январский кутёж, озорство и дубак в Финляндии

Ночь пролетает тяжело и болезненно. Я успокоила подруг ещё вчера вечером фразой «Все нормально, ложитесь спать», и они благополучно упали на кровать и засопели, ведь день был насыщенным, а я продолжала мучиться от головной боли. Время близилось к утру. В комнате по-прежнему темно, но глаза привыкли к этой обстановке, и я могу разглядеть мебель, стоящую в номере. Ночь я провела в раздумьях, отчего голова раскалывалась ещё больше. Не переставала ни на секунду думать о Вулфарде. Всё это слишком странно. Мы учимся вместе много лет, но я никогда не обращала должного внимания на него, не общалась с ним, да и пересекались мы, разве что на некоторых уроках. А тут за пару дней столько всего. Сквозь пелену мыслей слышу трезвон будильника. Встряхиваю головой, думая, что это поможет мне взбодриться, но только усугубляю ситуацию, и боль увеличилась, кажется, в сотню раз. Поворачиваюсь на шум, который устроила Джесс, вставая с кровати, и наблюдаю за ней. — Давно не спишь? — спрашивает подруга, включая светильник около кровати, чтобы свет не раздражал глаза так сильно. Зевает, присаживаясь на свою кровать, и встряхивает головой, стараясь полностью проснуться. — Всю ночь, — голос звучит хрипло, скорее всего, из-за долгого молчания. — Ох, — вздыхает подруга, наконец, понимая, что я действительно не сомкнула глаз, — совсем плохо? — Не знаю, — отвечаю честно, — но голова трещит по швам. Девушка подходит к моей кровати, наклоняется ко мне и рукой дотрагивается до лба. Забирает руку, неопределённо пожимая плечами. — Температуры вроде нет, но я могу позвать мистера Николаса. — Нет, не надо, ещё раннее утро, думаю, он спит, — отговариваю девушку, ведь не хочу доставлять кому-то проблем. Она извиняется и уходит в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Я беру телефон, который не трогала всю ночь, и яркость экрана ослепляет меня. Спустя минуту привыкаю и вижу уведомление из Фейсбука. «Я зайду завтра», — гласило сообщение от Финна Вулфарда. Моментально оживляюсь, ведь кудрявый ответил мне. Спустя пару часов, правда, но ответил же! «В смысле он зайдет ко мне?» — проскакивает в голове, и я мысленно хлопаю себя по лбу, потому что если он зайдёт ко мне — это значит, что он придёт. Слышу, как Поли желает мне доброго утра и спрашивает о самочувствии. — Голова болит, а так всё в порядке, — отвечаю ей. — Может… — начинает говорить девушка, но я перебиваю её. — Нет, мистер Николас мне не нужен, — в который раз повторяю, недовольно корча лицо. На этом нам разговор подходит к концу, и Апполинария идёт к своей кровати, чтобы заправить её, а я продолжаю раздумья над сообщением Финна, которое значительно взбодрило меня, убирая головную боль на другой план.

***

Сегодня я остаюсь «веселиться» в номере отеля. После того, как девушки собрались, так как по плану сегодня посещение какого-то музея и прогулка по торговому центру, они пошли и позвали профессора, чтобы тот посмотрел на моё состояние. Он потрогал мой лоб, спросил о том, как я провела ночь (в плане болезни, конечно), а затем сделал вывод в виде фразы «Сегодня ты отлежишься в номере» и написал список лекарств, которые нужно будет принимать весь день. Я была не против, потому что моё овощное состояние давало о себе знать, и я с трудом смогла подняться с кровати, чтобы пойти умыться. Голова кружилась, а руки тряслись. Правда, когда я умыла лицо прохладной водой, это слегка привело меня в чувство. Джесс и Поли помахали мне ручкой и, взяв куртки, пошли на первый этаж, чтобы встретиться с остальными ребятами. Я осталась одна. Наконец-то. Облегчённо выдохнула, откидываясь на подушки, чувствуя полное блаженство. Не то, чтобы мне не нравилось общение с этими двумя веселыми девушкам, совсем нет. Просто сейчас моя голова очень хотела остаться в спокойствии и без каких-либо вопросов. Но, кажется, это было ненадолго.

***

Из последних сил я встаю с кровати и иду к шкафу с вещами, хватаясь за подручные вещи, чтобы переодеться в другие вещи, ведь в этих штанах и кофте мне было очень жарко. Снимаю кофту, оставаясь в лифчике, когда кто-то стучится в дверь. Замираю, пялясь на дверь, стоя всё ещё в одном лифчике, когда стук повторяется. Встряхиваю головой (как оказалось, такая встряска действительно немного помогает опомниться и вернуться в реальность) и быстро натягиваю сверху пижамную майку. Ползу к двери, открывая её. За ней оказывается Финн, который, как и обещал, пришёл. — Разве ты не ушёл со всеми? — спрашиваю я, пропуская гостя в наш с девчонками номер, и прикрываю дверь, поворачиваясь к Вулфарду. — Должен был. Но зачем? Оставлять тебя здесь больную одной - плохая затея, — отвечает парень, осматриваясь. Хмыкаю и иду за ним. Прохожу мимо шкафа купе, стоящего около входа, и со стыдом понимаю, что встретила Финна в очень коротких шортах, которые еле прикрывали мой зад, и в майке. Судорожно разворачиваюсь и бегу за кардиганом, лежащим на кресле. Закутываюсь в него и успокаиваюсь. — Тебе холодно? — мягко спрашивает Вулфард, все ещё стоя как истукан. — Эмм, да, — отмазываюсь. — Ты надолго? — Боже, — смеётся в кулак, — я только переступил порог, а ты уже хочешь выгнать меня. Планировал на весь день, а что? Мои глаза округлились, а сама я немного обалдела. — В смысле на весь день? — переспрашиваю, чтобы убедиться, не послышалось ли мне. — Ну, в прямом. Не скучать же тебе одной в холодном номере. А я тебя и согреть могу, и развеселить! — Местный клоун? — стараюсь не обращать внимания на слово «согреть», хотя внутри всё перевернулось, когда брюнет произнес это. — Ты голодна? — и именно в этот момент мой желудок начал подавать признаки жизни, громко урча. — Так, понятно, — мне стало неловко и, кажется, я даже покраснела. — Я схожу в ресторан отеля, чтобы заказать пиццу. Да, именно её. Тебе задание - выбрать самый интересный фильм. Дав пару указаний, кудрявый выходит из номера, как и обещал, идёт за едой. Очень благодарна ему, ведь есть действительно хотелось, но сил идти не было. Вздыхаю, топая к дискам. Кажется, это будет самый напряженный день, так как он пройдёт в компании симпатичного Финна Вулфарда и больной, не только на голову, Мии Роджерс.

***

Вернулся Финн спустя минут двадцать, когда я уже легла в кровать и укуталась с головой в одеяло, так как устала сидеть и ждать его, с двумя коробками пиццы и с кофе из Старбакс. Увидев эту замечательную картину, а именно Финна с едой, я подорвалась моментально, подходя к нему и забирая свою прелесть. — О, да, я знал, что смогу угодить тебе, крошка Мия, — говорит он так обыденно, так, казалось бы, привычно, что даже возражать не хотелось. На данный момент хотелось еды. Открываю коробку с пиццей, которая всё ещё была горячей, и вдыхаю этот аромат. Есть захотелось в разы больше и тянуть с этим я не стала, беря кусочек вкуснятины себе. Блаженно закрываю глаза, наслаждаясь тянущимся сыром. Финн же, явно перекусивший что-то перед приходом ко мне, так к пицце не рвался. А зря, ведь я сейчас съем всю. — Ты разве не хочешь? — спрашиваю с забитым ртом. — Нет, кушай, — отвечает с нежностью в глазах, что я почти давлюсь. — Я большой любитель ужасов, — говорю, когда уже прожевала, — и поэтому нашла фильм в этом жанре. Надеюсь, ты не против? — смотрю на парня. — А ты не боишься? — спрашивает тот с вызовом. — Хм, нет! — Ну, хорошо, мы посмотрим ужасы, — соглашается Финн, подходя к моей постели. Финн опускается ко мне на кровать, в то время, как я убираю коробку из-под пиццы на пол, чтобы она не мешалась. Тащу на себя всё одеяло, ведь к такой близости с парнем я не выдержу, когда Финн всё ближе и ближе двигается ко мне. Ноутбук остался у нас в ногах, и я, почти прижатая к Финну, вместе с ним начала смотреть фильм «Хижина в лесу».

***

Не то, чтобы я прям действительно боялась, но на резких и неожиданных моментах мои плечи вздрагивали, а у меня сбивалось дыхание от страха. Или не от страха? За то время, пока мы смотрели фильм, Финн ещё ближе придвинул меня к себе и обнял рукой, закрывая голые плечи. Его прикосновения доводили меня до красноты в области щёк; я немного стеснялась. Точнее много. Был ещё один супер страшный момент, когда из окна резко вылез, чёрт его подери, зомби, и я чуть не завизжала вместе с героиней фильма, кудрявый взял меня за руку. Он переплел наши пальцы так надежно, что их не распутать теперь. Эти все его прикосновения доводят меня до обморочного состояния, ей богу! И знаете, что, блять, самое неловкое за весь наш киносеанс? Грёбанные постельные сцены, о которых я даже не догадывалась. Отводила взгляд, отворачивалась, что я только не делала, а Финн лишь произносил «крошка Мия» и усмехался надо мной. Я ничего не могла поделать с собой, ведь фильмы с постельными сценами никогда не разделяла с кем-либо. А ещё, кажется, половину фильма Финн смотрел на меня. Или мне показалось?

***

Когда наш киносеанс благополучно закончился, я быстро ушла от Финна в ванную. Якобы «привести себя в порядок после ужастика», но на самом деле перевести дыхание. Голова, кажется, не выдерживала такого напора и начинала утяжеляться. Выхожу из ванны, кутаясь в кардиган, и подхожу к тумбочке с таблетками. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает кудрявый, видя, что моё состояние достаточно странное. — Голова начинает болеть, я прямо чувствую это, — беру пластинку с таблетками от головной боли и стакан с водой. Руки дрожали, и я не могла по-человечески достать несчастную таблетку из упаковки. Финн, увидев, что я не могу справиться с таким, казалось бы, простым заданием, взял упаковку и сам достал мне таблетку. Очень мило с его стороны. — Спасибо, — отвечаю на его действия и выпиваю таблетку, надеясь, что голова не развалится. Время перевалило за полдень, потихоньку начинало темнеть. Я без слов подошла к кровати и легла, накрывшись с головой одеялом. Взглядом зову брюнета на ещё один фильм. — Ты уверена? — спрашивает он. — Может тебе стоит поспать? — Да, наверное, но я не хочу. Тогда Финн включает какой-то фильм, название которого меня даже не интересовало, потому что я находилась как будто в другом измерении. Ближе придвигаюсь к кудрявому и начинаю отъезжать. Чувствую, как он усмехается. Во всяком случае, мне всё равно, если хочется спать - то почему бы и нет? Спустя пару минут я засыпаю, кладя голову на Вулфарда.