Песни цветущей сливы

      Сливы уже не цвели, когда отряд Шиничи вернулся в поселение Курода. Саёри очень волновалась, но ей помогли справится теплые руки Инори, обнимавшие ее сзади - после примирения они ехали на одной лошади. Дело в том, что тогда наутро их отряду встретился торговец с повозкой, и они закупили разных товаров, навьючив их на лошадь девушки. Нельзя сказать, что Саёри была хоть сколько-нибудь огорчена: она наслаждалась каждым мгновением, когда чувствовала спиной тело возлюбленного. Он все еще бывал молчаливым и резким с другими, но девушка знала, что он испытывает ту же неодолимую тягу быть ближе, как и она. Его объятия и ласки помогали ей смириться с тем, с чем ей предстояло столкнуться в скором будущем.        По мере того, как они приближались к деревне, Инори становился все раздражительнее, а Саёри все больше боялась. И только близость друг друга помогала им сохранить присутствие духа. Шиничи так и не стал ее любовником, несмотря на то, что в мгновения его ласк Саёри готова была умолять его об этом. Но он был неумолим - касаясь ее так нежно, держа в руках ее дрожащее тело и изучая его изгибы руками, он не пошел до конца. Саёри знала, что он все еще думает о том, что как безродный не имеет на нее права. Оставалось надеяться, что когда-нибудь ему надоест бороться с самим собой.        Когда они наконец прибыли в ее родную деревню, Саёри не узнала ее: смутные воспоминания будто играли с ней, уносимые легким ветром. с Стоило ей взглянуть на опушку леса, изгиб речки или расположение домов - все казалось изменившимся. Даже если она узнавала очертания, они казались ей чужими. От волнения девушка вжалась спиной в грудь Инори, а он ревниво прижал ее к себе, поглаживая по талии и уткнувшись носом в шею. Саёри подумала, что он, должно быть, зажмурился, не желая встречаться взглядом с селянами. А те, в свою очередь, провожали предводителя отряда и давно потерянную госпожу молчаливыми пристальными взглядами: старики, помнящие случившееся, плакали, совсем юные детишки показывали на них пальцами и возбужденно перешептывались. Сама того не ведая, Саёри приосанилась, бессознательно пытаясь оградить Инори от любопытных взглядов. Должно быть все верили, что он однажды вернет им их госпожу, но никто не мог подумать, что она будет его женщиной.        Саёри смотрела на испачканные личики детей и на изможденные - взрослых, и думала, что в тех немногих воспоминаниях, что у нее остались, деревня выглядела совсем иначе: счастливее и благополучнее. Но видеть искренние слезы жителей и свет надежды в их глазах, когда они смотрела на нее, было еще труднее. У нее дрожали руки, и Инори мягко сжал их своими ладонями, помогая скрыть эту слабость. Он придвинулся ближе, вынуждая еще сильнее выпрямить спину и незаметно коснулся губами мочки уха. Чувствуя его поддержку и близость, Саёри расправила плечи, благодарно потершись щекой о его скулу.        - Подожди немного, - улыбаясь, прошептал Инори, - не провоцируй меня, - он погладил низ ее живота, вынудив Саёри остолбенеть от волнения. Она боялась пошевелиться всю дорогу до родного имения, чувствуя, что Шиничи продолжает задорно улыбаться за ее спиной, касаясь губами ее затылка.        Страшно, Боженька, как страшно! Вот тот самый поворот, за которым откроется вид на их имение. Его больше нет - подумала Саёри, вспомнив, что в ту страшную ночь разразился пожар, пожравший остатки ее прежней жизни. Она зажмурилась, чтобы отсрочить страшное видение.       - Саёри, открой глаза, - прошептал Инори. Видя, что она не реагирует, вжав голову в плечи, он ласково провел пальцами по ее щеке, успокаивая, - доверься мне.        - Саёри... - девушка дернулась, как от удара, услышав этот голос. Она широко распахнула глаза, недоверчиво уставившись в почти бесцветные глаза старика, подошедшего к их коню. Он прихрамывая вышел им навстречу из большого дома, за которым виднелись развалины ее бывшего особняка. И, конечно, эти серые глаза она не могла спутать ни с какими другими. Немая пауза порядком затянулась, потому что Саёри не знала, что сделать, пока Инори, со смехм, не толкнул нее на землю.        - Папа! - испуганно взвизгнула девушка, машинально раскрыв руки, и угодила в родные объятия. В груди что-то разорвалось, а слезы сами потекли по щекам, руки оцепенели, обнимая родное существо.        - Ты вернулась ко мне, моя маленькая лилия, - ласково гладя плачущую дочь, тихо сказал Оторэ, пряча собственные слезы в ее золотящейся на солнце гриве. Чувствуя поглаживания его больших и сухих ладоней и родной запах, Саёри не могла перестать плакать, а услышав его голос, и вовсе разрыдалась, словно пыталась выплакать все, что накопилось за долгие годы.        - Папочка!        - Ну-ну, я знаю. Ты же обещала, что всегда будешь со мной. А я всегда тебе верил, - смеясь, господин Курода пытался ее успокоить, едва ли не задыхаясь в объятиях. В тот счастливый день деревья умэ в их старом саду снова ожили, и на обгорелых ветках появились новые зелёные расточки.

***

       В тот день не цвели прекрасные цветы сливы в их саду. За окнами кружилась тихая метель, накрывшая деревню и новое жилище семьи Курода мягким белоснежным покровом. Сад на месте старого особняка превратился в призрачное видение, укрытое белой пеленой. Саёри жутко волновалась, не в силах унять дрожь в руках. Оторэ доверительно сжал руку дочери и заботливо поправил ее прическу и без того казавшуюся идеальной.        - Все будет хорошо, милая маленькая лилия. - отец ободряюще пожал ей плечо, а она в ответ слабо улыбнулась. Ей виделась та страшная ночь, когда судьба отобрала у нее счастливое будущее, и она боялась, что это повторится. Саёри ничего не знала точно, она просто ощущала пламя, и желала шагнуть в него, но только если Шиничи будет рядом. А в последние часы было страшно верить собственным надеждам.        Отец вывел ее в окутанный зимней дымкой сад, бережно держа под руку. Ему было сложно идти из-за хромоты, но он смог удержать спину прямо, и девушка гордилась им. Ее нарядные утепленные сапожки оставляли темные следы на девственном покрове снега, но она не оглядывалась. Она поддерживала длинные полы Сиромуки, и мило покраснела, увидев пораженный взгляд жениха, остановившийся на ней. Когда они обменивались сан-сан-ку-до присутствующие - а это была вся деревня, по настоянию Саёри - затаили дыхание, словно в этот миг и вправду исполнилась общая мечта. Их герой и защитник вернул им маленькую госпожу, а теперь, женившись на ней, станет их полноправным лордом после того, как старый Оторэ отойдет от дел. И никто не знал, что в тот миг исполнилась и его потаенная мечта.

***

       Саёри ждала своего мужа, сидя на краешке большой кровати и думала, что низачто не сможет уснуть на ней в одиночестве, такой огромной та казалась. Может быть другая Саёри и смогла бы, восприняв это как должное, но только не та, что находилась здесь сейчас. Она закрыла глаза и шумно вздохнула, а когда открыла, увидела Инори, стоящего к ней вплотную.        - Шиничи! - едва слышно прошептала она и не вставая обняла его, уткнувшись лицом ему в живот. Он погладил ее по голове и выудил заколку из ее волос, от чего они упали тяжелым водопадом ей на спину. Саёри стало жарко, когда он наклонился и обнял ее.        - Я так рада, - пробормотала она, стараясь не обращать внимания на то, как он освобождает их обоих от одежды. Ей и хотелось смотреть на него, и в тоже время было слишком страшно. Зато она касалась его, привыкая к движениям его стальных мускулов и к тому, как его ладони бесхитростно изучают ее собственное тело. Он опрокинул ее на мягкие простыни, нависнув сверху и ожидая продолжения фразы.        - Что...? - протяжно переспросил он, словно бы заставляя ее продолжить и закидывая ее ноги себе на бедра. Саёри инстинктивно придвинулась к нему плотнее, но он перехватил ее запястья, прижав их к постели и глядя на нее в упор.        - Что ты станешь моим господином, - не веря свои ушам, выдохнула Саёри, полностью сдавшись и краснея до корней растрепанных волос. Она подумала, что, наверное, он всегда им был. Инори одарил ее улыбкой склоняясь ближе и одновременно делая первое движение бедрами, чтобы войти в нее.        - Ты навсегда останешься моей госпожой, - заверил он нее.