strange or real?

Стоило Чимину изменить отношение к Чонгуку, стоило ему наговорить лишнего и услышать это лишнее в ответ — все пошло под откос. Эмоциональное состояние ни к черту. Пак срывается на всем, даже Тэхёну с Юнги перепадает, хотя те не провинились, просто оказались в ненужное время рядом с нестабильным другом. Помощница огребала по полной, хотя еще пару дней назад она говорила что-то о том, что Чимин изменился, желала, что этот человек, кто сотворил такое с ее боссом, оставался всегда рядом. Сейчас же на горизонте третья мировая, которая затрагивает бизнес, строившийся с трудом. Пак наспех перечеркивает все фотосессии, даже не аргументируя свою позицию, шлет далеко и надолго заказчиков, которые слишком выпендриваются, ничего не хочет слушать, потому что сам все понимает. Это абсурд. Абсурдно так поступать с бизнесом, который Чим поднимал с нуля. Но внутри неприятно скрежещут черти, напоминая о том разговоре с Чонгуком. Пак погорячился. Он не любит, когда от него что-то скрывают, особенно, если это связано с его делом. Чон и не скрывал, по сути, его об этом не спрашивали. Но поди, сейчас объясни это сумасшедшему Чимину, от которого пыль столбом и вещи с его стороны летают в сторону собеседника. В какой-то момент Тэ даже просит Чонгука поговорить с мужчиной, но Юнги считает это плохой идеей, поэтому Ким не продолжает, прикусив губу. Ситуация подобная не первая, но в этот раз Пака зажало неплохо так, отчего страдают все. Чонгук снова предстает перед камерой Юнги, фотографируясь для какой-то обложки. Он не вникает в суть работы, просто позирует, слушает указания фотографа и предложения Тэхёна. Пак появляется под конец фотосессии, смотрит хмуро и недовольно. Он просматривает фото на ноутбуке, щелкая слишком активно и грубо, вдавливая кнопку на клавиатуре. Мин смотрит на друга косо, скрестив руки на груди. Он молчит и ждет вердикта от Чимина. Когда тот выпрямляется, тяжело выдыхая, Юнги кажется, что хорошего ждать не придется. — Ну? — Ты считаешь это хорошей работой? — Чимин, объясни, что ты хочешь? Ты говоришь, что фотосессия отстой, но не говоришь, что нужно изменить, — недовольно отвечает Мин. — Я не могу работать на ощупь. — Ладно, оставь, как есть. И так сойдет, — фыркает Чимин, взглянув на Чона, который разговаривает с Тэхёном, улыбаясь парню. — Что этот малец тебе сказал, что ты теперь срываешься на всех? — Ничего необычного, все в порядке. Просто настроение плохое. — Уже которую неделю? Кстати, Чонгук работает на нас вторую неделю, заключи уже с ним контракт или отпусти. Судя по тому, что я вижу, ты потерял к нему интерес, — рассуждает Юнги, снимая объектив и вытаскивая карту памяти. — Попроси его зайти ко мне в кабинет, — просит Чимин и ждет, когда Мин просто кивнет, соглашаясь помочь ему. Чонгук спокойно принимает эту просьбу, отправляясь к Паку, попутно смывая макияж с лица. Он заходит в кабинет молча, садится напротив старшего, пока тот прослеживает все его движения взглядом, и ждет, потому что это Чимин пригласил его, значит, ему есть, что сказать. — У меня есть предложение для тебя, — хмыкает Пак, откидываясь на спинку кожаного кресла. — Какое? — это заинтересовывает. — Контракт. Сияние хорошо платит своим моделям, — добавляет мужчина, гладя на младшего. У того не до конца смыт макияж, остались следы от подводки. — Я уже понял, что ты не держишь свое слово, какой смысл мне соглашаться? Сегодня ты готов предложить мне выгодный контракт, а завтра найдешь лазейки, чтобы не платить. Разве не этим вы, бизнесмены, занимаетесь? — фыркает Чонгук, удобнее усаживаясь на стуле. — Чонгук... — Вообще я хотел спросить тебя о кое-чем. — Спрашивай, раз хочется, — отвечает Чимин, рассматривая парня. Все-таки первое впечатление не обманчиво. Пак просто вынудил Чона показаться с другой стороны, сам виноват. — По какой причине ты ведешь себя, как говнюк? Тебя уже все работники боятся, хотя раньше такого не было. Твоя помощница говорила, что ты еще совсем недавно летал от счастья. Что случилось? — Ты случился, — открыто отвечает Пак. Завтра Чонгук может совсем исчезнуть, а значит, что можно сказать всю правду, раз так младшему хочется ее услышать. — Я разозлился, что ты не сказал мне о твоей фотовыставке. Я узнал совсем случайно. А еще мне показалось, что я в тебе ошибся. Но, как вижу теперь, нет. — Что это значит? Пак ухмыляется, поднимаясь из-за стола, и огибает свой стол, подходя к парню. Чимин забирает у младшего салфетку и медленно стирает оставшуюся черную подводку, пока Чонгук удивленно таращится на мужчину. — Начнем все сначала? — не отодвигаясь от лица Чона, спрашивает Чимин. — Сначала? — Сходим в кино? — предлагает Пак, опираясь в спинку стула одной рукой, на котором сидит парень. — Учитывая то, что ты богатый человек, ты приглашаешь меня просто в кино? — фыркает Чонгук, отталкивая старшего. Чон встает со стула и выхватывает из рук Чимина салфетку. — Жмот. Чонгук слышит, как Пак усмехается, а после чувствует, как его ловят за руку и разворачивают к себе, вовремя придерживая, чтобы он не впечатался в старшего. — Хочешь больше? — Какой ты странный, Пак Чимин, — закатывает глаза Чонгук. — И твои перепады настроения работают совсем не в твою пользу. Мне нужно домой. Подбросишь? Чимин усмехается снова, кивая. Попытка номер два: ошибочно ли первое впечатление? Пора бы это узнать. В машине Чонгук щелкает радиостанции в поисках нормальной музыки, но, не найдя, просто выключает его, поворачиваясь к мужчине. Теперь Чону Чимин кажется снова таким же, каким он его увидел впервые. Странные ощущения. — Ты голодный? — Да, очень, после универа ничего не ел. — Поужинаем вместе? — Мм, не могу. Меня дома ждет Арчи, — отвечает Чонгук, вспоминая верного друга, который встречает его каждый день, когда он приходит домой. — Это еще кто? — фыркает Пак совсем тихо, но Чонгук слышит, улыбается. — Хочешь познакомлю? — Ты так ненавязчиво приглашаешь к себе домой. Я могу подумать, что нравлюсь тебе, — пробует почву старший. — Жизнь вечно притягивает ко мне странных типов. Ты странный, поэтому ничего необычного не вижу, — пожимает плечами парень. — Арчи не любит гостей. Заодно и проверим, как он к тебе отнесется. — Кто такой Арчи? Твой парень? — Нет, — смеется Чонгук, вспоминая шерстяной комок. Не смотрится он никак рядом с Гуком, не зоофил же он. — Это мой кот. Чужаков не любит. Он еще ни разу не ошибся в людях, я ему доверяю. — Я не люблю котов, — морщится Чимин. — И зря, — хмыкает младший, отворачиваясь к окну. — Отвези меня домой. Когда машина останавливается возле подъезда младшего, Пак останавливает Чонгука, когда тот уже выходит из машины. — Подожди. Если твой котяра вцепится мне в лицо, я засужу тебя. — Забавно было бы на это посмотреть, — усмехается Чонгук. Поднимаются они молча, возле дверей старший слышит жалобное мяуканье, а после его встречает черный, как смоль, красивый кот.