Четверть

      Первое утро в Академии началось для Гарри… неожиданно.       Нет, он, конечно, ко многому привык: и к пронзительным воплям тетушки, и к слоновьему топоту кузена, и к оглушительному стуку в дверь чулана… Но просыпаться от того, что тебя окатили ледяной водой — к такому жизнь с Дурслями его не подготовила.       — А-а!       Гарри, которому сквозь сон показалось, что он тонет, кубарем скатился с кровати, попутно запутавшись в насквозь мокром одеяле, резво вскочил на ноги, фыркая и отплевываясь, сжал кулаки… и наткнулся на смутно знакомый раздраженный взгляд голубых глаз.

***

      Хел Джей был зол, как стая голодных мантикор.       В отличие от Поттера, он быстро осознал свою ошибку, но легче от этого не становилось. Потому что после его брутального выступления — мол, смотрите, какой я взрослый и самостоятельный! — и так капитально лохануться, это, конечно, надо было постараться.       Реакцию родителей даже представлять не хотелось, однако, выбора-то особо и не было. Не ехать же, в самом деле, в Хогвартс!       Пришлось, скрипя зубами, возвращаться на обычный вокзал и связываться с родителями через сквозное зеркало, а затем, по прибытии в родные пенаты, выслушивать получасовую нотацию от матери, вся суть которой сводилась к сакраментальному: «Я же говорила!»       А после, в качестве бонуса, ловить нагоняй от отца за рассеянность и неосторожность.       И, как апофеоз, в процессе переговоров отца с одним из деканов, являвшимся по совместительству его старинным другом, выяснилось, что из-за оплошности Хел Джея в Академию — впервые за последние несколько веков — попал человек. А это уже было куда серьезнее, потому как за разглашение засекреченной информации чужакам можно было огрести по-крупному…       В общем, к тому моменту, как измотанный, не раз схлопотавший по шапке Хел Джей прибыл наконец в Академию, опоздав везде, где было можно и нельзя, и занял единственную свободную кровать, он уже заочно ненавидел чертова Поттера и в красках представлял себе, что сделает с ним, если еще хоть раз увидит.       Надо ли говорить, какой обширный спектр эмоций он испытал, проснувшись утром и обнаружив в свете дня того самого Поттера, мирно дрыхнущего на соседней кровати?

***

      — Ты! — всклокоченный, обтекающий Поттер, гневно сверкающий глазами, очень напоминал воинственного воробья. — Зачем ты это сделал?!       — За все хорошее, — фыркнул Хел Джей, сжимая в руке волшебную палочку. — Какого хрена ты здесь делаешь?       — Я буду здесь учиться! — Поттер гордо вздернул подбородок.       — Врешь…       Хел Джей от неожиданности чуть палочку не выронил.       — Не вру! Мне директор предложил остаться!       — Да ну? За какие такие заслуги?       — Э-э... не твое дело!       — Ха! Так и скажи, что сам без понятия…       — А вот и нет! И вообще, еще раз так сделаешь, я…       — Что? — в голубых глазах мелькнула насмешка. — Что ты мне сделаешь?       Да, знакомство явно не задалось. Тут бы Поттеру притормозить, дождаться пока проснется мозг или хотя бы инстинкт самосохранения, но… это же Поттер, помните?       Мальчик из чулана, привыкший выяснять отношения кулаками. Потому что несмотря на то, что Дадли и его компания обычно оказывались сильнее, Поттер упрямо сопротивлялся каждый раз до последнего.       Маггловоспитанный волшебник, которому никто не объяснил, что бросаться на почти незнакомого субъекта с палочкой в руке — это надо быть на всю голову отмороженным.       Впрочем, Хел Джей обо всем вышеперечисленном был не в курсе, а потому прилетевший ему в глаз кулак был внезапен, как снег в середине июля. Увернуться-то он успел, сработали звериные инстинкты, но вот палочка, вылетевшая из руки, описала красивую дугу и укатилась куда-то под кровать.       И столь пафосно начавшаяся разборка между человеком и оборотнем плавно перетекла в банальную драку двух одиннадцатилетних мальчишек.       Ну… хоть пар выпустили.

***

      А заодно схлопотали живительный ледяной душ. На этот раз оба.       Ни Гарри, ни Хел Джей, катающиеся по полу этаким клубком из различных конечностей, даже не заметили, в какой именно момент сверху хлынула вода. Успели только осознать, что к моменту, когда неведомая сила растащила их по разным углам спальни, комната была похожа на каюту тонущего корабля.       Воды по-щиколотку, хлещущие с потолка упругие струи, плавающие по всей комнате вещи… и уже знакомый Гарри старшекурсник, накануне сопровождавший новичков, взирающий на все это с изрядной долей раздражения.       — Какого хрена? — протянул он, махнув рукой. Дождь мгновенно прекратился, будто кран перекрыли, а вся натекшая вода исчезла без следа, оставив, впрочем, жуткий бардак. — Семь утра, Балор вас раздери!       — Привет, Двэйн, — Хел Джей хмуро кивнул. — Ну… мы это… знакомились.       — Я вижу, — тот оглядел его порванную в нескольких местах пижаму, тяжело дышащего Поттера с наливающимся под глазом фингалом и оперся плечом о косяк двери. — Интеллигенты, блин. Значит так, объясняю два раза — первый и последний. Мордобой в Академии — запрещен. Любая попытка причинить вред ученику фиксируется щитами замка, которые в свою очередь, активируют механизм защиты и отправляют сигнал старосте. За первогодок мужского пола в этом году отвечаю я. Вам крупно повезло, что вы не использовали друг против друга магию, иначе холодным душем дело бы не ограничилось. Уяснили?       Мальчики синхронно закивали.       — Сейчас уберете это все, — Двэйн обвел взглядом разгромленную спальню, — приведете себя в порядок, и к наставнице Моран — получать по мозгам. Ее кабинет прямо по коридору от вашей гостиной и налево. Еще раз разбудите меня в такую рань — урою обоих. Морально.       Парень широко зевнул, отлепился от косяка и свинтил в неизвестном направлении.       А новоиспеченные соседи, потирая ушибленные места, принялись за уборку.       — Доволен, придурок? Одни проблемы от тебя…       — Сам виноват! Первый начал!       — Откуда ты вообще взялся на мою голову!       — Я не хотел этого! Случайно вышло…       — Случайно пытался мне в глаз дать?       — Да нет, я про историю с билетом…       — Вот даже не напоминай!       — Я и не собирался! Если бы ты меня не облил…       — Облил! Да я тебя убить был готов! Это моя подушка?       — Не, твоя под кроватью…       — Точно.       — А сейчас?       — И сейчас под кроватью.       — Я имел в виду «убить был готов»…       — А-а… Да фиг с тобой, Поттер. Все равно скоро свалишь.       — С чего это?       — Да с того, что таким, как ты, здесь не место.       — Почему это?       — Ты прикалываешься? Волшебные народы не переваривают магов! И вы, кстати, нас тоже…       — Ну, я — нет. Я всю жизнь с магглами жил, которые одинаково ненавидели все волшебное. И меня…       — Серьезно? С какого перепуга ты у магглов оказался?       Гарри пожал плечами и кратко пересказал историю, рассказанную Хагридом.       — Жесть, — авторитетно высказался Хел Джей. — И что, ты реально про магмир ни ухом, ни рылом?       — Неа. Я и про волшебные народы только в поезде узнал… Кстати… а ты кто?       — Оборотень.       — А-а… — глубокомысленно изрек Поттер. — А зовут тебя как?       Хел Джей замер, осмысливая тот факт, что в процессе «знакомства» даже представиться не успел, а затем жизнерадостно заржал.       — А ты в билет так и не заглянул ни разу?       — Заглянул. Но я забыл.       — Хелес Джонатан Грисс, клан Альбатир. Короче — Хел Джей.       — Гарри Джеймс Поттер…       — … Мальчик-который-выжил! Знаем, слышали. Давай, живучий, шевелись. До завтрака сорок минут, а нам еще к наставнице…

***

      В процессе поиска кабинета Гарри удалось выяснить у Хел Джея, что помимо деканов, занимающихся учебными вопросами факультетов, в Академии существуют наставники — у каждого курса свой. Он закрепляется за курсом при поступлении и сопровождает до конца обучения, с первого года — по десятый, а после выпуска подведомственных, снова получает в распоряжение первый курс. И так по кругу.       Наставники следят за порядком, поведением учеников, их здоровьем, досугом и так далее. Они же занимаются промывкой мозгов и назначают наказание за нарушение правил Академии. А еще…       — Стоять, не двигаться! — красивая рыжеволосая женщина, на вид лет тридцати, облаченная в длинный светлый балахон, подвязанный на манер греческой туники, посмотрела куда-то поверх голов вошедших мальчиков и, подняв вверх руку с зажатым в ней круглым амулетом, что-то пробормотала себе под нос.       А спустя миг прямо под ноги обалдевшим детям свалилось странное существо размером с кошку, напоминавшее очертаниями ящерицу, только почему-то с изогнутыми рожками и перепончатыми крыльями. Женщина взяла со стола, стоявшего у окна, небольшую коробочку, сплошь покрытую непонятными символами, откинула крышку, и неподвижное существо, стремительно уменьшившееся в размерах, затянуло внутрь, будто пылесосом.       — Вот теперь проходите, — наставница удовлетворенно улыбнулась.       — А…       — Не обращайте внимания. Неудачный эксперимент. Чем могу помочь?       Гарри и Хел Джей переглянулись.       — Нас тут послали… к вам…       — Подрались? — красивый фонарь Поттера объяснял ситуацию лучше любых слов.       — Ну…       — Понятно, — женщина махнула рукой. — Будем знакомиться. Меня зовут Талия Моран, я преподаватель химерологии и с этого года ваша наставница. С правилами Академии успели ознакомиться?       Мальчики отрицательно замотали головами. Незнание, оно, конечно, не освобождает, но… вдруг?       — Не успели, — мягко констатировала наставница, чему-то улыбаясь. — Это не есть хорошо.       — Мы испра…       — Конечно, исправитесь. Куда же вы денетесь? — щелчок пальцев, краткая словесная формула, значения которой никто не понял, и…       Гарри с изумлением обнаружил, что на лбу у Хел Джея появился текст — бегущей строкой — начинающийся со слов: «Правила поведения…» И судя по его округлившимся глазам, не только у него.       — Что?..       — Читайте, запоминайте, просвещайтесь, — все так же мягко, — заодно и однокурсники ваши с правилами ознакомятся.       — А…       — Уберу, когда расскажете мне все пункты наизусть. А сейчас вам пора на завтрак. Хорошего дня!       И лучезарно улыбнулась.       Гарри и Хел Джей с кислыми минами попрощались и выползли в коридор. Первый учебный день обещал быть долгим…