Часть 39
3 июля 2018 г., 20:11
Пак, проснувшись утром, сразу замечает сообщение. Он вздыхает и, поднимаясь, идёт собираться. Конечно, кинуть Юнги так просто после всего этого и просто уехать к своей бывшей в Сеул — самое ужасное, что сейчас может быть, но, с другой стороны, Сюин в положении, и Юнги об это знает. Чимин вздохнул, допивая свой кофе и моя за собой кружку; внутри все сдавливало, создавая ужасно неприятные ощущения.
Юнги проснулся, когда услышал грохот посуды и почувствовал холод рядом с собой. Он поднялся и, выйдя на кухню, сразу обнял Чимина, улыбаясь немного, но, чувствуя холод и странное состояние Пака, сразу отстранился.
— Чимин-а? Что случилось, ты… Странный. И куда ты собрался? — Он хмурится немного.
— Юнги, мне нужно уехать. Сюин плохо. — Он кусает губу и опускает взгляд. — Я уже забронировал билеты до Сеула. Прости меня. — Он сам обнимает Мина крепко, прижимаясь.
У Юнги от его слов сжимается сердце, а в горле медленно нарастает ком, который неприятно давит на кадык и почти полностью лишает возможности дышать.
— Хорошо, Минни, я отвезу тебя домой, чтобы ты собрал вещи, а потом в аэропорт. Но, позволь, я поеду с тобой. Все равно у меня и квартира совсем рядом, да и надоело уже здесь, хочется на родину. — Мин поглаживает его по спине.
— Ладно. — Чимин кивнул. — Мой рейс на 22:45. — Он улыбнулся и, поцеловав Юнги в щеку, увильнул обуваться.
Юнги, не скрывая улыбки, прошёл на ним. Было приятно понимать, что Чимин больше не отталкивает его так сильно, как раньше, и теперь даже сам делает маленькие шажки, чтобы что-то получить. Мин хочет сейчас поцеловать эти пухлые розовые губки со вкусом ягод, но нет, слишком рано, Юнги не даст ложных надежд.
Они выходят из дома и садится в машину, где Чимин, разместившись на заднем сиденье, засыпает. Он спит всю дорогу, просыпаясь лишь тогда, когда они приезжают к дому.
Пак быстро собирает все вещи, пока деньги, которые остались от аренды квартиры, перечисляют ему на карту. Рыжий перед выходом оглядывается и, вздыхая, спускается к Юнги, который оставался ждать в машине. Чимин сел, пристегиваясь.
— Готов? — Тихо спрашивает Юнги.
— Готов. — Так же тихо отвечает Чимин.
***
В самолёте Пак держит Юнги за руку, поглаживая нежную кожу большим пальцем и улыбаясь. Юнги же просто любуется этим чудом, понимая: Чимин уже слишком родной, Чимин уже слишком его. Пак ведь совсем ребёнок, если так посадить. И Юнги любит этого ребёнка безумно, поэтому при каждом взгляде на него, улыбка становится все шире, а любовь — все сильнее. Юнги наклоняется и прижимается губами к виску младшего, находясь так какое-то время. Спокойно. С Чимином действительно спокойно, с Чимином действительно хорошо, с Чимином действительно приятно. Приятно проводить все свободное время, что есть, хоть и его почти нет, но каждый день, каждый момент рядом с Паком приносят Мину невъебическое удовольствие. Чимин смеётся тихо, его плечи дрожат от этого, как и губы, и Юнги сейчас слишком хочется коснуться их, смять своими, покусать, провести по ним языком и просто никогда не отпускать. Чимин замирает, чувствуя, как вместе с ним замирает и его сердце. Все слишком запутанно, но Юнги слишком родной, чтобы отталкивать его даже сейчас. Пак слишком долго бегал когда-то, и теперь бегать совершенно не хочется. Прилетев в Сеул, Чимин улыбается. Они берут такси и едут в город, чтобы, для начала перекусить, а потом уже и поехать в их дом. В дом, в котором все начиналось. В дом, который, по сути сделал их ближе благодаря своим тонким стенам, благодаря арендаторам. Дорога до ближайшего кафе практически не занимает времени, потому что в машине Пак засыпает, а Юнги слишком долго залипает на него. Пак выходит и потягивается; его немного знобит. В Сеуле куда холоднее, даже несмотря на то, что лето в самом разгаре, даже дождик мелкий капает. — Юнги! — Смеется Пак, когда тот пихает его в бок и что-то бурчит. — Ну затекло все сидеть. — Возмущается он, заходя в кафе. Конечно, это не сравнится с их рестораном, о котором Пак вспоминает только сейчас. И о Минки и о свадьбе его сестры, о том, что пообещал прийти. Он кусает губу и обещает себе написать тонсэну, извинится и рассказать всю ситуацию. Конечно, он получит в свой адрес кучу нотаций, будто не он здесь хен, но Пака это не заденет, в конце концов, он действительно обещал. Поев, они едут домой. Юнги понимает: жить с Чимином так рядом потрясно. Можно видеть его чаще, можно даже на ночь забирать и целовать его долго-долго, но не сейчас, когда Пак окончательно станет его. А Чимин смотрит на Юнги, на его улыбку во время каких-то раздумий, и улыбается сам.***
— Почему ты так долго? — Первое, что слышит Чимин, зайдя в свою же квартиру и тут же жалея, что дал Сюин ключи когда-то. — Извини, мы заехали поесть. — Пак вздыхает, ставя сумку на под и думая о Юнги, о его спасении, что сейчас за тонкой стеной, так близко. — Мы? — Сюин поднимает брови. — Юнги поехал с тобой? — Она явно недовольна этим, а Пака это бесит. И если бы Сю не была от него беременна, он бы даже не приехал, но сейчас Парень чувствует вину перед Ким, поэтому терпит не грубый тон и, кажающийся сейчас слишком противным, тонкий голосок. — Мы. Да, он приехал со мной. — Стараясь спокойно, на выдохе отвечает он. — А теперь, Пак Чимин, послушай меня внимательно. — Она хмыкнула. — Либо твой Юнги сейчас собирает вещи и сваливает из этой квартиры к своей ненаглядной женушке, либо я делаю аборт. И не будет у нас ребёнка. И вообще ничего не будет. Выбор за тобой, мой милый Минни. — Сюин разворачивается и уходит, к Пак остаётся один наедине со своими мыслями. С одной стороны ему действительно хочется послать девушку сейчас далеко и надолго, но с другой… Парень безумно хочет, чтобы на свет появился его малыш. Он выдыхает и, развернувшись, выходит из квартиры, направляясь в соседнюю. Юнги встречает его объятиями и вкусным зелёным чаем с Мятой. С Мятой, которой пахнет от самого Юнги, так приятно и нежно. — Юнги. Тебе надо уехать. Сейчас. — Вдруг говорит Чимин. — Извини. Я… Я просто не могу так, хорошо? — Пак обнимает его, утаивая причину просьбы. — Мы будем вместе. — Врет Он. — Но не сейчас, хорошо? Тебя ждёт ресторан дома, Минки, и Суран. Пожалуйста, поезжай туда. Я обязательно вернусь, или ты возвращайся. Ладно? — Он смотрит Юнги в глаза, а внутри его что-то медленно рушится. Что-то, что обратно будет уже не собрать. — Конечно, Минни. — - На удивление слишком спокойно отвечает Юнги. — Я приеду сам. Я разведусь с Суран и вернусь к тебе, хорошо? — Юнги гладит его по щеке, хотя у самого все внутри сводит нещадно больно. — Да. — Чимин кивает и идёт к выходу. — Я люблю тебя. — Только и шепчет он, но Юнги не слышит, а когда дверь закрывается, в губ Пака слетает тихое «прощай» Кажется, они это уже проходили.
