Один плюс один

В понедельник происходит чудо: удостоив Рыжего коротким кивком, Хэ Тянь тупо проходит мимо. И всё. Никаких томных взглядов, от которых откровенно блевать тянет, или руки на плече. Никаких подколок, ухмылок, обнимок. Никаких «привет, малыш Мо!» «Как дела, малыш Мо?» «Что делаешь после уроков, малыш Мо?» Рыжий настолько охреневает, что не верит в происходящее. Сначала думает: что за тупой развод?! И проходит мимо Хэ Тяня ещё раз на перемене. Типа случайно. По воле судьбы, а не Рыжего разумеется. Никакой реакции. Он всё ещё сомневается, всё ещё ждёт подвоха и весь день проверяет Хэ Тяня: то сядет рядом с ним в столовке, то пойдёт играть в баскетбол против его команды на физре, то вызывается помочь отнести книги в библиотеку. Но Хэ Тянь не смотрит, не говорит и никак на провокации Рыжего не реагирует. Вселенная, блядь, перевернулась. Рыжий даже застывает на мгновение. А затем со всех ног несётся домой, не веря собственному счастью. Хочется громко кричать. А ещё бегать, прыгать, бить чечётку. Что там обычно люди делают, когда им хорошо? Они настолько офигенно игнорируют друг друга всю неделю, что он сам себе не верит. Это ведь не сон? И происходит на самом деле? Нет, конечно, они перекидываются незначительными фразами во время дополнительных занятий и даже здороваются. Иногда. В остальное время они буквально забывают о существовании друг друга. Рыжий искренне не понимает, что произошло? Да и какая разница? Кого это ебёт, если цель достигнута — Хэ Тянь отъебался, как он и хотел. Победа!.. В понедельник ощущение счастья сменяется другим очень неприятным чувством. Рыжий замечает две вещи. Первая: он параноит. И с самого утра не может отделаться от мысли, что Хэ Тянь что-то задумал; что игра в молчанку не что иное, как очередной квест или тупой розыгрыш — рано или поздно должно бомбануть. Вторая: Хэ Тяня не появляется на уроках. Да чтобы этот любимчик всех учителей и пропустил занятия? Быть не может. Наверняка опаздывает, — думает Рыжий. Придёт. Куда он денется! И как дурак ждёт его в библиотеке после уроков. Но Хэ Тянь не приходит, и Рыжий в абсолютно говняном настроении плетётся домой. Во вторник он меняет тактику. Рыжий приходит раньше и, подперев стену школы, пробегает быстрым взглядом по всем рослым брюнетам — благо таких немного — но полудурка не находит. Он и сам не понимает, зачем это делает. Получается непроизвольно. Но Хэ Тяня нет, и Рыжий, подобрав рюкзак с пола, направляется в класс. В среду он снова не появляется. Эта уёбина нарисовывается в четверг. Снова проходит мимо, даже не соизволив поздороваться. Не удостоив взглядом. Ну и пожалуйста! Ну и катитесь к хуям! —так думает Рыжий, каждый раз, когда эта псина появляется в поле его зрения. Когда намеренно отводит взгляд. Когда машет кому-то рукой. Что-то в этот день необъяснимо меняется, что-то, что Рыжему не нравится от слова совсем. Он толком не успевает это обдумать, как в его внутренний диалог с самим собой внезапно встревает какой-то левый чел: — Это ты Мо Гуаньшань? — тормозит он Рыжего в коридоре. — Ну я. — Вот. Хэ Тянь просил тебе передать, — и, вложив в руки Рыжего сложенную бумажку, разворачивается и уходит. Рыжий так и застывает на месте, но записку всё-таки читает: «Я уже ушёл. Встретимся завтра» И все. Ни точки в конце предложения, ни подписи, ни причинно следственных связей. Рыжий хмыкает себе под нос и чувствует, как сильно напрягается лоб от поднятых, исключительно от ахуения, бровей. Ему ведь не показалось? Хэ Тянь действительно перенёс их занятие с помощью записки и посыльного? Он не сказал об этом лично, не позвонил и не отправил сраную смс. Рыжий кидает взгляд на телефон, вдруг пропустил, но ни пропущенных сообщений, ни логики в поведении Хэ Тяня нет. Господи, он даже записку передал какому-то левому придурку, а не кому-то из своей свиты. Долбанный Хэ Тянь. Вот как у него это получается? Даже не находясь рядом, он каким-то непостижимым образом умудряется вытрепать все нервы. Идиотина!.. Рыжий насильно пытается себя убедить, что ему похуй, что завтра он этого идиота даже взглядом не удостоит, тупо забудет, как этого придурка зовут. Но всё, сука, повторяется, как будто пластинку заело. Хэ Тянь приходит в школу ко второму уроку, и Рыжий вместо того, чтобы забить замечает, что его рука забинтована. Приехали!.. А вчера тоже так было? Казалось бы, всякое могло случиться. Но Рыжий зачем-то прислушивается к себе, а внутри, мягко говоря, тревожно. На удивление. Он убеждает себя, что травма, скорее всего, бытовая. Порезался, когда открывал банку с консервами. Или когда попытался самолично приготовить пожрать. Невозможно вечно питаться бич-пакетами. Но чем больше Рыжий об этом размышляет, тем чаще всплывают картинки, которые он старался забыть: вот Хэ Тянь машет ему окровавленной рукой, после разборок с местной гопотой, а позже медсестра обрабатывает и зашивает рану. У него в глазах моментально темнеет. И не только в воспоминаниях. Что же могло произойти? Он задается этим вопросом весь четверг. Смотрит на забинтованную руку Хэ Тяня во время их дополнительного урока. Не сдерживается. Бросает, не глядя: — Что с рукой? — и пытается придать голосу максимального равнодушия. На что получает в ответ такое же безэмоциональное: — Ничего. Рыжий умеет читать между строк. Он не дурак. Это «ничего» означает: «не твоего ума дела». Или: «отвали». Больше эту тему он не поднимает и благополучно забывает и об этом разговоре, и о Хэ Тяне на все выходные. Слишком много дел. Но как только он переступает порог школы, кошмар повторяется. Рыжий словно попал в бесконечный день сурка. И это отстойно. Вся ситуация бесит настолько, что Рыжий всё чаще ловит себя на мысли, что его нихера не устраивает подобный расклад. Было бы намного проще, если бы Хэ Тянь прекратил играть в молчанку и строить из себя обиженку. В натуре, как девчонка! Неужели его так задели слова, брошенные пару недель назад? Да нет. Быть того не может. Что конкретно он ему наговорил, Рыжий помнит смутно, но он ведь и раньше не особо следил за своими выражениями. В обществе этого придурка — тем более. Что только не приходилось выслушивать Хэ Тяню. Вспомнить хотя бы тот случай, когда он купил ему сэндвич, а Рыжий так психанул, что наговорил кучу гадостей о нём и его семье. Тогда-то ему и прилетело в солнышко, кстати, вполне заслужено. Будь он на месте Хэ Тяня, то одним ударом в грудь точно бы не ограничился. Но даже после того случая Хэ Тянь оставался собой: дружелюбная улыбка, рука на плече, ну вы поняли. А сейчас что? Если объективно оценивать ситуацию, то да — оба не правы. Рыжий не исключение. Он и сам это понимает, но вслух никогда не признается. Вдалбливает себе в голову, что так намного лучше и почти выдыхает с облегчением, когда от Шэ Ли приходит сообщение. От кого: Ли-ге [12:05:26] Сегодня в кафе «Грэнни». Нужен официант. Через час. Двойной оклад. Берешься? Рыжий думает несколько секунд, прежде чем ответить. Похоже, дополнительные занятия с Хэ Тянем придётся снова перенести. Он отправляет в ответ лаконичное «да» и выходит из класса. Ищет номер говнюка в телефоне, чтобы предупредить, что планы меняются. Лишь бы с ним лицом к лицу не встречаться. Но у судьбы, видимо, своеобразное чувство юмора. Он сталкивается с Хэ Тянем почти у самого выхода из школы. Чуть ли не врезается тому в грудь. Оба останавливаются, сверлят друг друга сложным взглядом, но продолжают молчать. Рыжий нарушает затянувшуюся тишину первый: — Я это… Как раз хотел тебе сказать, что сегодня не получится встретиться. У меня тут как бы… — чешет макушку, а затем добавляет: — дела важные образовались. В ответ Хэ Тянь лишь пожимает плечами: — Хорошо, — и снова делает это. Просто проходит мимо. — Если хочешь, можем встретиться завтра. У тебя, — зачем-то выкрикивает Рыжий и моментально прикусывает язык. Хочется моментально забрать свои слова назад, а Хэ Тянь тем временем, даже не останавливается. Поднимает ладонь к верху и говорит: — Как скажешь. И произносит это так, будто ему реально плевать. Рыжий стискивает кулаки.

***

Они договариваются встретиться в субботу утром, но Хэ Тянь в последний момент переносит встречу, ссылаясь на какие-то неотложные дела. Благо Рыжий даже за порог дома выйти не успевает, иначе вмазал бы полудурку при первом же удобном случае. Вообще-то, он даже рад, что Хэ Тянь переносит встречу. Его давно не покидает абсурдная мысль, что с этим придурочным стоит поговорить. Расставить все точки над «i» и, наконец, прояснить ситуацию, которая образовалась. Если они и дальше намереваются видеться, то лучше избавиться от лишнего напряга. Но разговор с Хэ Тянем всё равно что сделка с дьяволом: фактически, что делать ты знаешь, но всё равно ужасно волнуешься. По дороге он представляет их разговор, прощупывает варианты, готовится так, как не готовился ни к одному экзамену. Но не угадывает совершенно ничего, потому что Хэ Тянь — сука! — пишет, что задержится ещё ненадолго. Настрой сбивается, настроение и без того паскудное катится вниз. Рыжий чуть ли не рычит на весь автобус, вовремя сдерживается, а потом еще около часа наворачивает круги вокруг мажорской высотки. Садится на лавку неподалеку. Хэ Тянь подковыливает к дому слегка с опозданием. Сухо интересуется: — Долго ждешь? — Нет. Только что пришел, — поднимаясь с лавки, огрызается Рыжий и ловит на себе недоверчивый взгляд Хэ Тяня. Неужели не верит?! Плевать!.. Он даже под дулом пистолета не признается, что прождал этого дятла больше часа. Атмосфера в квартире тоже оставляет желать лучшего. Хэ Тянь, сидящий вразвалочку на диване, — картина привычная. В прошлый раз он листал журнал, в этот — читает книгу. Рыжему хочется хорошенько схватить его за плечи и встряхнуть. Громко спросить: что, блядь, с тобой не так? Но он сидит. Лишь искоса посматривает на отвлеченную рожу Хэ Тяня, погрузившегося в чтение. «Наверное, книжка очень интересная», — зло цедит внутренний голос в голове. По такому сценарию проходит час. Может быть два. Рыжий не смотрит на часы, но ему кажется, что он сидит здесь, сука, вечность, а напряжение, которое витает в комнате, можно прощупать пальцами. Он не понимает: неужели это чувствует только он? Почему Хэ Тянь упорно продолжает делать вид, что его не ебёт, сложившееся положение? А если и правда не ебёт: почему не сказать об этом прямо? Мозг откровенно пухнет: то ли от навязчивых мыслей, которым ни конца, ни края не видно; то ли от логарифмов, оказавшихся за гранью его понимания. Кажется, ещё чуть-чуть, и долбанная планета сойдет с долбанной орбиты — вот, что чувствует Рыжий. Он понятия не имеет: нахера он предложил Хэ Тяню встретиться сегодня, когда себе же клятвенно пообещал больше не переступать порог этой квартиры; почему его вообще парит поведение этого утырка, словно Рыжий в чём-то виноват; почему он до сих пор молчит, когда твёрдо решил заполнить все недостающие пробелы. В голове разрывается ёбаная сирена. Рыжий реально готов уже нарушить обет молчания, он даже ручку в сторону отложил, как вдруг в дверь звонят. Он встречается взглядом с Хэ Тянем, и на секунду кажется, что его безэмоциональная каменная маска рассыпается на глазах. Нет, не кажется. Хэ Тянь действительно на короткое время теряется, словно его хитровыебанный план даёт огромную трещину. Но проходит две, может быть три, секунды и снова всё становится как прежде. Рыжий смотрит ему в спину до тех пор, пока силуэт Хэ Тяня не скрывается за закрытыми створками. Он шумно выдыхает и сильно, почти до судороги, сжимает руку в кулак. Хочет со всей дури ебануть об стол, но сдерживается. А в коридоре тем временем слышится голос ещё двоих полудурков. — Так и знал, что вы закатили вечеринку, а нас не позвали, — смеясь, произносит Цзянь И, заходя в гостиную. — Мы как раз мимо проходили, решили привнести немного красок в ваши унылые серые будни, поэтому… — театрально тянет он, доставая из пакета какую-то коробку. — Та-да-а-ам! —Настольная игра, — саркастично подмечает Хэ Тянь. — Серьёзно? — И три разных пиццы, — добавляет Цзянь И, — мы заказали по пути сюда. Поэтому отказы не принимаются. Я уже раскошелился. — С чего такая щедрость? — не унимается Хэ Тянь. — Разве мне нужны причины, чтобы провести выходные со своими друзьями? — немного театрально произносит Цзянь И, словно вопрос Хэ Тяня звучит до неприличия оскорбительно. — Да и к тому же, вы и так чуть ли не каждый день занимаетесь по несколько часов, думаю, небольшой отдых никому не повредит. — Я тогда пойду, — понижает голос Рыжий, второпях сгребая принадлежности в рюкзак, но Цзянь И хватает его за плечо, усаживая на место. — А ты куда собрался? — частит он. — Тебя это тоже касается. — Я принесу напитки, — тут же ретируется Хэ Тянь. Рыжий скидывает руку Цзяня И и подскакивает с места. Нет, он ни за какие коврижки здесь не останется. Правда уйти удаётся недалеко: Рыжий так и застревает где-то между прихожей и гостиной. Цзянь И, как пиявка цепляется и за руки, и за ноги, и за вещи. Отпускает только тогда, когда из гостиной слышится: — Цзянь И отстань от него. — Ну как же так? — недовольно мычит в ответ, но всё же проход освобождает. — Не доставляй другим проблем. Ты разве не видишь, что Мо Гуаньшаню не нравится, когда его трогают посторонние? И пока Цзянь И бормочет что-то в ответ, Рыжий останавливается. Заглядывает за плечо и встречается с пронизывающим до самых костей взглядом. Слова Хэ Тяня неприятно царапают слух: и то, как он произносит полное имя Рыжего, и то, что скрывается за его словами. Всё, что Хэ Тянь сказал и как он это сказал сделано намеренно. Рыжий не сомневается. И причины хэтяневского поведения становятся настолько очевидными, что Рыжий не сдерживается — усмехается. Неужели Хэ Тяня настолько это задело, что он решил напомнить Рыжему его же слова? Теперь понятно, где собака зарыта!.. Рыжему даже как-то легче становится, что загонялся не он один. И скинув рюкзак с плеча он подходит к Хэ Тяню настолько близко насколько это вообще возможно, учитывая, что тот держит поднос с напитками. И говорит: — Я передумал. Возможно Рыжий сошёл с ума. Слетел с катушек. И в любой другой ситуации он непременно бы наплевал на мнение Хэ Тяня и вернулся бы домой как ни в чём не бывало. Но сейчас хочется остаться. Хочется играть в игры Хэ Тяня, но по своим правилам и наблюдать, что он будет предпринимать. А он молчит. Смотрит на Рыжего словно в пустоту. Будто пытается предугадать его шаги на несколько ходов вперёд. И сколько эта игра в шахматы будет продолжаться? — Вот и отлично, — нарушает образовавшуюся тишину Цзянь И и тянет Рыжего за рукав. — Ты когда-нибудь играл в правду или наказание? — с улыбкой интересуется он, помешивая карты в колоде. — Нет. — На самом деле всё просто. Твоя главная задача выкинуть все карты, пока не кончится колода. Вот смотри, — он кладет колоду карт на стол, рядом оставив лишь одну — двойку. — Каждый по очереди берет по одной карте с верху колоды. Если карта, которую ты взял больше по значению, чем та, что лежит на столе, то ты её кладешь сверху, если меньше, то оставляешь себе и ход переходит к другому игроку. Когда колода закончится, то разыгрываются те карты, которые остались на руках. Выигрывает тот, кто первый избавляется от всех карт ну или у кого в конце партии их останется меньше всего. Так же есть несколько специальных карт чёрного цвета, благодаря которым ты можешь пропустить ход или поменять ход игры против часовой стрелки. И еще самое главное, что нужно помнить, — продолжает объяснять Цзянь И. — Самая крупная карта это десятка. Её обнулить может обычная чёрная карта с нулём. Кто обнуляет ход игры, тот и имеет право выкинуть любую карту с любой цифрой. Обнулить игру можно всего два раза. Понятно? Рыжий шумно втягивает сквозь зубы воздух, потому что ничем хорошим это не кончится. Внутренний голос кричит: беги дурак! Отправляйся домой. Прими душ. Ляг спать пораньше. Чем ты обычно занимаешься ещё? Но он продолжает игнорировать любые попытки к спасению. Цзянь И как-то по своему интерпретирует молчание Рыжего и, хлопнув его по плечу, говорит: — Не переживай, — подбадривает он. — По ходу игры разберешься. И он разбирается. Первую партию они разыгрывают достаточно быстро, в которой проигрывает Цзянь И. За это время они успевают слопать половину пиццы и выпить по банке пива. — Правда или наказание? — интересуется Хэ Тянь. — Правда, — уверенно произносит Цзянь И и вытягивает карточку с соответствующей надписью. — «Расскажите, чего хотите больше всего в жизни?» — Это ещё чё за херь? — не сдержавшись, бросает Рыжий. — А-а-а-а, забыл сказать, — давит лыбу Цзянь И. — Проигравший должен будет выбрать наказание сказать: правду или выполнить действие. — А чё, сразу предупредить типа западло было? — возмущается Рыжий. Он жопой чуял, что ждать от этих ебанатов ничего хорошего не придётся. Получите — распишитесь! — Прости, Рыжик, я забыл, — а в голосе ни намёка на сожаление. Ага! Забыл он! Как же… Если бы только Рыжий знал, хер бы подписался. — Так, так, так. Чего же я хочу больше всего на свете, — устремив взгляд к потолку, тянет Цзянь И. — Я хочу-у-у… Я хочу, чтобы нам больше не задавали домашку. Хочу найти лампу с волшебным джином, чтобы тот исполнил три моих заветных желания, а ещё хочу, чтобы день рождения было два раза в год... Рыжий не выдерживает. — Что за ебанутые желания? — едко комментирует он. — А что не так? Ты никогда не хотел найти лапму с джином? — И взгляд Цзяня И настолько растерянный, что Рыжий даже не сразу соображает, что на это ответить. Это что — какой-то новый уровень стёба? — Тогда как найдешь, проси у него, первым делом, мозгов. Явно не будут лишними. Но Цзяня, кажется, комментарий Рыжего нисколько не задевает. Он лишь равнодушно пожимает плечами и продолжает озвучивать свой тупой список «я хочу»: — Я хочу, чтобы Чжань Чжэнси всегда был рядом со мной. Но главное: я хочу, чтобы мы все вчетвером оставались друзьями и после школы, — на что Рыжий фыркает, но больше никак желания Цзяня И не комментирует. Он сосредотачивается на игре, но удача всё равно его покидает. Рыжий проигрывает. Ему даже не верится, что он вылетел в прошлый раз. — Гуань, правда или наказание. Рыжий молчит. И как тут выбрать? С одной стороны вопросы, на которые отвечать желания не возникает, с другой — задания. Но Рыжий предпочитает из двух зол меньшее. Пусть лучше он идиотом выглядит, чем расскажет о себе даже самый незначительный факт. И он, чёрт возьми, делает это. Почти ненавидит себя, потому что вообще не понимает, что происходит, и как он смог докатиться до этого дерьма. Тянется трясущейся рукой к карточке с надписью «наказание», мысленно надеясь на что-нибудь простое. — Следующие пять минут разговаривайте задом наперед. Что за бред собачий? — Это должно быть весело, — воодушевляется Цзянь И, пододвигаясь ближе. Ага, заебись, ржака. Рыжий с недовольством отшвыривает карточку на стол. — Идите в жопу. Не собираюсь я этого делать. — Если ты отказываешься, тогда мы должны посовещаться, чтобы придумать тебе достойное наказание. — Онда-а-ал. Тов, — рычит Рыжий, а следующее предложение говорит медленно, по буквам, стараясь не сбиться. И чувствует, как лицо реально горит. — Я л-а-л-е-д-с отэ. Ыв ы-н-ь-л-о-в-о-д, и-к-р-ы-т-у? Повисает пауза, от которой становится не по себе. Они несколько секунд переглядываются между собой, а затем, словно по команде начинают откровенно ржать. Даже иррациональный Чжань Чжэнси не выдерживает. На мгновение, кажется, что тот вытирает накатившие от смеха слёзы. А вот Рыжему, блядь, хочется провалиться сквозь землю. Единственное, что он чувствует, как кровь приливает к лицу. Он поспешно закрывает его руками, стараясь на этих идиотов не смотреть, не дышать, вообще никак не провоцировать. Слегка успокоившись, Цзянь И произносит первым: — Давно я так не смеялся. Скажи ещё что-нибудь, — просит он. — Иди в… — рычит Рыжий, и с помощью среднего пальца наглядно показывает, куда держать направление. Цзянь И быстро переключает внимание. Они разыгрывают партию за партией. Рыжий проигрывает и третью, и четвертую. Он клянется, что если проиграет снова, то это будет его последняя игра, но — о чудо! — проигрывает Чжань Чжэнси. — Вы имеете право отказаться от этого задания, — читает вслух он и пожимает плечами. — Почему-то я даже не удивлён, — вздыхает Цзянь И. Они решают сыграть ещё и на этот раз продувает Хэ Тянь. Кажется, впервые за весь грёбаный вечер. — Снимите с себя три любые вещи, — равнодушно произносит он, зачитывая карточку с наказанием. — А игра становится всё интересней и интересней, — заинтригованно тянет Цзянь И, легонечко похлопывая в ладоши. Хэ Тянь даже слова поперёк не произносит. Рыжий пытается мысленно подсчитать, что на нём останется, если он снимет три вещи. Этот придурок даже тапочки не носит. Но Хэ Тяня, кажется, ни задание, ни загоны Рыжего нисколечко не волнуют, словно раздеваться при посторонних для него дело привычное. Странное чувство: раздевается Хэ Тянь, а провалиться сквозь землю от стыда хочется именно Рыжему. Это так и должно быть? — Погоди, — останавливает он Хэ Тяня, когда тот намыливается снять с себя футболку. — Ты реально собрался раздеваться? — А что такое? Это же всего лишь игра. Если я тебя так смущаю, то можешь отвернуться. Рыжий, собственно, и без его советов собирался это сделать, но стоит Хэ Тяню стянуть футболку, как его взгляд непроизвольно цепляется за голый торс. Кажется, что каждое движение этого полудурка Рыжий записывает в своей голове, словно на старую киноплёнку: он смотрит на лицо Хэ Тяня, на его прикрытые глаза, на то, как волосы небрежно падают на лицо. Любое действие Хэ Тяня непроизвольно вызывает в Рыжем странный отклик — в груди что-то нечаянно ёкает. Он чувствует, как напрягается тело и становится горячим лицо, знает, что из одежды на Хэ Тянет не осталось ничего кроме боксёрок, но, блядь, не отворачивается. И лишь потом замечает, как Хэ Тянь медленно стягивает с большого пальца левой руки кольцо, а потом перехватывает взгляд Рыжего. Усмехается краем рта. И от его взгляда и улыбки пробирает до костей. Рыжий резко выдыхает. Отворачивается. Когда-нибудь он обязательно научится адаптироваться под окружающую среду, как чёртов хамелеон. Так, чтобы не видно, не слышно. А пока... Остаток вечера проходит без лишних эмоциональных всплесков, чему Рыжий несказанно рад. Они заканчивают играть ближе к полуночи. Он проигрывает ещё несколько раз. Впрочем, под конец вечера он успевает с этим смириться. В конечном итоге, бесспорным победителем по мнению большинства оказался Чжань Чжанси, как игрок с малым количеством проигрышей. —А раз так, — никак не угомонившись, продолжает Цзянь И, — тогда исполним желание победителя. Я знаю, что Чжань Сиси очень хочет посетить ярмарку на будущей недели. — Правда? — с каким-то наигранно-удивленным тоном произносит Хэ Тянь. — А по моему это ты, а не Чжань Чжэнси говорит про эту дурацкую ярмарку при каждой возможности. — Хэ Тянь, во первых, никакая она не дурацкая. А во вторых, я лучший друг Чжань Сиси и я лучше знаю, чего он хочет. — Единственное, что ты знаешь, как из него верёвки вить. — А вот и неправда! Сиси, скажи, что он не прав! — Он не прав, — на автомате, хоть и с набитым пиццой ртом, отвечает Чжань Чжэнси, даже не повернувшись к ним лицом. — Слышал? — победным тоном отзывается Цзянь И, обращаюсь к Хэ Тяню. А тот только головой качает. А Рыжий смотрит на них и не понимает, что он тут, оплот адекватности, делает?.. Он, наверное, никогда не признает этого вслух, но если отбросить в сторону до невозможности тупорылые задания, бесконечный трёп Цзяня И, невозмутимое лицо Хэ Тяня, то в целом вечер прошёл неплохо. Рыжий соврёт, если скажет обратное. Правда, кое-что так и осталось не разрешённым. Пока Цзянь И и Чжань Чженси о чём-то громко спорят в коридоре, Рыжий замечает уставшее лицо Хэ Тяня и бардак на столе, который они оставили после себя. Он молча подходит к столу и начинает собирать коробки. — Я сам, — не глядя на него, бросает Хэ Тянь. — Можешь идти домой. И стоп-кран, который всё это время сдерживал Рыжего, наконец, срывается. — Тебе не надоело ещё? — Ты о чём? — Дурачком не прикидывайся! Или ты реально думаешь, что я не заметил, как ты игнорил меня всю неделю? Хэ Тянь выдерживает короткую паузу, но всё равно говорит: — По моему, если мне не изменяет память, то именно ты мне ясно дал понять, что мы не друзья и что я создаю тебе проблемы. Окей. Понял. Принял. Отъебался. Но и теперь тебя что-то не устраивает. — Слушай, — на короткое мгновение взрывается Рыжий, но быстро подавляет растущее внутри раздражение. — Давай забьемся: ты прекращаешь меня игнорировать и смотреть, как на пустое место, а я, так уж и быть, постараюсь быть сдержаннее. Просто не беси меня! Хэ Тянь сначала молчит, а потом выдаёт то, что Рыжий совсем не ожидает услышать: — Я никогда не смотрел на тебя, как на пустое место. Рыжий теряется. Хочет что-то сказать, но слова будто к горлу приклеиваются. — Но тот факт, что ты меня игнорил ты не отрицаешь, — наконец, выдавливает из себя он. Хэ Тянь в ответ молчит. Лишь улыбается, или Рыжему кажется, что улыбается, одними глазами. Да. Игнорил. Прости, — вот что видит в них Рыжий. Или он снова сходит с ума и выдаёт желаемое за действительное?!.. К черту! Он сгребает грязную посуду в раковину, включает горячую воду, но Хэ Тянь говорит: — Тебе правда не нужно. Завтра всё равно придёт домработница. Рыжий выключает воду и направляется к выходу. Ну не нужно — так не нужно. — Тогда я пошел. И да, если я был где-то не прав, то забили, лады? Он не ждёт, что Хэ Тянь что-то ответит, потому что боится получить ответ, который ему не понравится. И уже подходит к лифту, когда за спиной раздаётся: — Лады!.. Ещё одно странное чувство за сегодня: удивительно, но когда Хэ Тянь кричит ему в спину, Рыжий не ощущает злости – лишь облегчение.