январский кутёж, озорство и дубак в Финляндии

Время 9:03 После утреннего визита Финна заснуть снова не удалось, поэтому недоспанные часы явно отыгрались на мне, заставляя сейчас, во время завтрака, периодически тянуть руку ко рту, дабы скрыть малоприятный вид зевка. Пришли мы в то же кафе, в котором были ранее. Так как никаких изменений не предвидится, то, скорее всего, мы будем есть именно здесь вплоть до отъезда. В прочем, никто не был против этого, ведь еда здесь отменная, а главное — сытная. Наша компания расселась как и в прошлый раз, что было весьма удобно. — Кто-нибудь становился на лыжи? — с забитым ртом спросил Ноа. — Ноа, прожуй сначала — потом поговорим, — поправила его Поли, отчего парень поперхнулся и начал кашлять на всё кафе, привлекая внимание посетителей. Сидящий рядом Джейден «любяще» ударил со всей силы кашляющего друга по спине, вроде как помогая ему, но делая только хуже. От удара Ноа падает лицом в тарелку, задерживаясь на пару секунд, после чего поднимается и гневно смотрит на друга, предчувствуя его скорую смерть. Джейден виновато улыбается, понимая, что дальше — хуже, и старается отодвинуться от разъяренного парня. Поли заботливо протягивает салфетку другу, который со злостью вырывает её из рук девушки и начинает бить Джейдена, воскликивая что-то несуразное. Пострадавший падает на пол, хватаясь за живот от смеха, и параллельно уворачивается от ударов сумасшедшего. Финн, который сидел с другой стороны Ноа, пытался утихомирить друга, но получалось это не очень. — Стыдоба-то какая, — прикрываю лицо руками, так как на нас смотрит всё кафе, включая персонал. — Да ладно тебе, смотри какие они веселые, — Джессика хохочет громче всех, параллельно снимая эту жесть на телефон. — Я в уборную, — решаю скрыться отсюда как можно быстрее, ведь я и мои друзья уже звёзды этого кафе. — Нет, дорогая моя, сейчас туда иду я! — чуть ли не визжит Ноа, размахивая руками. Его лицо все ещё в омлете — выглядит ужасно, но это уже не столь важно. Поднимаю руки, показывая, что не против, а то разорался тут. Присаживаюсь обратно, наивно полагая, что цирк на сегодня закончен, но буквально через секунд тридцать вся наша компания оборачивается на вой со стороны туалета, а затем появляется разочарованный Ноа, который говорит, что там занято. Переглядываемся и начинаем смеяться, привлекая ещё большее внимания людей.

***

Когда все наконец-то успокоились после истерики и продолжили свою трапезу, мы вновь заговорили о «развлекаловке» на сегодня. — Ну, что там с лыжами? — спустя время решилась спросить Джесс. — Печальный опыт, — отвечаю кратко, потому что рассказывать особо нечего, но, видя вопросительные взгляды, вздыхаю. — Подвернула ногу, — спокойно продолжаю жевать. — Для меня это будет впервые! — с какой-то детской радостью проговаривает Поли, и я вижу, как на неё смотрит восхищающимся взглядом Ноа, что недавно был до чёртиков зол. Дальше мы продолжаем обсуждать будущие приключения. Точнее как «мы»… Ребята продолжают обсуждение, а я молча ела, слушая их вопли. За весь наш завтрак я, конечно, ловила на себе взгляды кудрявого, но старалась не обращать на это внимания, чтобы не наброситься на него. Я, как истинная девочка, слегка обиделась на его поведение с утра, когда он просто развернулся и ушел. Глупо? Знаю.

***

Hotel Golden globe. Хельсинки, Финляндия. Время 9:43. Вернувшись после веселого завтрака, я с подругами начала собираться. Ну, как собираться… Джесс и Поли действительно были заняты делом, чего нельзя было сказать обо мне. Пока обе девушки кружилились по комнате в поисках той или иной вещицы, я лениво сидела на кресле, листая новостную ленту. Позже я жалела об этом. К десяти часам утра все ребята стояли в холе, ожидая сопровождающего учителя. Окинув всех взглядом, я поняла, что оделась хуже всех. И как так получилось? На мне были черные джинсы, удобные ботинки и огромная куртка, которая должна греть меня. Я же не умру от холода? Возможности переодеться нет, так как на встречу вышел учитель и повел нас на трассу номер «3», где мы сможем попробовать свои силы.

***

Прошло, кажется, уже часа два. Все вокруг меня смеялись, веселились и получали удовольствие от такого «отдыха». Все, кроме меня. Я продрогла уже раз сто, даже несмотря на то, что пыталась вновь встать на лыжи и усердно старалась прокатиться, ведь активность должна была меня согреть. Но что-то пошло не так, когда я в который раз скатывалась кубарем, не успевая толком встать на лыжи, и я плюнула на них, отошла в сторону и фотографировала красивые виды гор. Едва успела убрать телефон в карман, как почувствовала, что падаю. Жмурюсь, чтобы снег не попал в глаза. А сверху на меня ложиться чья-то туша, вдавливая в землю. Из-за того, что мой «обидчик» прижался ко мне, я уткнулась ненароком в его шею и почувствовала запах знакомого одеколона. Финн! — Ах, ты, гадёныш! Ты что совсем обалдел, грёбанный Финн Вулфард? — начинаю толкать его, ведь он действительно может раздавить меня. — Да как тебя земля носит? Ты, блять, слезешь или нет? — ругаюсь, кричу и толкаюсь, как ребёнок. — Встаю-встаю, — он перекатывается на спину, насмешливо улыбаясь. — Какого чёрта? — пытаюсь струсить с себя снег, но понимаю, что это практически невозможно. Его настолько много, что, кажется, он попал даже в ботинки. До ужаса неприятно. — Вообще-то, это был не я… — вижу, что сзади Финна стоит слишком весёлая Джесс, которая вдобавок машет мне рукой, смеясь при этом, — … и она меня толкает… — не слушая брюнета, я поняла, что это сделала моя недалекая подруга, и моментально срываюсь с места, снова чуть ли не падая, чтобы догнать и наказать мерзавку. Что же говорить о Финне. Он в шоке. Догоняю уже не такую весёлую Джессику и валю в снег, максимально катая её в нём. — Аха-ха-ха, — брыкается и смеется. Наконец отпускаю бедную девушку, которая теперь была в снегу с ног до головы. Чувствуя удовлетворенную гордость, победно усмехаюсь. Будет знать, что меня не стоит трогать. К Джессике подходит Джейден, предлагая помощь, ведь я знатно потрепала вид подруги. Ой, это так мило, что я сейчас умру.

***

Время 19:54. — Апчхи! — громко чихаю, кажется, на весь отель. Тяжело прикрываю веки, откидываясь на подушку. — Боже, Мия, прости меня! — извиняется Джессика, только мне не совсем понятно за что. Обе подруги стоят надо мной, думая, что делать с этим «недоразумением» в виде меня. Конечно, мама давала мне с собой лекарства от простуды, поэтому сейчас я меряю температуру, чтобы узнать, что именно мне нужно взять. — За что? — хрипло спрашиваю я, приоткрывая один глаз. — Это все из-за меня! Я толкнула Вулфарда на тебя, чтобы развеселить, а в итоге ты лежишь тут больная! — на её лице отображается чересчур виноватый вид, на что я лишь отрицательно качаю головой, морщась от боли в ней же. — Могу согласиться лишь с тем, что толкать Финна на меня было плохой идеей, а в остальном — виновата я сама, — достаю градусник, чтобы отдать его девушкам. — Надо было одеться теплее. Сколько там? — 38,1, — отвечает Джесс, и я томно вздыхаю. Да, заболеть на второй день каникул — могу, умею, практикую. — Думаю, что нужно позвать мистера Николаса, — она собралась уже уйти, но я затормозила её. — Стой! Давай сейчас я выпью чай, сбивающий температуру, и проживу ночь и, если к завтрашнему дню ничего не изменится, — скажем учителю? — предлагаю идею, шмыгая носом. — Нет уж, дорогая моя, твоё состояние может стать только хуже, поэтому я иду за мистером Николасом прямо сейчас! — решительно говорит Джессика, и я покорно соглашаюсь, не желая испытывать судьбу. Обе девушки выходят из номера, чтобы сходить за учителем, пока я остаюсь в комнате, ещё больше укутываясь в одеяло, так как меня немного трясло. Спустя минуты три в номер врывается мистер Николас, подходит ко мне и трогает лоб рукой. — Действительно жар, — говорит он. — Сколько? — 38,1, — повторяет Джесс цифры, которые говорила буквально недавно. Далее профессор говорит, что делать дальше: в случае если температура станет выше, объясняет, какие лекарства мне нужны и, желая скорейшего выздоровления, покидает нашу комнату, не забыв сказать, что если он понадобится — приходить даже поздней ночью. Выпив нужные лекарства, которые, к счастью, оказались в моей дорожной аптечке, я взяла телефон и отвернулась набок, чтобы было удобнее. Обе девушки слишком волновались за меня, но это всего простуда, я не умру. Поэтому заверила их, чтобы они занимались своими делами, пока я буду отлеживаться. Телефон вибрирует, и на экране высвечивается сообщение. Finn Wolfhard «Мы приглашаем вас потусоваться к нам в номер. Не заняты?» Сообщение от малыша Финни. Как мило. Miaaa «я спрошу у девочек. меня не будет» — Эй, Джесс, — зову девушку, которая сидела с книгой в кресле. — Парни зовут вас «потусоваться», — показываю кавычки в воздухе, когда говорю о тусовке, — к ним в комнату. — Нет, мы никуда не пойдём. Не бросать же тебя здесь одну! — возникает та, и я понимаю, какая же Джессика отличная подруга. Finn Wolfhard «Что случилось?» Волнуется или так, ради вежливости спросил? Изгибаю бровь, желая узнать ответ. Miaaa «прости, но не сегодня. передавай парням привет. заболела:с» Я ждала, пока он ответит, но сообщение было лишь прочитанным. Разочарованно хмыкаю, закатывая глаза. — Вот же, даже пока не сказал, что уж там говорить о «выздоравливай», — возмущаюсь про себя, выходя из Фейсбука.