Четверть

— Вот, скажи мне, Лунатик, за что он со мной так? — Как? — Я к нему со всей душой, а он… — Кто? — Гарри! Рем, ты меня вообще слушаешь?! — Честно? Нет. Сириус, сидевший на берегу Черного озера и пускавший по воде «блинчики», обернулся и недоуменно уставился на Люпина, который здесь же, под деревом, читал какой-то толстый фолиант. — Чем ты занят? — Да вот, сокрушаюсь о бесцельно прожитых годах… — Чего? — Того. Знаешь, Бродяга, я ведь никакой не оборотень, оказывается… — Рем, ты это… в тень пересядь, что ли… — Ты не понимаешь. Оборотни не зависят от луны. Они могут обращаться по желанию, как частично, так и полностью. А я — вервольф. Это совершенно иной вид, хоть и схожий. А знаешь, что самое смешное? Что вот эта книга, — он потряс фолиантом, — уже много лет стоит в открытом доступе в библиотеке и содержит подробную информацию о вервольфах и оборотнях. А я ни разу не пытался ее найти… — Э-э… Лунатик, ты это к чему? Люпин вздохнул. — К тому, что я идиот. Я так боялся своей «болезни», что всеми силами старался забыть о ней. Не думать, не знать, не обращать внимания… Как будто это делало ее менее реальной. И это вместо того, чтобы попытаться взять все под контроль… хоть раз попробовать не бороться со своей природой, а принять ее… — И откуда вдруг такие озарения? — задумчиво протянул Блэк. — А за это я должен благодарить Гарри. Понятия не имею, откуда у него все эти знания, но… он открыл мне глаза на мою истинную природу. Он мне надежду подарил, а я… бросил его, когда он больше всего нуждался в помощи. Слабак… Теперь вздохнул уже Сириус. — Не ты один, Рем, не ты один… — У тебя хотя бы была на это веская причина. Тебя арестовали… — Меня арестовали, потому что вместо того, чтобы позаботиться о Гарри, я как последний дурак ломанулся за Питером. — Да… хороши друзья, ничего не скажешь… — Да… Мужчины понуро уставились на алеющий рассветом горизонт. Минута… две… пять… — Да в конце-то концов! — неожиданно разозлился Сириус. — Что мы с тобой тут сидим и ноем, как бабы?! — А что делать? — Как что? Исправлять! Пусть мы не смогли помочь Гарри тогда, но сейчас-то что нам мешает? — Мм… Дамблдор? — Да не пошел бы он! — А действительно… БАБАХ! Дикий грохот раскатился над территорией Хогвартса. Но стоило первому раскату затихнуть, как за ним мгновенно последовал второй. Впечатление при этом создавалось такое, словно кто-то со всей дури шарашит молотком по огромному жестяному листу. — Что это?! — завопил Блэк, зажимая уши, но его голос утонул в новом раскате. — Не знаю, но кажется…

***

БАБАХ! Северус Снейп, застегивающий мантию, от неожиданности рванул ткань так, что отлетели все пуговицы, дробно застучав по полу.

***

БАБАХ! Альбус Дамблдор подскочил в постели и схватился за сердце. Ему сквозь сон показалось, что это Геллерт, злодейски хохоча, сбросил на замок бомбу. Ассоциации, такие ассоциации…

***

БАБАХ! Минерва МакГонагалл, завязывая на бегу клетчатый халат, едва не скатилась кубарем по лестнице.

***

БАБАХ! Флитвик и Спраут, завтракавшие на кухне, задрали головы. — Что это, Филиус? На нас напали? — Не думаю, что есть повод для беспокойства, Помона. Чаю?

***

БАБАХ! Снейп и МакГонагалл, одновременно выбежавшие из замка, почти нос к носу столкнулись с Люпином и Блэком, прибежавшими со стороны озера. — Откуда звук?! — Кажется, от ворот! Все четверо переглянулись и с палочками наперевес бросились ко входу на территорию… … чтобы, прибежав, обнаружить там Поттера, сидящего по-турецки на влажной от росы траве и ритмично швыряющегося чем-то вроде небольших энергетических шариков в хогвартские щиты. От каждого удара щиты начинали мерцать и вибрировать, наполняя воздух внутри купола низким гулом. — Поттер! — Гарри! Ноль эмоций. БАБАХ! Очередной шар, врезавшись в защиту, рассыпался искрами. — Гарри! — Сириус подбежал к крестнику. — А? — Поттер вытащил из уха затычку. — Доброе утро. — Что ты делаешь?! — А что не видно? Музицирую, — и ухмыльнулся. — Поттер, вы в своем уме?! — возмутилась МакГонагалл. — Половина восьмого утра! Что вы устроили?! — Концерт для щитов с оркестром. Я же вроде как национальный герой? Мне по статусу положено музыкальное сопровождение! — Это безобразие, мистер Поттер! Вы ведете себя как… как… — А никто не обещал, что будет легко, — философски заметил Поттер. — Герои, они, знаете ли, такие неординарные личности… МакГонагалл от такой наглости, кажется, лишилась дара речи. Северус наблюдал за их диалогом с каменным лицом. Сириус и Ремус в сторонке изо всех сил старались не заржать. — Что здесь происходит? — к честной компании неспешным шагом приблизился Дамблдор. Почему-то в парадной мантии и ночном колпаке. — Альбус, это неслыханно! — тут же ожила Минерва. — Мистер Поттер… — Настойчиво желает выйти вон, — с непередаваемым выражением сообщил Снейп. Дамблдор с сожалением покачал головой. — Гарри, мальчик мой, когда же ты поймешь, что все это исключительно ради твоего блага? — Хм… дайте подумать, примерно… никогда. — Не будь столь категоричен. Я уверен, что со временем ты изменишь свое мнение… — Это вы о том зелье сговорчивости, которое мне вчера любезно добавили в тыквенный сок? — невинно поинтересовался Поттер. — Что?! — хором вскинулись Блэк и Люпин. — Не понимаю, о чем ты, мальчик мой, — Дамблдор безмятежно улыбнулся. — Мм… вот об этом? — Гарри вытащил из кармана небольшой флакончик. — Сохранил на всякий случай. Знаете, хобби у меня такое, люблю на досуге всякие составчики изучать… Тут уже не выдержала даже МакГонагалл. — Альбус! Неужели это правда?! Выражение лица у Дамблдора было такое, словно у него разом заныли все зубы. Однако, деваться было некуда. — Коллеги, это решение далось мне нелегко, но у меня не было выбора! Безопасность Гарри превыше… — Нифига себе безопасность… Между прочим, в состав этого зелья входит корень полыни! А если у меня аллергия? — А у тебя аллергия? — встрепенулся Ремус. — Да причем здесь это?! — возмутилась Минерва. — Применять подобные зелья к людям незаконно! О чем вы думали, Альбус?! Снейп с трудом сдержал усмешку. Да… промахнулся директор. Забыл, что его единственная идейная сторонница — честная гриффиндорка до мозга костей — закон ценит превыше всего. За что боролись… — Все, хватит! — неожиданно решительно вмешался Блэк. — Я забираю Гарри на Гриммо! Там он будет в не меньшей безопасности! — Но, Сириус… — попытался было возразить Дамблдор, однако… ЦВЫАНГ! Щиты внезапно содрогнулись и полыхнули ослепительной вспышкой. Все с подозрением уставились на Поттера, но, поскольку тот стоял, засунув руки в карманы, начали с беспокойством озираться. — Что… — Прости, крестный, — Гарри вдруг широко улыбнулся, — в гости загляну как-нибудь в другой раз. И не успел никто и глазом моргнуть, как по щитам прокатилась новая ударная волна, образовав широкую брешь прямо напротив ворот, а в следующий момент откуда-то повалил густой темный дым. Все эти спецэффекты длились не дольше тридцати секунд, но когда дым рассеялся… на пятачке возле ворот из шести человек остались только пятеро. Поттер бесследно исчез.