So che il colore degli occhi / Я знаю, какой у тебя цвет глаз.

Моцарт открыл глаза. В зеркале напротив играли солнечные зайчики. С трудом сев в постели, мужчина не поверил своим глазам. - Наннерль? – прошептал он. – Неужели это ты? - Мужчина встал, но от слабости голова закружилась, и он осел на кровать. - Вольфганг, милый, – Мария Анна вскочила с кресла и бросилась к ногам брата. – Как же ты похудел! – Она заглядывала ему в глаза, гладила по лицу. Композитор смотрел в глаза сестре, и чувство нежности переполняло его. Перед глазами сами собой замелькали картинки: ему пять лет, сестре десять, отыграв концерт, они бегают по саду в поисках сбежавшего котенка. Ему десять, сестре пятнадцать, они играют в четыре руки на стареньком фортепиано, которое вскоре после этого продали. - Как? Откуда? Ты же не знаешь нашего нового адреса... Какой я был дурак, что не писал тебе. Тебе же было так тяжело. Наш отец, наш бедный отец! Ты вышла замуж за этого Иоганна, а я так и не приехал на вашу свадьбу, - Моцарт спрятал лицо в ладонях. - Вольфганг, прекрати. Я сейчас расскажу тебе потрясающую новость. У тебя уже есть племянница. Я родила девочку год назад. Я знаю, тебе не нравится мой муж, но он честный и правильный человек. Я уважаю его, люблю его детей, как свою родную дочь. И заметь, именно Иоганн захотел, чтобы я поехала. Оставила детей, мужа, учеников, приехала. Приехала потому, что мой любимый брат болен. И я собираюсь вновь заботиться о нем. - Наннерль, как же мне хватало твоего щебетания. Но как же ты нашла нас? - Господин Сальери помог мне. - Антонио? Откуда он знает тебя? – голос Моцарта взлетел на несколько тонов вверх. - Он узнал меня по глазам. Представляешь, сказал, что у нас с тобой одинаковые глаза. Ты расскажешь мне о нем? Если быть честной, этот твой итальянец очень сильно пугает меня. Я никогда не видела, чтобы у кого-то были такие темные, пронизывающие насквозь глаза… - Вольфганг, Наннерль, - в комнату вошла Констанция. – Я сервировала ужин. Давайте посидим вместе, мальчики так хотели семейный праздник. Женщины помогли Моцарту спуститься к ужину, не смотря на то, что композитор убеждал их в своих силах. Это был тихий, семейный ужин. Один их последних счастливых семейных вечеров. Моцарт смеялся, шутил с сыновьями, а Мария Анна и Констанция, пусть и с беспокойством, но, улыбаясь, наблюдали за их болтовней. Уже засыпая в маленькой спальне в доме брата, Наннерль вспомнила строгий взгляд темно-карих глаз, вкрадчивый низкий голос и фразу "У вас глаза волшебного цвета".