Проснуться драконом

      Чёрная тень проносилась по небу, со свистом рассекая воздух. От взмахов огромных крыльев гнулись верхушки деревьев, и на меня валился снег. Казалось, Хоккарон специально так дразнит, то и дело задевая ветви. Я поскорее выбралась на небольшую полянку, стряхнула снег с плаща и позвала чёрного. Тот же шумно приземлился поодаль и погрузился по колено в сугробы. Да уж, осадка за ночь выпало немало.       — Что-то узнали? — тот извергнул яркие сгустки огня себе под ноги и покрутился, протаптывая, словно кот на своём лежаке.       — Город в страхе, люди хотят восстать против короля, убийцы похищают девушек, а корабли до сих пор забиты, — я грустно вздохнула.       — Такой переполох лишь из-за одного сожжённого города.       — А ты считаешь, что это пустяк? Просто так сжечь дома, невинных людей…       — Вероятно, ты забыла, что «невинные люди» обратились против нас ещё давно, — озлобился Хоккарон и угрожающе топнул лапой.       — Что ж, отлично! Они думаю, что мы жестокие твари, и ты обвиняешь в этом же их. Может найдём какой-нибудь компромисс? Может дадим друг другу шанс? — я развела руки, не боясь кричать на десятиметрового ящера.       — И в чем же тогда заключается этот шанс? — нахмурился тот.       — Рохан предложил поймать преступника. Это, конечно, капля в море, но…       — Чушь! Чтобы мы решали проблемы обезьян? — перебил он.       — Это поможет доказать им, что мы не такие… не такие, как ты… — мои слова «вонзились» в шипокола.       — Дракон никогда не опустится до уровня овец, — рокочущий бас разнёсся по поляне.       Я уже не выдержала.       — А что делает тебя драконом? — чёрный удивлённо махнул головой. — Когти, клыки, огненное дыхание? Нет, драконом тебя сделает ум, патриотизм, желание помочь сородичам, чего бы это ни стоило. А также возможность обдумывать и принимать важные решения и жить с ними. Ты пьян силой, Хоккарон. Идёшь по тёмному пути и не видишь ничего, кроме злобы. Я не смогу обуздать тебя и не собираюсь подчинять, — я сжала кулаки. — Если ты не сможешь принять меня и мои решения, то можешь уходить. И тогда, пожалуйста, больше не возвращайся.       Эти слова с горечью слетали с моего языка, а сердце пронзила игла. Чёрный фыркнул, отступил на шаг и отпрянул от земли. Со слезами я лишь смотрела, как его силуэт растворялся в серой дымке.

***

      От Ларри я узнала, что Рохан отправился в город, и тут же последовала за ним. Вступив через ворота, я тут же почувствовала ауру напряжения и страха и совсем скоро очутилась в толпе, откуда кто-то вопил во всё горло. В центре толпы оказался мужчина средних лет в лёгких доспехах и с мечом в ножнах. Сразу видно — приезжий.       -Драконы уже рядом! Это был лишь один, но кто знает, сколько их на самом деле. Горы уже кишат порождениями огня! Бежать некуда, драконье пламя покроет мир! — вопил он на всю улицу, а его безумные глаза метались по толпе.       — Да заткните его кто-нибудь, — выкрикнул старик.       — Ты пугаешь моего сына, — взволновалась женщина, прижав к себе мальчика.       — Да перережь ты своему сыну горло прежде, чем он попадёт в лапы драконьего племени. Посмотрите все, — неожиданно он указал на меня. — Вот их приспешник, вот их преданная слуга. Эта девушка несёт на себе их смард. Разве не видите, как искрятся её глаза? Разве не слышите гарь в её дыхании?!       — Гарью несёт от тебя, если ты не помоешься, — пошутил кто-то, и люди поддались смешку, но мужик не обратил на них внимание.       — Мы все обречены! Я сам видел, как чёрная тень пронеслась у меня над головой и сожгла Солёный Утёс. Я сам был там и видел, как пламя поглотило мою семью и друзей! Моя жена кричала, извивалась в муках, а я не мог ничего поделать. Мой сын пал с копьём в руках, от них всех остался лишь пепел. От его слов в голове тут же вспыхнули воспоминания, но я пыталась сдержать на своём лице невозмутимость. Люди, кажется, и так не верят его словам, так что никто и не заострил на мне внимание.       — Бедняжка. У всякого после такого крыша поедет, — услышала я шёпот из толпы.       — А вот этот монстр, — его безумный взгляд снова пронзил меня. Да сколько можно? — скоро ударит нам в спину. Кто знает, может таких, как она, уже орда в этом городе, а мы даже не замечаем.       — Тише, мужик, — я отпрянула. — Ты бредишь.       — Я из немногих уцелевших. Я бежал сюда, но и здесь мне не спастись от драконов. Хоть он в оковах, но совсем скоро и мы окажемся под его пламенем. Мы обречены! — он явно говорил о пленённом гиганте.       — Своим поведением ты лишь позоришь память своей семьи, — посмотрела я на него исподлобья. — Мужайся, не стоит разыгрывать сцену.       — Ты говоришь, что я трус? — тот потянулся за своим мечом.       — Ты бы видел себя со стороны. У собак больше храбрости, чем у тебя.       В следующий момент я успешно увернулась от взмаха острия.       — Так, всё, мужик, спектакль окончен, — из толпы появился страж в толстых латах и выбил оружие из рук безумца, в следующую же очередь скрестив кисти у него за спиной. — Идем за мной, посидишь несколько суток за решёткой.       — Нет, вы не понимаете. Тьма грядет, грядет! — кричал тот, отдаляясь всё дальше.       И тут всё стало тихо и спокойно, но люди и не думали уходить. Я оглянулась и увидела в их взгляде сомнения и страх.       — Неужели он прав? Мы все обречены, надежды больше нет, — опустил голову мужчина, упал на колени и громко зачитал молитву.       — Это не так, — я обратилась к толпе. Кажется, я была единственной, кто мог образумить толпу. — Надежда есть всегда. Как люди, жившие под крылом дракона всю жизнь, могут бояться его пламени?       — Она права. Нам нельзя падать духом, — некоторые согласились со мной.       — Но нам не победить драконов, мы не умеем сражаться и любое оружие против них бессильно. Что же нам делать? — завопила женщина.       — Вы также не можете просто сдаться, — выступила я. — Уходите, уплывайте на кораблях, пока не поздно.       — Да. Нам незачем больше тут оставаться.       Толпа стала потихоньку рассасываться. Кто-то рассказывал о знакомых в других городах, которые могут их приютить, а кто-то уже организовывал поездку. Пусть на кораблях уплывёт не каждый, но можно обратиться за помощью к другим провинциям.       А в моей груди лёг неприятный осадок.       Я прошла дальше, склонив голову, но тут учуяла знакомый запах. Поднимаю взгляд и вижу статную фигуру, в присутствии которой на душе становится тепло. Плащ с капюшоном из белого меха окутывал тело Рохана, и издалека он даже был похож на полярного медведя. Я подошла к нему, когда тот скупал свежее мясо с лавки.       — Что делаешь? — поинтересовалась я, заглядываясь на прилавок.       — Покупаю корм огрызку. Он же из принципов не питается человеческой едой, а олени с окрестностей давно ушли. Подохнет ещё с голоду.       Моё сердце дрогнуло. Даже сквозь их едкое взаимоотношение с постоянными оскорблениями Рохан может заботиться о Хоккароне. Но…       — Напрасно, — я опустила ладонь на его руку. — Хоккарон ушел. Ты был прав, я не смогу подчинить драконов.       Рохан вздрогнул, но после улыбнулся.       — Ну значит потушим с овощами. Ничего страшного, на одного огрызка меньше, — тот потрепал меня по голове.       В смысле «на одного?» Оплатив покупку, мы двинулись дальше по улицам.       — Может тебе чего сладенького купить? На тебе вообще лица нет, — тот шутливо боднул меня в бок.       — Может, — я забегала глазами по прилавкам. — Вон там… подожди. Видишь, народу мало. Может нам удастся пробраться на главную площадь?       Рохан что-то недовольно пробормотал и побежал за мной следом. Людей и вправду было мало, да не только горожан, и стражи совсем не было! Лишь небольшая кучка столпилась вокруг центра.       — Да не беги ты так, — Рохан схватил меня за руку, но я была слишком взволнованна, чтобы остановиться.       Я вырвалась из хватки и побежала вперед, протискиваясь меж людей. Пленённый дракон предстал перед глазами. Словно красная гора, он возвышался над нами. Его громадная морда по строению была чуть приплюснута, на подбородке и скулах ровнялся ряд зубцов, тёмные рога сломаны. Рептилия находилась под железной сеткой, цепи плотно обхватывали его лапы, шею, а на морде что-то вроде уздечки с железякой во рту. Я заметила, что на золотой цепи было множество узоров, а на рогах и зубчатых наростах я замечала браслеты, кольца, чешуя где-то была изрисована красочными закорючками. Видимо, когда-то дракон был и впрямь любим. Хоть люди по-прежнему бранились в его сторону, дракон словно… спал. Даже его уши, проколотые золотыми серьгами, не дёрнулись в сторону шума. Тот лениво выпустил горячий пар, словно получает заслуженный отдых. Я была ошарашена. Конечно, я думала увидеть несчастного пленника, в грязи, крови, со шрамами, испускающего последние вздохи. А сейчас гляжу и могу даже рассмотреть себя в отражении его отполированной чешуи.       — Ну как тебе? — я наткнулась спиной на грудь Рохана.       — Я… удивлена.       — Видимо, не плохо ему тут живётся.       — Жилось. Это не отменяет того факта, что полгорода точит на него мечи, — я свела брови. — И я положу этому конец.       — Стой!       — Дамы и господа! — я выбежала вперед и встала возле красной громадины. — Город Цепей вскоре падёт, и я положу конец красивой сказке о пленённом драконе!       Люди остановились, побросали свои дела и уставились на меня, но многие даже не обратили внимания, ведь для них я была очередным бунтовщиком.       — Дракон мой! — воскликнула я.       — Нет, дракон наш! — из толпы послышался лязг стали.       Передо мной явилась группа вооруженных воинов. Они не были похожи на беженцев или наёмников. Броня у них чёрная, с красными отделками и деталями, совсем новая и блестит на солнце, мечи словно из какой-то чёрной стали, а на гербах силуэт дракона, проткнутого копьём.       — Охотники, — сквозь зубы процедил Рохан и поморщился.       Я сконцентрировала внимание на их оружии. Никогда раньше не видела такого материала.       — Юная леди, не глупите и отойдите от рептилии. Предоставьте дело профессионалам, — ехидно улыбнулся мужчина.       Но я и не думала отступать, лишь храбро шагнула вперёд.       — Раз так, давайте отвоюем сиё отрепье. О, у Вас даже меча нет. Будьте добры, предоставьте храброй девушке оружие, — с самодовольной ухмылкой проговорил охотник, изучая меня взглядом.       Воины кинули мне под ноги лёгкий одноручный клинок, но как только сталь засияла на свету, её отблеск «разрезал» мои глаза. Я словно бы ослепла, но старалась не подавать виду. Даже гул толпы ушёл на задний план, я на ощупь схватила клинок и почувствовала неприятное жжение в ладони. Да, не зря эта сталь показалась мне странной.       Хоть я и ослепла, но нюх у меня острый. Дракону необязательно видеть жертву, чтобы схватить её. После первого отбитого удара, по всей улице разошёлся лязг. Следом пошел второй и третий, противник был предсказуем на удары, но в его действиях читалась фальшь. Видимо, он не считал меня серьёзным противником и поддавался, словно играясь. Зрение постепенно возвращалось, и я смогла различить его тёмную фигуру, что кружила вокруг меня, словно ворон вокруг добычи. Настала моя очередь нападать. Сделав шаг вперёд, я уже замахнулась, но вдруг удар ногой, нацеленный прямо мне в грудь, оттолкнул меня, и я потеряла равновесие. Упала прямо на чешую красного узника. Видимо, противник точно знал, куда бить, раз уж даже дыхание перехватило.       — Ноктюрнал! — вскрикнул Рохан и подбежал ко мне, помогая встать.       — На большее и не рассчитывал, — сплюнул рыцарь, выбивая у меня из рук клинок. — Теперь судьба дракона в моих руках, — закричал он толпе. Люди, словно стая оголодавших волков, сбежалась на запах крови и зрелищ. Горожане закричали, поддерживая воина.       Охотник замахнулся, одним ударом разрезая цепь. И когда на второй раз сталь вот-вот должна была пробить чешую, разнёсся свист. Все толком и не поняли, что произошло, пока не посмотрели на рыцаря. Красная стрела торчала прямо из шеи мужчины, его тело обмякло и упало на землю.       — Король! — в ужасе загорланили люди и склонились.       Доблестные рыцари на боевых грациозных лошадях окружили площадь, и появилась красочная карета.       — Ваше Высочество, — склонились охотники и все люди на площади.       Я бы так и осталась стоять, ошарашенная представлением, пока лёгкий пинок Рохана не вернул меня в чувство. Король вышел золото-красной сверкающей фигурой, и, когда солнце скрылось за тучами, и его украшения перестали блистать, я смогла рассмотреть правителя. Это был высокий молодой мужчина со сверкающей оливковой кожей и белым рогом на лбу. Ходил он на золотых копытцах, а сзади рассекал воздух хвост с большой красной кисточкой под цвет его завитых волос. Что это ещё за единорог? Зверолюд? Получается, он относится к какому-то высшему классу своей расы, раз уж не носит клеймо раба, как другие.       — Я не звал охотников, — нахмурился тот, храня в своём взгляде холодную надменность.       — Д-да, Ваша Милость, но люди напуганы, и мы подумали, что м-можно как-то исправить ситуацию.       Из толпы кто-то тихо бросал гневные речи и оскорбления в сторону обвешанного украшениями короля. Видимо, он не пользуется большим уважением у своих подчинённых.       — В этом больше нет нужды, — кивнул тот и развернулся к толпе. — Ведь дракон, что сжег Солёный Утес, мёртв!       Толпа ахнула, а моё сердце кольнуло. Неужели они поймали Хоккарона? Как же, он бы не дался просто так. Этого просто не может быть. Дура! Нельзя было выгонять его. Я хотела наброситься на единорога в тот момент и вонзить клыки в его тонкую шею, но меня держала крепкая хватка Рохана.       Скрип повозки, клацанье копыт. На площадь вывели дряхлый драконий череп.       — Это же… — не поверила я своим глазам.       — Да. — подтвердил мои догадки беловолосый.       Это был череп Кроссулаха. Кое-где обугленный, с костей неаккуратно смыта краска, но так или иначе, он был очень даже целым. Драконьи кости не горят в огне. Я рассмеялась. Не верится, что они рылись в останках города, взяли «трофей» с тронного зала и просто выставили его за другого дракона. На что не пойдешь, дабы успокоить народ.       — Всё кончено, — восторжествовал король, гордо поставив копыто на впалый нос Кросса. — Все драконы мертвы!       Настала тишина. Никто из людей не радовался, не подкидывал шляп. Верховный замялся.       — Нет, не все, — вступился горожанин.       Народ озлобился, и в сторону короля полетели овощи, мясо, камни, да и всё, что попадалось под руку. Начался настоящий хаос, ведь каждый хотел лишь одного — смерти пленника. Рыцари выстроились вокруг короля, прикрывая его щитами, и провели его до кареты, а конница принялась подавлять восстание железом и кровью. Если раньше они справлялись с горожанами мирно, то теперь рубили всех без разбора.       — Ноктюрнал, за мной! — позвал Рохан.       Я пошла на голос, отбегая от лошадей и уклоняясь от мечей. Весь этот переполох: крики людей и лязг стали — превратился в однородный гул, а я была в самом центре этого хаоса и лишь иногда замечала беловолосую фигуру Рохана. Но тут скачущая лошадь сбила меня с ног, и я ударилась головой об камень. Последнее, что я увидела — вставший на дыбы чёрный конь, размахивавший острыми копытами у меня над головой. Мир превратился в размытое пятно. Голоса стихали.