Потерянный рай

Эдвард Почти до самого Форкса мы не проронили ни слова. Мне не нужно было смотреть в сторону Беллы, чтобы знать, что она чувствует. Вокруг нее витал первобытный, животный страх. Я «видел», как она дрожала, слышал, как стучало ее сердце, как гулко била по венам кровь. Все, что я мог сделать для нее сейчас, это увезти прочь от Порт-Анжелеса. Я гнал машину на максимальной скорости, пытаясь и сам успокоиться, собрать мысли воедино. Возможная битва с теми парнями, шоковое состояние Беллы, общая неразбериха этого дня привели меня к итогу, который я теперь пытался осознать. Я проиграл. Все мои попытки держаться подальше от девушки обречены на неудачу. Я не мог бросить Беллу, когда ей угрожает опасность. Я хотел быть рядом с ней, хотел любить и защищать. И мне было плевать на все ее странности и поступки. Тем более что я и сам не образец добродетели и нормальности. – Спасибо, – услышал я тихий голос девушки, когда мы наконец доехали до ее дома. Такой сломленной я ее еще не видел. Даже в тот день, когда она чуть не попала под фургон, Белла не была напугана так, как сейчас. Кем же были те чертовы парни, что сумели внушить ей такой ужас? Мы сидели с ней в машине, было темно благодаря своему зрению я видел каждую черточку ее лица, ее глаза, напряженные плечи. – Белла, ты можешь мне доверять, – обратился я к ней как можно мягче. – Я хочу помочь тебе. Мой голос звучал тепло, успокаивающе – именно с помощью этого голоса вампиры завлекают своих жертв, услышав который, несчастные сами подставляют нам шеи. – Эти парни... – продолжил я. – Ведь сегодняшнее нападение не случайно? Она не стала отрицать очевидного. – Чего они от тебя хотели? – Прости, я не могу впутывать тебя во все это, – ответила девушка. – Но тебе нужна помощь! Почему не обратиться хотя бы в полицию? – Полиция тут не поможет. И ты тоже, – резко пресекла она мое готовое сорваться с губ возражение, – пожалуйста, не вмешивайся. Я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня. – Я могу за себя постоять, – заспорил я. Белла развернулась и внимательно на меня посмотрела. – Я заметила, – задумчиво произнесла она. – Мне показалось, один из этих парней узнал тебя, я бы даже сказала, испугался. Ничего удивительного, я и сам это заметил. – Мне тоже так показалось, – ответил я, решив быть с ней хоть чуточку откровеннее. – Для его испуга была причина? Я кивнул. – Кто ты такой, Эдвард? – требовательно спросила меня девушка. Я покачал головой и ответил ей тем же, чем и она пару минут назад: – Прости, не хочу пугать тебя, – и добавил, когда увидел, как Белла нахмурила брови: – Я ведь уже говорил: я далеко не герой. Складочка между ее бровями пропала, она как-то горько усмехнулась: – Если ты не герой, то кто же тогда я?.. – О чем ты? – Ты стыдишься того, кем являешься? – спросила Белла. – Я права? И стыжусь, и раскаиваюсь, и проклинаю свою сущность. Только как объяснить все это и не напугать уже напуганную до полусмерти девушку? – В прошлом, – решился я, – я делал ужасные вещи... – В прошлом? – повторила она вслед за мной. – Что бы ты там ни делал в своем прошлом, сейчас, в настоящем, ты повел себя достойно. – Нет, – с горечью произнес я, – пусть даже спас тебя дважды, от этого я не становлюсь лучше. – Не глупи, Каллен. Я, знаешь ли, тоже не святая. В прошлом, – подчеркнув это слово, проговорила Белла, – я тоже делала ужасные вещи. «Хм, – усмехнулся я про себя, – если они похожи на сегодняшнюю историю с карточкой, то, конечно, они "ужасны"». – Например? – спросил я ее. Куда лучше перевести разговор на ее персону, чем продолжать выяснение моей. – Я пытала и убивала людей, – тихо произнесла она и посмотрела мне в глаза. От неожиданности этого признания я закашлялся. А девушка наигранно рассмеялась: – Прости, я пошутила. Она смеялась, но когда говорила про пытки, была донельзя серьезна. Белла Судя по тому, что произошло сегодня вечером, речь шла о чем-то очень серьезном. Я видела это в его глазах, в его движениях. Однако я не могла сравнить его тайну со своей. Кем бы он ни был, наши тайны никогда не смогут быть соизмеримыми. При любом раскладе, как бы он ко мне ни относился, я не смогу ничего ему рассказать. «Никому, никогда», – повторяла я про себя, когда меня терроризировали вопросами родители, врачи, полиция, психологи. Эти слова стали моим маленьким девизом. Я не знала имен демонов, которых послали за мной – в Аду их очень много, сотни, тысячи, всех не упомнишь. Но они меня знали. А один из них, в отличие от меня, знал, кто такой Каллен. Теперь это предстояло узнать и мне. – Кто ты, Эдвард? – спросила я его снова, возвращая разговор к его скромной персоне. Он слегка скривился. Это тема его явно напрягала. – У тебя есть предположения, кто я? – наконец произнес Каллен. У меня сотни предположений, только как их озвучить, не ввергнув в шок моими познаниями? – Я обещаю не смеяться над твоими догадками, – между тем продолжал он. – Если угадаю, ты мне откроешься? Усмехнувшись моей настойчивости, Эдвард серьезно ответил: – Обещаю. – Ну, хорошо, давай перечислим, – сдалась я. – Ты силен, быстро передвигаешься, бледная кожа, меняющие цвет глаза… Я говорила на автомате, так как много дней повторяла эти слова раз за разом, пытаясь найти причину его странностей. Видимо, это были последствия стресса, но тут меня пробило. Предположение о его возможной сущности вспыхнуло в моем сознании, как сверхновая звезда. Я быстро схватила его за руку. Казалось, еще мгновение – и Каллен успеет отдернуть ее, и я так и не узнаю, какая у него кожа. Если его кожа и сейчас холодна как лед, я знаю, кто он. Он не успел, я схватила его за руку за миг до того, как он осознал, что я хочу сделать. – И у тебя холодная кожа, – констатировала я, застыв после этого с открытым ртом. Я смотрела на него потрясенным взглядом, он на меня – со страхом. Не надо было быть идиотом, чтобы понять: теперь я знаю, кто он такой. – Откуда ты знаешь? – с напряжением спросил Эдвард. – Знаю… – тихо ответила я. Он пристально смотрел мне в глаза, казалось, гипнотизируя. Я тоже не отрывала от него взгляда, в котором, наверное, отражались все мои эмоции. Не очень для него приятные... Да и для меня все это стало досадным открытием. Вернуться из Ада и завести дружбу с вампиром... Вероятно, я все еще находилась в шоковом состоянии, потому что умудрилась задать ему совершенно идиотский вопрос, который, оказывается, волновал меня сейчас больше всего: – А ты знаешь, что бывает с вампирами после смерти? Явно не ожидая такого, Эдвард смерил меня недоуменным взглядом: – О чем ты? Я поняла, что сморозила глупость и решила ее сгладить: – Да так, ни о чем. Не бери в голову. – Нет, Белла, раз начала, то продолжай. Раскрой мне тайну: что становится с нами после смерти? – с горькой усмешкой проговорил Каллен. Я продолжала смотреть ему в глаза, мне стало вдруг его жаль. Сейчас, когда я разгадала его загадку, он вдруг стал таким ранимым, беззащитным. Не по-вампирски это все как-то… – Если тебе не повезет, ты умрешь и попадешь в Ад, – сказала я, с трудом произнося последнее слово. Он криво усмехнулся: – Я об этом и сам догадывался. Я разозлилась: к черту все его догадки. – Ничего ты не знаешь об Аде, – резко проговорила я. – А ты знаешь? – в тон мне спросил Эдвард. – Знаю, – очень серьезно ответила я. Тут я вспомнила про его родственников. Мое лицо вытянулось еще больше. Они тоже вампиры, дошла до меня еще одна истина. Я вела себя как последняя дура. Все это время у меня под носом обитало целое семейство вампиров, я дружила с вампиром и не догадывалась об этом. Я была потрясена. А ведь собиралась охотиться на таких, как он. Я дернула ручку двери, собираясь выйти из машины. – Белла, постой, – схватил он меня за руку. Я резко выдохнула, когда меня коснулась его холодная как лед кисть. – Прости, – сказал Каллен, отдернув руку, когда заметил мою реакцию. Он сидел такой растерянный, что я не выдержала. – Эдвард, прости, – сгладила я. – Просто это все… очень неожиданно. «Пожалуйста, дай мне немного времени, – думала я про себя. – Мне нужно осознать, что ты вампир, и понять, что с этим делать дальше». – Подожди, я хочу кое-что объяснить тебе, – умоляюще протянул он. – Это важно. Я посмотрела на него и так и не решилась выйти из машины. – Мне нужно домой, – уже более спокойно произнесла я. – Боюсь, Чарли скоро поднимет на ноги весь квартал. – Можно мы поговорим в твоей комнате? Я пройду туда незаметно. – Как ты туда попадешь? – недоверчиво спросила я. – Ну, у меня есть некоторые способности. Можно я буду ждать тебя там? Я смотрела на него, на его опущенные плечи, виноватые глаза. Все-таки это он дважды спас меня. Не кто-то другой, а именно он. – Хорошо, Эдвард, – сдалась я, – если обещаешь, что Чарли ничего не заметит. Получив мое согласие, Каллен заметно успокоился. – Обещаю, – сказал он мне, и не успела я моргнуть, как он уже открывал мне дверь. Стоило переступить порог дома, как Чарли решил устроить мне скандал: начал выговаривать за опоздание. Я же его почти не слушала. Мне с головой хватило сегодняшнего дня. А последнее открытие окончательно доконало меня. Все мысли сейчас были на втором этаже – в комнате, где меня ждал Эдвард. Я что-то невпопад отвечала отцу и, в конце концов, сославшись на головную боль, не обращая на него внимания, быстро поднялась к себе в комнату.