Перерождение в квадрате

— Ну, где эта аловолосая тварь? — разгневанно спросил Футаро, но, наткнувшись на мой взгляд, полный ненависти, пролепетал извинения и скрылся на кухне. Я бы заступился за брата, однако понимал всю его ярость. Не каждому захочется проходить через подобное. На пятнадцать лет застрять в теле женщины по его вине это слишком. Я попытался собрать мысли в кучу и подготовиться к продолжению разговора, но у Мадары были явно другие планы. Он положил одну руку на спину, а второй медленно прошёлся по груди, собираясь продолжить своё дело. Я раздражённо зарычал и легко ударил его по щеке, отчего он удивлённо посмотрел на меня. — Мы же успеем. — неуверенно сказал он. — Я что, по-твоему, скорострел? — разгневанно спросил я. — Минут пять, и он снова очнётся, хотя… Иди сюда. Мадара радостно уселся мне на колени, не подозревая, что я просто хочу его помучить. Я ещё не закончил. Медленно провёл языком по бледной щеке и нежно накрыл его губы своими. Невинный поцелуй постепенно переростал в чувственный и глубокий, но я всё ещё контролировал своё тело. Я знал, что сейчас он сходит с ума и не может ничего сделать. Слишком долго Мадара не чувствовал меня так близко, а я изысканно мстил ему за те двадцать лет, которые прожил без него. Минато снова зашевелился на полу и тихо вздохнул. Я ждал именно этого. Я вовремя оторвался от таких желанных губ и согнал его с колен. Его сердце бешено билось в груди, всё тело дрожало от напряжения, но он снова не получил того, чего хотел. Разочарованно застонав, он медленно встал и вышел из гостиной, видимо, обидившись на меня. Минато принял сидячее положение и страдальчески посмотрел на меня. — Наруто, расскажи всё, пожалуйста. — тихо попросил он, но эта просьба явно далась ему с трудом. Я вздохнул и начал рассказ, вспоминая тот день, с которого моя жизнь полностью изменилась. ***** Я быстро шёл по пустым улицам. Солнце только начало выходить из-за горизонта, поэтому почти все люди в деревне ещё спали. На улице было прохладно, что позволило мне быстро привести мысли в порядок. И зачем я понадобился им в такую рань, спрашивается? Почему я не могу нормально выспаться хотя бы раз в неделю? Наруто сделай то, Наруто сделай это. И ведь не откажешь, такой я человек. — Неужели, Господин, вас тоже подняли в такую рань? — сонным голосом спросил Чикаро. Я оглянулся и увидел своего друга. Его ярко-алые волосы были растрёпаны, а взгляд был рассеянным. Видимо, он даже не успел одеться, так как быстро застёгивал пуговицы на помятой чёрной рубашке. — Сколько раз я просил тебя называть меня просто по имени? — устало спросил я. — Ладно-ладно, я понял. — он зевнул и поровнялся со мной. — Похоже, что собирают Мастеров. Нечасто такое случается. — Тебя-то и Мастером назвать сложно. — я фыркнул, и этого хватило, чтобы он наконец проснулся и с возмущением накинулся на меня. — А сам-то. — его негодованию не было предела. — Стал Мастером в шестнадцать и решил, что ты здесь главный. Мне всего-то двадцать лет. Да, я получил это звание всего пару месяцев назад, но получил же, и ты… — Ты ещё не дорос спорить со мной. У тебя между ног всего-то и выросло длинной в количество прожитых тобой лет. — высокомерно произнёс я, и Чикаро гордо вскинул голову. — В миллиметрах. — язвительно закончил я, отчего он вспыхнул и остановился. Я внимательно посмотрел на него, а потом произошло то, чего я никак не ожидал. Желая доказать мне, что у него с достоинством всё более чем в порядке, Каро стянул с себя чёрные свободные штаны вместе с трусами и самодовольно посмотрел на меня. Я пережил подобное вполне спокойно и вернулся к своему обычному состоянию. — Не впечатляет. — безразлично константировал я, заставив его правый глаз нервно задёргаться. — Передо мной мои соклановцы ещё никогда подобного не вытворяли, но, может, тебе стоит одеться, пока тебя никто кроме меня не видел? — Как будто ты очень много видел? — недовольно пробурчал он, смутившись, и наконец вернул штаны на место, только сейчас понимая, что он сделал. — Много и видел, и пробовал. — я усмехнулся. — Но всё это не то. Чикаро громко хмыкнул, прошёл несколько метров и с грохотом рухнул на дорогу, от души поцеловавшись с землёй. Я недоумённо приподнял брови и, дёрнув его за волосы, вернул в вертикальное положение, а после начал громко смеяться. Он возмущённо взглянул на меня и со всей силы пнул камень, об который споткнулся. Больше он ничего не сказал, но я мог только предположить где этот камень приземлится. Громкий очень знакомый крик заставил нас подпрыгнуть на месте от неожиданности. — Он убьёт меня. — обречённым голосом прошептал Чикаро, а я лишь фыркнул. Так повезти могло только Чикаро. В Узушио дороги всегда идеально ровные, и камни встречаются крайне редко именно по этой причине. Нет чтобы этот камень после броска улетел куда-нибудь в море или лес, или просто в место, где нет людей, но такого в нашей деревне не бывает. Камни всегда прилетали как-будто точно по адресу, даже специально проверяли. Чикаро больше всего был зол на моего дядю Хоши, который был главой деревни и, по совместительству, тем несчастным человеком, который посмел поднять нас так рано. Вот он и получил «долгожданную посылку». К тому же, каждый такой «получатель» точно знал, откого прилетел «подарок», на котором были ещё и «очень хорошие» пожелания, поэтому Чикаро мог лишь надеяться, что эти самые «хорошие пожелания» были написаны не в матерной форме. Мне тоже часто прилетало по затылку, особенно, когда я был очень маленьким и любил доводить окружающих меня людей до нервного тика, но, стоило мне наконец взяться за серьёзные печати, как я быстро разработал технику, служащую камнеотводом. Что только не делали члены семьи и немногочисленные друзья для того, чтобы узнать, как побороть проклятие деревни, но на меня ничего не действовало. Ежедневный камнепад прекратился двенадцать лет назад, когда все камни были сброшены на дно моря. Но разве это поможет? Камни явно не были согласны с таким решением проблемы и непонятным образом возвращались на дороги. А ещё я родился блондином. Вроде бы, что в этом такого? Но мои родители были настоящими Алыми Воинами и гордились своими кровавыми волосами. Я был белой, вернее, блондинистой вороной среди множества аловолосых шиноби. Лет до шести у меня совершенно не было друзей. Меня сторонились, потому что считали, что я болен какой-то жуткой болезнью. Большое количество чакры скапливалось именно в волосах, что и придавало им такой странный пугающий цвет, а я был не таким. Когда мне было шесть лет, родители сильно поссорились. Отец отказался считать меня сыном и поставил её перед выбором: либо он, либо я. И мама выбрала его, оставив меня в доме дяди Хоши. Я не мог понять, почему всё так получилось, однако я плакал недолго. Дядя начал учить меня искусству печатей, что меня сильно увлекло, и я решил доказать, что тоже могу стать Мастером Печатей. За это время я очень хорошо сдружился с Реем, который был моим двоюродным братом. Он был на четыре года младше и был всегда очень серьёзным и добрым человеком. Сейчас мне тридцать, я уже давно живу отдельно, и, к этому времени, я не только стал Мастером Печатей, но и имел прекрасную физическую подготовку, хорошо управлялся с водой и ветром, умел создавать оружие, а также владел базовыми навыками медицины. Меня стали уважать, но только на виду у дяди и брата. В остальное же время они страшно завидовали и кривились каждый раз, когда видели меня. Как же это раздражало. Я хотел жить спокойно, но это уже кажется несбыточной мечтой. — Нару! — меня крепко обхватили смуглые сильные руки. Я вздохнул, хватая брата за плечи и отцепляя от себя. Рей радостно улыбался, пытаясь скрыть недовольство. На нём был его любимый костюм, состоящий из белой свободной майки с рукавом до локтя и тёмно-синих свободных штанов. — Почему так долго? — недоумённо спросил он и хитро прищурился, бросив на Чикаро быстрый взгляд. — Отец уже заждался. Чикаро дёрнулся и громко сглотнул, но понимал, что сбежать не удасться. — Пошли уже. — недовольно бросил я и вошёл в большой двухэтажный светлый дом. Мы прошли в просторный кабинет, где уже сидели все Мастера. Вернее, примерно треть. Дядя Хоши, который вовсе не выглядел на свой настоящий возраст, сидел за большим широким столом, на котором лежала стопка бумаг, одну из которых он держал в руке. Время от времени он тёр затылок и неприятно морщился. Он был так зол, что даже не сразу нас заметил, а, когда всё-таки обратил на нас внимание, метнул в Чикаро разгневанный взгляд светло-зелёных глаз, от которого тот дёрнулся, и кивком головы позволил сесть. — Итак, раз все на месте, можно объявить причину, по которой я вас собрал. — медленно начал он. — Все знают о том, что клан Учиха и клан Сенджу наконец заключили союз, и уже строят деревню. Они хотят присоединить к ней как можно больше кланов, чтобы обеспечить мир и спокойствие. Сенджу Хаширама и Учиха Мадара прислали мне договор, однако я не могу так просто его подписать. Пусть клан Узумаки и клан Сенджу родственники, но мы всё равно не можем доверять друг другу. Один из вас пойдёт в Коноху и будет сопровождать Рея. Вместе… — Секундочку, старик. — я бесцеремонно прервал его. — Сопровождать Рея для чего? — Кхм, ты знаешь, Наруто, что каждый глава клана Узумаки очень тщательно скрывает информацию о своей семье. — он вздохнул. — В случае, если они не будут представлять опасность для нашего клана, Рею придётся стать женщиной и выйти замуж либо за Хашираму, либо за Мадару. — Зачем это нужно, чёрт побери? — я вскочил с места и возмущённо посмотрел на него, а все остальные Мастера вжались в стулья и со страхом посмотрели на дядю. — Наруто, послушай. — его голос стал холодным. — Ни у меня, ни у сестры нет дочери. Если мы отправим другую девушку и выяснится, что она не принадлежит к моей семье, они могут убить её или, того хуже, обвинить нас во лжи, после чего может начаться война. Ты этого хочешь? — я раздражённо зарычал и сел на место. — И раз ты так беспокоишься о Рее, почему бы тебе не пойти с ним? — Господин, можно мне тоже пойти вместе с ними? — внезапно вклинилась в разговор Мура. Мура была на шесть лет младше меня и имела очень вспыльчивый характер. Её было очень легко вывести из себя, поэтому дядя лишь ожидаемо покачал головой. — Нет, я уже решил. Можете идти, а тебя, Чикаро, я попрошу остаться. — его глаза засверкали мстительным блеском. Я усмехнулся и первым выскочил из кабинета. Следом за мной его покинул Рей, и мы вошли в небольшую уютную тёплую и светлую гостиную. Брат громко вздохнул и опустился в мягкое кресло, устало проведя рукой по лицу. — Я, конечно, давно люблю Хашираму, но стать женщиной, чтобы понравиться ему… — он совсем упал духом. — Не думал, что мне придётся пойти на такое. Последние лет так пятнадцать отношения между Учихами и Сенджу начали понемногу восстанавливаться. Они старались не нападать друг на друга, делая вид, что у них нет никаких заклятых врагов. С чем это было связано, людям клана Узумаки не было известно. А теперь, оказывается, они ещё и деревню строят. Да и зачем необходим этот союз? Рей наверняка будет страдать. Хашираму он любил уже года три, хотя совершенно не знал его, только несколько раз видел его. Использовать возможности своего тела для достижения мечты… Примерно пятнадцать процентов людей в нашем клане могли в любой момент сменить свой пол по желанию, а потом вернуться обратно в родное тело. К счастью, меня этот «дар» обошёл стороной, но брату не повезло. — Ничего, зато я сделаю так, что ты будешь самой офигенной женщиной на свете. — воодушевлённо пообещал я. Рей побледнел и громко сглотнул, испуганно посмотрев на меня. Однако переубедить меня уже невозможно, и он это знает.