Разрешите связать с вами всю свою дальнейшую жизнь

***

      Обморочное состояние одного из самых лучших и мировых нейрохирургов заставило всех всполошиться, в особенности Олега Брагина, который с тихим ужасом наблюдал за всем происходящим в операционной. Будто в замедленном кадре фильма ужасов, недавнее зрелище застыло у него перед глазам. Его любимая жена в свободном полете, а затем тяжёлое приземление на пол. Он даже понять ничего не успел: в одно мгновение она стояла у стола бодрая и радостная, что смогла филигранно удалить столь сложную опухоль, а в следующее, уже лежала на полу без сознания. Учитывая, что пациент всё ещё находился на операционном столе под наркозом, пришлось довольствоваться помощью других. Он никак сейчас не мог бросить своего пациента на произвол судьбы, поэтому пришлось рассчитывать на помощь Куликова, который, закончив свою часть операции, быстро всё организовал. Марину ловко погрузили на каталку, отвезли в палату и поставили капельницу с глюкозой. Буквально через полчаса, Сергей заверил Олега, что с Мариной уже всё хорошо, и она мирно спит. Это подтверждение должно было успокоить его разбушевавшуюся фантазию, но мозг продолжал рисовать неутешительные прогнозы. Наверное, это прерогатива хирурга, всегда представлять самые худшие варианты. Дело в том, что обмороки были Марине вовсе не свойственны. Поэтому этот заставил задуматься и забеспокоиться. А вдруг она неизлечимо больна? Он никак не может её потерять, когда лишь недавно обрёл. Сергей, видя взволнованное состояние друга и коллеги, предложил свою помощь. Передав пациента в надёжные руки, Олег резко сорвал с себя хирургическую одежду и, швырнув её куда-то в сторону, помчался в сторону палат. — Нин, где она? — закричал он в сердцах, увидев боевую подругу, нервно перебирающую навалившиеся карточки на столе. Её руки дрожали и становилось очевидно, что Дубровская была чем-то сильно обеспокоена. Будешь здесь спокойной, при виде бессознательной близкой подруги, каталка с которой вихрем пронеслась мимо неё в сторону четырнадцатой палаты. Невозможно. Спокойствие моментально улетучилось. — В четырнадцатой палате, Михалыч. Ты только не волнуйся, всё хорошо будет. — Спасибо, разберусь.— Олег махнул рукой вперед, и моментально скрылся за поворотом. — Вот дела, мамочки, мои, — запричитала Нина, схватившись руками за голову. Он ведь не переживёт, если с Мариной что-нибудь случится. Только всё наладилось, и вот, те на. Нина продолжила рассортировывать навалившиеся на стол карточки. Неужели так трудно навести и поддерживать порядок на рабочем месте? Почему она должна всем этим заниматься, ей и так обязанностей хватает по горло. Еще и обморок Марины никак не выходил у неё из головы. Добравшись до нужной палаты, Олег долго стоял возле двери, пытаясь привести дыхание в норму. Сквозь стеклянную загородку можно было хорошо разглядеть мирно посапывающий женский силуэт. По всем имеющимся признакам, не было ни малейшего повода для беспокойства, но у Олега, из головы никак не выходило недавнее происшествие. Самое ужасное, он ничего не мог предпринять за имением пациента на операционном столе, жизнь которого, Марина помогла спасти. Просто беспомощно стоял и смотрел, как его жену погружают на каталку и вывозят из операционной. Благо, проницательность Сергея помогла ему оставить пациента в надежных руках, и добраться до палаты жены. Успокоив своё разбушевавшееся сердце, которое колотилось невыносимо сильно, рискуя выпрыгнуть из груди, Олег тихонько отворил дверь и вошёл в палату. Присев на край больничной кровати, мужчина нежно провел рукой вдоль её спящего лица, и улыбнулся. — Маленькая моя, как же ты меня напугала. Думал поседею, увидев тебя на полу в операционной без сознания. Что же с тобой случилось? — подперев рукой подбородок, Олег задумался о возможной причине её обморока, не замечая, что обьект его обожания начала потихоньку пробуждаться. — Олег, — протянула Марина спросонья, нежно касаясь его руки, тем самым, привлекая его внимание. Полностью сосредоточившись на своей жене, Олег наклонился к её лицу и мягко поцеловал в уголок губ: — Чего ж ты так пугаешь, то? Я уже старенький для таких сильных потрясений. — На его лице появилась фирменная ухмылочка. — Что случилось? — Марина протерла глаза, пытаясь отогнать от себя последние остатки сна. — Ты ничего не помнишь? — поинтересовался Олег, бережно поглаживая рукой её плечо. По её телу моментально разнеслась приятная нега. Его нежные прикосновения всегда действовали на неё магическим образом. — Не особо. По правде говоря, всё как в тумане. Ну, что же всё-таки случилось? На тебе лица нет. — Марина моментально заметила осунувшееся лицо и подавленное состояние мужа. — А произошло то, что ты упала в обморок во время операции. Пришлось просить Сергея отвезти тебя в палату. Я сам не мог, в связи с нашим пациентом. Думал поседею, честное слово. Больше так меня не пугай. — Олег томно выдохнул, прижавшись лбом к её руке. — Кстати, как там наш пациент? — поинтересовалась Марина, а Олега меньше всего интересовал их пациент, самое главное — здоровье и благополучие его любимой жены. — Мариш, сейчас меня меньше всего волнует состояние нашего пациента. Между прочим, жить будет. Но не об этом сейчас речь. Ты ничего не хочешь мне сказать? — Олег поднял свою голову, и вопросительно приподнял свою бровь в ожидании ответа. — А, что ты хочешь от меня услышать? Обморок, говоришь? Наверное переутомилась, вперемешку с духотой в операционной, вот и весь анамнез. Тебе бы этого не знать. Что ты в самом деле? — Брагина слегка приподнялась на кровати, и удивленно посмотрела на мужа. — Ты мне зубы не заговаривай, доктор Брагина. Мы с тобой прекрасно знаем, что обмороки тебе вовсе не свойственны. Поэтому, я хочу докапаться до истинной причины этого обморока, — не успел Олег озвучить свои намерения, как в палату вошла Таня, лучезарно улыбаясь. — Ой, Олег Михайлович, как хорошо, что и вы здесь. — Таня радостно воскликнула, держа в руках заветный листок с результатами анализа крови. Она застенчиво стояла посреди палаты, понимая, что нарушила личный момент между супругами, но эта новость обрадует их ещё больше. — А где я, собственно, должен быть, Танюша? И перестань так заразительно улыбаться. Что ты там прячешь? — Олег недоуменно посмотрел на Таню, которая явно вела себя весьма подозрительно. — Я имею в виду, я рада, что вы здесь вдвоём. У меня для вас радостная новость. Выяснилась причина обморока Марины Владимировны. — Таня загадочно произнесла, хлопая ресницами. — Ну, не томи, Танюш, — Олег нервно потирал вспотевшие от волнения руки, в ожидании вердикта. Судя по её радостному лицу, всё было не так уж плохо. — В общем, хочу принести свои поздравления. Вы беременны, примерно 2-3 недели. — Таня оповестила супругов, добродушно улыбаясь. Марина, наверное, не до конца осознав суть сказанных слов, застыла на месте. — Чего? — воскликнул Олег, не до конца осознав суть услышанного. Через несколько мгновений улыбка озарила его лицо. Слава богу, всё в порядке. Более чем. Это наверное самая лучшая новость за сегодняшний день. — Я имею в виду, Марина Владимировна беременна, но и вас, это тоже напрямую касается. — Таня усмехнулась, протягивая ему бумажку с результатами анализов. — Танюш, я вообще-то понятливый, только с виду такой дурачок, — радостно воскликнул Олег ей вдогонку, а затем с глубокой любовью и нежностью посмотрел на жену, и заключил в крепкие и теплые объятья. — Маринка моя, ты слышала? У нас ребёнок будет. Всё, с этого момента никаких переутомлений и долгих операций. Теперь тебе нужно не только о себе думать. Я уж об этом позабочусь. — запричитал Олег, предъявляя свои требования, но у Марины, видимо, были совсем другие соображения на этот счёт. — Начинается, — Марина демонстративно закатила глаза, от проявления гиперопеки над ней со стороны мужа. — Олег, я беременна, а не инвалид. К тому же, срок ещё довольно маленький, я в состоянии работать и даже оперировать. Представляешь? — Марина покачала головой, не пытаясь скрыть своей лучезарной улыбки. Видимо их парижский медовый месяц пошёл им на пользу. Беременна. До сих пор не верилось, что ей это так легко удалось. В её то значительном возрасте. Хотя, если учитывать двух-трехнедельный срок, получается ребенок был зачат ещё задолго до первой брачной ночи — в Москве. Интересное кино. Они даже толком не старались, но это произошло. Вот так, по воле судьбы. Неужели, все препятствия и испытания остались позади? Эта беременность озменовывала начало нового этапа в их семейной жизни. — Олег, тут такой дело, — решение после утренего разовора в кабинете Зименской пришло само собой. — Зименская предложила мне должность главврача. Она уходит на повышение в Министерство и, как ты понимаешь, её место остаётся вакантным. — И ты согласилась? — Олег вопросительно на неё посмотрел, в его карих глазах читалось легкое недоумение. — Нет, конечно. За кого ты меня принимаешь? — Марина слегка повысила голос, но тут же успокоилась и продолжила. — Я ей сказала, что должна сперва посоветоваться с тобой. Вот я и советуюсь, — блондинка пристально посмотрела на мужа, ожидая его реакцию. — Марин, если тебе интересно моё мнение, я считаю, что професией нужно заниматься, а не бумажки перекладывать. Зачем тебе нужна вся эта бумажная волокита, тем более, в твоём интересном положении? К тому же, на время твоего декрета, Зименской нужно будет искать тебе замену. — Олег твердо и ясно высказал своё мнение, но Марина прекрасно понимала его точку зрения, и даже разделяла её. Ей не особо импонировала эта руководящая должность, несущая за собой ежедневные нервотрепки, бумажную волокиту и лимитные часы в операционной. Вдобавок, текущая беременность, всё в корне меняла. Всю свою сознательную жизнь, Марина ставила карьеру превыше всего, но теперь пришло время начать ценить семейную жизнь. Любимый муж. Долгожданный ребенок. Всё как положено. Остальное может и подождать. — Значит, ты против? — Марина поспешила утвердиться в своих предположениях. — Я не в восторге, но в конечном счёте это твоё решение. — Олег прижался лбом к её лбу, и выдохнул. — Я поддержу тебя в любом случае. Независимо от того, что ты решишь. — До этого момента, я колебалась в своём решении, но теперь, я в нём уверена. — прозвучало твёрдо и четко из её уст. — Олег, всю свою сознательную жизнь я привыкла полагаться лишь на саму себя. Ставила карьеру превыше всех и всего, но с приходом в Склиф, и повстречав тебя, я начала потихоньку впадать в сильную зависимость. Впервые в жизни мне захотелось стать слабой и беззащитной; сбросить броню и кому-то довериться. До сих пор не знаю, как меня угораздило в тебя влюбиться, но не об этом сейчас речь. — Марина засмеялась, и тут же продолжила. — С твоим приходом в мою жизнь, всё изменилось. Работа постепенно отошла на второй план, став чем-то обязательным, но не жизненно необходимым, как раньше. Чем больше болезнь отца прогрессировала, тем чётче я понимала, что нуждаюсь в твёрдом плече, на которое могла бы опереться в любой момент. И ты мне его предоставил, приезжая по первому зову, когда у отца случались приступы. Знаешь, я не могла понять, что со мной происходит. Откуда появилась такая острая потребность ощущать твоё присутствие и видеть тебя каждый день? Не буду скрывать, я страшно ревновала, видя как ты крутишь шашни с Михалевой. Не знаю, что дернуло меня признаться тебе в чувствах на Нинином дне рождения. Наверное просто уже не было сил держать их в себе. До сих пор тихий ужас охватывает, представляя: а что, если бы ты мне тогда не поверил, и женился на ней? — Марина иногда так ясно представляла себе этот момент, поражаясь своей бурной фантазии. Олег сообщает всем присутствующим коллегам в операционной, что никто сегодня не умрёт на его столе, потому что он женился, а у неё в миг подкашиваются колени и сбивается дыхание, от осознания происходящего. Мрачнее тучи, она пулей вылетает из операционной, пишет заявление по-собственному желанию и увольняется. А затем по воле судьбы, через три месяца возвращается в Склиф в роли главврача, и понимает, что её чувства к нему вовсе не угасли, а лишь усилились. Марина ежедневно вынуждена видеть его под ручку с женой, и снова умело скрывать свои чувства. — Марин, я, конечно дурак, но не настолько, чтобы добровольно надевать себе петлю на шею, и вешаться. Я не люблю её, и никогда не любил. По чистой глупости с ней связался, когда ты гоняла меня туда-сюда в зависимости от перемен своего настроения, — до недавнего времени он предпочитал не затрагивать столь щепетильные темы разговора, но ему очень нравилось детально обсуждать эти важные нюансы вместе с ней. — А со мной, ты тоже связался по чистой глупости? — Марина явно его подкалывала, пытаясь выяснить истинную причину его привязаности. В её глазах заплясали озорные чертята. — Что значит связался? Ещё слово такое интересное подобрала. Я полюбил тебя тогда, и на всю жизнь. Хватит нести полную чепуху. Мы ведь с тобой договорились оставить прошлые обиды позади, и перевернуть новую страницу. — Олег поспешил напомнить о недавнем, данном друг другу, обещании. — Договорились. Ты прав. — Марина согласно кивнула головой. Этот день выдался совсем не таким, каким она его себе представляла. Гораздо лучше. Обморок это временно, а вот ребенок — на всю жизнь. — А то, — гордо произнес Олег, а потом снова заключил жену в объятья с громким возгласом: — Мамочка ты моя, любимая! — попутно целуя в макушку, наслаждаясь этим чудесным мгновением. Прислонившись головой к плечу мужа, Марина прошептала: — Поехали домой, а? — мягко пробежавшись подушечками пальцев вдоль его затылка, она улыбнулась. — А ты не хочешь провериться у гинеколога? И вообще, я считаю, что тебе нужно ещё немножечко полежать. — Ага, хочу, но потом. А я ведь не против, вот как раз и отлежусь в своей кровати. — Марина явно намекала вовсе не на сон. — Ну да, помнится, ты только в своей кровати хорошо высыпаешься, — Олег хитро подмигнул, напоминая о событиях недавнего прошлого. — С недавних пор, мои личные предпочтения несколько изменились. — Брагина нежно потерлась носом об щёку мужа. — Да что вы говорите, Марина Владимировна? И, что же послужило причиной столь резких изменений? Аж самому стало интересно. — Им всегда нравилось друг друга подкалывать. — Один любимый и очень дорогой сердцу мужчина, — незамедлительно ответила Марина, решив потешить его самолюбие. — Красивый? — парировал Олег. — Роскошный, — она снова подмигнула, азартно играя и сверкая глазами. — Вы никак напрашиваетесь на комплимент, Олег Михайлович? — Всегда, особенно на ваш, Марина Владимировна. — Олег лукаво прищурился, ловким движением руки притянул Марину к себе, и, хотел было добавить что-то ещё, как в палату ворвалась рассерженная Нина. — Брагины, я чего-то не поняла, почему я последняя узнаю о ваших новостях? Что за мода пошла скрывать от друзей радостные события? — Нина пристально посмотрела на друзей, прожигая их своим недовольным взглядом. — Нинок, вот ты как всегда вовремя. — Олег недовольно сузил глаза, взглядом давая понять, что её присутствие здесь и сейчас, нежелательно. Впрочем, Нина как ни в чём не бывало, стояла и требовала объяснений. — Мы вообще только сами об этом недавно узнали. Совсем не до тебя было. Я думал, что что-то серьезное, а оказалось, ничего такого и в помине нет. Нинка, у нас с Мариной будет ребёнок. — Счастливый будущий отец светился как начищенный пятак. — Да знаю я, — Нина улыбнулась. — Таня недавно сообщила об столь радостном событии. Я думала вы знали, и не посчитали нужным поставить меня в известность. А тут оказалось, что вы и сами не знали. Ну как, рады? — Угу, даже черезчур. — Марина решила ответить на поставленный вопрос. — Я не думала, что у меня получится так легко забеременеть, а видишь… — Знаешь, Маринка, недавно смотрела сериал, и там прозвучала такая фраза: «Какова любовь, таков и подарок.» Я думаю, это ваш случай, мои дорогие Брагины. — Нина тепло улыбнулась, искренне радуясь за счастье близкого друга и подруги. — Как ты себя чувствуешь, Маринка? — Отлично, очень домой хочется. Как обстоят дела в отделении? — Марина перекинулась многочисленными взглядами с Олегом, надеясь на скорое отправление домой. — Всё спокойно. Состояние пациента с опухолью стабилизировалось. Он ещё не пришёл в себя, но Куликов очень внимательно наблюдает за его состоянием. Так что, не вижу причины, чтобы вы здесь задерживались. Михалыч, жену беречь надо, особенно в её положении. — Нина, предоставив отсчёт проделанной работы, эмоционально всплеснула руками. — Рыба моя, ты Маринке об этом скажи. Она рьяно рвётся оперировать. Я то, как раз настаиваю на обратном, но ты что, жену мою не знаешь? Если она уже что-то вбила себе в голову, то её не переубедишь. Хорошо ещё, что отказалась от должности главврача. — Олег ляпнул, не подумав, хотя здесь все свои. — В смысле? — Нина недоуменно пожала плечами. — А как же Зименская? — А она на повышение в министерство уходит, а место тёпленькое решила для Маринки приберечь. — Олег посвятил Нину во все нужные подробности. — Ну, и что в итоге? Ты согласилась? — Нина не унималась, желая узнать ответ. Иметь в начальниках подругу не так уж плохо. — Нет, конечно, Нин. Я долго колебалась в своём решении, но новоиспеченная беременность расставила всё по своим местам. Олег прав, ни к чему мне вся эта бумажная волокита. — Марина слегка пожала плечами, глядя на Нину исподлобья. — Я думаю, это правильное решение, Маринка. Не нужны тебе лишние переживания и нервотрепки. Ну давайте, поезжайте домой, тем более ваша смена уже давно закончилась. — Отличная идея, Нинок. — Супруги согласно кивнули. — Ещё раз поздравляю. И давай, Михалыч, позаботся о своей беременной жене, а то ты меня знаешь, у меня рука тяжелая. — Шутливо пригрозила Нина, не подозревая под этим ничего такого. — О, это я всегда готов! — радостно воскликнул Олег. — То-то же, давайте, одна нога здесь, другая там. — Нина напоследок улыбнулась, и направилась к двери. За пределами палаты вдруг столкнулась с взъерошенной Михалевой, очевидно подслушивающей под дверью. — А ты, что здесь забыла, Лена? — Нина окинула её подозрительным взглядом, примерно представляя о чём пойдёт речь. — Беременна? Она беременна? Как так? — Михалёва явно находилась под впечатлением, вернее, в полном шоке. — Тебе никогда не говорили, что подслушивать нехорошо? И вообще, когда люди любят друг друга, ребёнок — натуральное явление. Я не понимаю, чему ты так удивляешься? Найди уже себе мужика, и роди ребенка. Хватит подглядывать в замочную скважину за чужой жизнью, которая тебя совершенно не касается. Перестань унижаться по каждому поводу, мой тебе совет. — Нина, отчеканив свои полезные наставления, вернулась к работе, оставляя Лену под дверью палаты в полном недоумении. Та, с великим презрением всматривалась в содержимое палаты, стиснув зубы от злости. Голубки сидели в обнимку на кровати и страстно целовались без всякого зазрения совести. Лена до сих пор не смирилась с положением вещей. И самое ужасное, что судя по всему, они действительно любят друг друга. Ну, почему она не забеременела в период их короткой интрижки? Тогда он бы точно от неё никуда не делся. Сейчас бы не приходилось наблюдать за их брачной идиллией, подавляя в себе рвотный рефлекс. — Лен, займись уже делом. Хватит дурака валять. — Откуда не возьмись снова появилась Нина с недовольным лицом. И Лене ничего не оставалось, как вернуться к своим прямым обязанностям, оставляя Брагиных в тишине и спокойствии.