Шаг к доверию

Специальный агент Питер Берк смотрел, как дверь открылась с автоматическим щелчком. Здесь, в зале для свиданий, было очень шумно. В колонии для несовершеннолетних было много детей, и сейчас некоторые из них сидели вместе с посетителями за столами, рассредоточенными по всему залу. Одна женщина рыдала навзрыд, глядя на мальчика, сидящего напротив нее в оранжевом комбинезоне. Мальчик был ее точной копией. Питера направили за самый дальний стол от двери. Сотрудник исправительного учреждения жестом пригласил его сесть и принялся объяснять ситуацию. -Мы пытались связаться с его родителями или опекунами. Мы пока никого не нашли. Он не звонил ни им, ни адвокату, говорит, что у него никого нет. Предварительное слушание по его делу через два дня. Вы говорили с социальным работником? Она придет вместе с Кэффри, когда вы захотите побеседовать с ним. Питер кивнул. Он говорил с этой женщиной в течение нескольких минут перед поездкой в колонию. По телефону у него сложилось впечатление, что она не заинтересована в том, чтобы помочь мальчику. Но она не препятствовала его разговору с несовершеннолетним преступником, что было на руку Питеру. Ему действительно нужно было вытянуть хоть что-нибудь из этого подростка. -О чем еще мне нужно знать? – спросил Питер. -В общем-то, это все. Он ввязался в драку с какими-то панками вчера, во время ланча, но он в порядке. Питер кивнул, и мужчина ушел, чтобы привести заключенного. Питеру не верилось, что он на самом деле находился в колонии. Работая в отделе «Белого воротничка», он никогда не думал, что ему придется иметь дело с преступником-подростком. Кто-нибудь когда-нибудь слышал о подростке-фальсификаторе и мошеннике? Через несколько минут дверь перед ним открылась, и тот же сотрудник вернулся с подростком в оранжевом комбинезоне и женщиной, которая, как предполагал Питер, была Карли Джексон, социальной сотрудницей. Нил Кэффри был невысок для своих пятнадцати лет. У него были волнистые темные волосы, немного жирноватые и спадающие на лицо с боков, но в остальном он выглядел превосходно. Питер никогда еще не видел таких ярких голубых глаз. Его походка была слегка неуклюжей, и на руке у него был большой синяк, но когда он сел напротив Питера, то одарил его невероятно обезоруживающей улыбкой. Мисс Джексон села рядом с мальчиком, достаточно далеко, чтобы не касаться его. -Я Питер Берк, из ФБР. Я работаю в нью-йоркском отделе «Белого воротничка», - он положил свой значок перед собой. – А ты Нил Кэффри, юный преступник, верно? Кэффри посмотрел на Питера, и его улыбка стала еще шире, когда он неожиданно решил, что агент ему нравится. -Предполагаемый юный преступник, - поправил он. -Хватит молоть чепуху, Кэффри. Тебя поймали с поличным. На том складе при тебе были украденные и подделанные картины. -Но вы ведь не можете доказать, подделал их я или кто-то другой, - ответил Нил. -Мы все еще можем привлечь тебя за хранение краденого. Неужели ты думаешь, что я ничего не найду, чтобы добавить тебе еще и обвинение в подделке? – спросил Питер. Паренек даже не потрудился ответить. Он разглядывал значок агента так, словно проверял его на подлинность. -Я никогда раньше не встречал федерального агента, - сказал он, отдав значок обратно. -Я думаю, что у большинства пятнадцатилеток не было повода знакомиться с ними. -Но я ведь не похож на большинство пятнадцатилеток, - на лице Кэффри просияла улыбка. Питер видел, что этот малый умеет менять тему, а еще он хороший лжец. А еще он был умен. Берку нравились умные. Питер открыл файлы, которые принес с собой, и зачитал: - «Нил Кэффри, пятнадцать лет. Мать умерла четыре года назад, отец умер тринадцать лет назад. Родился в Нью-Джерси. Других родственников нет, кроме сестры матери, которая живет с мужем и двумя детьми». Он поднял голову и обнаружил, что Кэффри смотрит прямо на него. Казалось, он внимательно слушает, чтобы узнать, если в файлах что-то такое, что он может опровергнуть или выгодно использовать. -Похоже, ты какое-то время жил в Нью-Йорке сам, - продолжил Питер, - о тебе нет никаких сведений за три года, по меньшей мере, и ты не ходил в школу. Только один раз тебя поймали во время кражи в магазине, и после недели в колонии отправили в приют. Тебе было двенадцать. Они не смогли найти никаких родственников, но это не имело значения, потому что ты сбежал через день. Ты годами числился в списке пропавших детей, повсюду висели объявления и плакаты в течение нескольких лет, но никто не видел и не слышал о тебе. Как тебе удалось скрываться так долго? Нил пожал плечами: -Удача и много обаяния, конечно же, агент Берк. Питер вздохнул. Очевидно, таким путем он ничего не добьется от парня. Поэтому он попробовал другой способ. -Кэффри, ты ведь знаешь, зачем я здесь, правда? Нил поднял брови, моргнул и правдиво ответил: -Вы хотите, чтобы я предоставил вам информацию о кражах предметов искусства и мошенничествах, которые происходили в течение последнего полугода, по меньшей мере. -Да, - подтвердил Питер, тоже решив быть честным с ним. - На самом деле, ты наша единственная зацепка в этом деле. Мы никогда не были так близко к этому прежде, а я работаю над этим уже в течение двух лет. Мне нужно, чтобы ты помог мне поймать того, кто за этим стоит, потому что я ни на секунду не поверю, что передо мной – талантливый подросток, способный провернуть все это в одиночку. Кэффри уставился на него с видом оскорбленного достоинства. -Вы меня обижаете, агент Берк. Возможно, вы просто не хотите думать, что я настолько хорош. -О, я не сомневаюсь, что ты хорош. Но это сложная работа для кого-то в твоем положении. Парень, казалось, что-то обдумывал несколько секунд, прежде чем ответить. -Мне нечего вам сказать, агент Берк, - медленно произнес он. – Я просто был не в том месте не в то время. Эти украденные картины попали ко мне случайно. -А как насчет подделок? Поведение Кэффри мгновенно изменилось. -Они просто шедевральны, вам так не кажется? – самодовольно спросил он. -Скажи мне, что ты этого не делал, - настаивал Питер. -Я этого не делал? - Нил пожал плечами. - Черт возьми, Кэффри, - пробурчал Питер себе под нос, встал и принялся ходить туда-сюда перед столом. Он снова взглянул на мальчишку. Он был умен, слишком умен для своего же блага. Было в нем что-то такое… Питер хотел помочь ему, но не мог. Он не мог просто так помочь, не получив ничего взамен. В конце-концов, парень был мошенником. Преступником. Ему нельзя доверять. -Тебя посадят. Ты пробудешь здесь, пока тебе не исполнится восемнадцать. Ты знаешь это? -Да, я в курсе, - ответил Нил и отвернулся. -И ты все равно ничего мне не расскажешь? Нил посмотрел на свои ладони и ушибленную руку. Несмотря на все его страхи остаться в этом месте, он не был готов пойти против человека, поджидавшего его на воле. -К сожалению, нет, - тихо ответил он, избегая взгляда Питера. Агент бросил еще один взгляд на него, а потом повернулся к социальному работнику. -Мисс Джексон, думаю, это все. Она поднялась, чтобы пожать ему руку, и пошла сообщить охраннику, что разговор окончен. Нил встал, и Питер заметил, как он вздрогнул, оглянувшись на коридор, заполненный заключенными в оранжевых комбинезонах. «Эти ребята уже не выглядят детьми» - подумал Берк, проследив за взглядом Кэффри. У некоторых уже появилась щетина, и большинство ходили с татуировками. По сравнению с этими парнями Кэффри казался невинным ребенком. Он не должен был быть в этом месте. -Подожди, - крикнул Питер, когда Нил пошел к двери. Подросток обернулся и вопросительно поднял брови. -Просто… - он остановился, не находя слов, - будь осторожен, Кэффри. -Со мной все будет в порядке, агент Берк. Со мной всегда все в порядке, - он послал Питеру очередную ослепительную улыбку и уверенно пошел к общей толпе, ожидая окончания часа свиданий. Как только Нил убедился в том, что агент Берк покинул зал, он постарался двигаться как можно быстрее к выходу, стараясь не толкать других ребят. Он все время думал о том, насколько некоторые из них крупные и опасные. Все заключенные должны были стоять после окончания часа свиданий в общем зале, ожидая, когда охрана отведет их обратно в камеры. Нил видел Келлера и его прихвостней с левой стороны зала. Они смотрели на него. Он отвернулся и продолжил свой путь в конец зала. Оставалось еще десять минут до того, как их заберут обратно в камеры, а он не хотел повторения вчерашней драки. Четыре здоровяка напали на него во время ланча, забрали еду и избивали до тех пор, пока охранники наконец не удосужились вмешаться. Они решили, что его не сильно побили, и вместо лазарета отправили обратно в камеру. Это было нечестно. У него не было шансов против четырех громил. Его руки сами сжались в кулаки, когда он подумал об этом. Возможно, он не выглядел побитым, и крови не было, но у него все болело. Он не собирался никому в этом признаваться, но болеутоляющее прошлой ночью было бы поистине манной небесной. Он дошел до конца коридора и начал думать о недавнем визите. Питер Берк казался компетентным агентом. Хотя сам он редко был честным, Нилу понравилась честность и решительность в глазах Питера. Но он правильно сделал, что не помог агенту. Как говорил Моззи, «ни одному галстуку нельзя доверять». Нил не был уверен, что Берк вытащит его отсюда, даже если он поможет в деле. Ему не нужно было снисхождение судьи, ему нужно было навсегда выбраться из этого места. Он не мог рисковать, сказав правду, и ничего не получив взамен. Он все еще думал над этим, когда заметил Келлера и еще двух парней, приближающихся к нему. О, нет... Он повернулся, чтобы посмотреть на часы на стене. Пять минут осталось. Великолепно. Достаточно времени, чтобы избить кого-нибудь. Как только Нил понял, что не сможет уйти, он просто не мог думать. С каждой секундой его дыхание ускорялось, он чувствовал, как потеют ладони, и слышал, как стучало в висках. Он не знал, сможет ли он еще сдерживаться. Он должен был выбраться отсюда. Он попытался позвать охранника, когда один из самых больших парней схватил его за плечи. Он пытался выровнять дыхание. Последнее, о чем он подумал прежде, чем его накрыла волна боли и темноты, - то, что Моззи лучше поторопиться со своим планом, потому что он не сможет долго продержаться.