встала с кровати и прислушалась к звукам, доносящимся из-за стены. Она прошла на кухню и увидела Виктора, сидящего за столом. Перед ним была разложена довольно внушительная коллекция оружия, а сам он занимался его разбором и чисткой. — Ты кричишь во сне, — не поднимая глаз, произнес он. — Правда? Прости, если разбудила. — Я не спал.       Девушка подошла ближе, встав напротив него, и наклонилась, вглядываясь в его лицо. Виктор не выглядел уставшим, однако под глазами явно вырисовывались синяки. — Не спал, говоришь… Целую неделю что ли? — Юна усмехнулась. — Не знаю… может быть.       Девушка обошла киллера, остановившись за его спиной и наблюдая. Он точно был абсолютно уникальным в своем роде. Она стояла и смотрела на него с нескрываемым любопытством. Движения его рук были быстрыми, четкими, выверенными. Рукава его рубашки были закатаны по локоть, и взору девушки открывались шрамы, покрывающие его кожу. Она знала, откуда они. Каждый в Готэме знал. Юна закусила губу, борясь с внезапно возникшим желанием прикоснуться к ним, но так и не смогла его перебороть. Медленно подавшись вперед, она протянула руку, осторожно касаясь одной из отметин на его предплечье… В следующее мгновение девушка уже оказалась прижата к стене, а к ее виску было приставлено холодное дуло оружия. — Ты все время ищешь неприятностей? — угрожающе прорычал он ей над ухом. Горячее дыхание обожгло ее кожу, а по телу пробежала волна мурашек. — Да нет, я просто сама — ходячая неприятность. Можешь спросить у любого, кто меня знает, — ответила Юна, широко и как-то по-детски улыбаясь. — Так почему бы мне просто не убить тебя прямо сейчас? — Я — не дура, Виктор. Я знаю, для чего я здесь. — Но все равно так просто пошла со мной… Ты же понимаешь, что все это в любой момент может плохо кончиться для тебя? — Мистер Фальконе, на моей памяти, никогда не славился убийствами женщин или детей. Впрочем, я осознаю все риски. Мне особо нечего терять, и у меня есть свои причины поступать так. — Не поделишься? — Наконец отпустив девушку, спросил Виктор, но едва та успела открыть рот, как их разговор прервал звонок телефона. Зсасз поднес к уху трубку, молча слушая, затем, отключившись, собрал со стола свой арсенал и направился к выходу. — Уходишь? — Юна непонимающе уставилась на его спину. — Нужно уладить некоторые дела, — обернувшись, ответил он, — Не пытайся свалить — мои люди остаются присматривать за тобой.       Дверь за киллером захлопнулась, оставляя девушку в одиночестве.       «И чем же мне себя занять?»       Она прошла к полке с книгами, медленно провела рукой по корешкам увесистых томов, изучая импровизированную библиотеку. Чего там только не было: от научной фантастики и до философских трактатов. Схватив первую же понравившуюся книгу, Юна поудобнее устроилась на диване и на несколько часов погрузилась в чтение. Она и не заметила, как пролетело время, пока живот предательски не заурчал, напоминая о том, что она ничего не ела со вчерашнего дня. Девушка поднялась и отправилась на кухню, однако, после тщательного изучения шкафчиков и холодильника, пришла к неутешительному выводу, что, вероятнее всего, ее ожидает голодная смерть. Юна нахмурилась. Хоть это и было иронично, но такой способ умереть ее никак не устраивал… И тут она вспомнила слова Виктора о том, что за ней все еще следят. Недолго думая, девушка подошла к входной двери и распахнула ее.

***

      Уже успела наступить ночь, когда Зсасз возвращался. Еще в холле ему стало понятно, что что-то не так: по коридору разносился приятный аромат чего-то сладкого, а из-за двери квартиры отчетливо были слышны голоса и заливистый смех. Открыв дверь, Виктор никак не ожидал увидеть то, что ждало его за ней. Юна сидела за обеденным столом, а напротив нее расположилась одна из его девочек. Они оживленно болтали о чем-то и… хихикали, как школьницы на пижамной вечеринке. — Какого..? — О, ты вернулся! — Юна обернулась, а ее новая знакомая подскочила, чуть не упав со стула. — Привет, босс! И-и-и… пока, босс! — Она помахала Юне рукой и быстро пробежала, скрывшись за дверью. Виктор уставился на оставшуюся за столом девушку в ожидании объяснений. — Что?! Я ужасно проголодалась, а у тебя совсем не было еды, — обиженно сказала она, вставая и подходя к плите, — Ну я и вспомнила, что ты говорил перед уходом, и подумала, что раз уж за мной кто-то присматривает, можно попросить их хотя бы принести поесть. В общем, мы как-то разговорились… Знаешь, твои девочки довольно милые. С ними весело. — Сказала девушка, растянув губы в улыбке, — Кстати, на ужин ты не успел, но для десерта — как раз вовремя.       Юна открыла духовку, доставая оттуда противень с ароматным свежеиспеченным печеньем. — Пахнет вкусно… — Угощайся, — девушка вновь широко улыбнулась, глядя киллеру в глаза, и поставила печеньки на стол. Виктор хмыкнул и, ухватив горсть печенья, устроился на диване. — Так значит, в перерывах между попытками суицида и убийством людей ты еще и кондитер? — усмехнулся он. Девушка коротко рассмеялась в ответ, но в следующее мгновение ее лицо вновь стало серьезным. — Ты же знаешь, что Сал — не мой настоящий отец. Я не многое помню о своих родителях… лишь то, что мне рассказывали, в основном. У моей матери был ресторан. Она всегда любила готовить. Вероятно, поэтому я и решила освоить это дело. А тот человек, которого я убила… не знаю… это было впервые. И… я не пыталась покончить с собой. — Так почему ты сбежала? Не самое подходящее время для подобных выходок, надо отметить.       Девушка опустила глаза, а ее ладони непроизвольно сжались в кулаки, но она продолжила все тем же спокойным голосом. — В тот день, двадцать лет назад, мамин ресторан сгорел дотла. Родители были внутри. Это был несчастный случай… так все говорили. Но мысль об их смерти не давала мне покоя с тех пор, как я узнала, что они больше не вернутся ко мне. И чем старше я становилась, тем больше понимала, что тут что-то не сходится. Это сводило с ума… Я никому не рассказывала об этом, сама же в тайне пыталась найти хоть что-то, любую информацию, что угодно, что помогло бы мне докопаться до правды. У меня ушли годы, но в итоге мне все же удалось все выяснить. Это не был никакой несчастный случай. Их убили. И их убил тот, кому они доверяли. Тот, кому доверяла я. — И что ты в итоге делала на том мосту?       Юна вздохнула, пройдя вперед, и упала на диван рядом с Виктором, поджав под себя ноги и опустив голову на мягкую подушку. — Говорю же, я не пыталась убить себя. То есть… конечно, я думала об этом, но… Знаешь, когда в твоей жизни не остается ничего и никого, начинаешь смотреть на вещи иначе. Это по-своему освобождает. Но тогда, стоя на перилах моста, я действительно задумалась о том, как прожила свою жизнь, наполненную лишь ложью, и что мне делать с ней дальше? Стоит ли вообще продолжать? Был ли какой-то смысл? И знаешь, я поняла — его нет. Никогда не было. И дело даже не в том, что произошло. Просто мир так устроен. Котята, милые щеночки, вкусняшки на Рождество, любимая музыка, ты, я, все вокруг — лишь пустая форма, ничего не меняющая в сути вещей. Любая жизнь лишена смысла с самого начала, потому что итог всегда один. Но если никакого смысла нет, то лишить себя жизни было бы еще более бессмысленным поступком. Чем бы я стала после смерти? Набором страхов и вопросов, так и оставшихся без ответа? Или же я могу стать коллекцией настоящего опыта? Разумеется, можно покончить с собой и освободиться от всего, но… я поняла, что, по сути, я и так свободна. Тогда я будто родилась заново. Родилась в тот момент, когда оставила любую надежду…       Еще на середине рассказа глаза девушки начали слипаться. На улице уже давным-давно стемнело, и рассвет был не за горами. За всей дневной суетой, новым знакомством и разговорами время пролетело совершенно незаметно. Юна прикрыла глаза, разговаривая все тише, и не заметила, как заснула. Не заметила она и внимательного взгляда Виктора, слушающего ее рассказ.       Когда Юна отключилась, он на некоторое время задумался обо всем, что она говорила. Последние годы он видел всех людей лишь ходячими мертвецами, но эта дурная девчонка, которая то ведет себя как ребенок, то становится совершенно хладнокровной, сейчас вдруг показалась ему живее всех живых. Виктор поднялся, еще раз взглянув на нее, затем, на секунду замявшись, вздохнул, аккуратно поднял ее на руки и отнес в кровать. ______________________________________________________ * Slot — Dead stars ** Сайлент Хилл — вымышленный покинутый город из вселенной серии игр Silent Hill. «Туманный» город, образ которого примерно един для всех игр серии, выглядит как покинутый, брошенный людьми. Он накрыт плотным слоем тумана, сквозь который видны только ближайшие здания.