После войны

      После достопамятного посещения Министерства магии почти два года назад в облике Альберта Ранкорна, Гарри не был здесь ни разу. Убрали жуткие входы, где нужно было смывать себя в унитаз. Табличка на здании гласила, что сейчас здесь располагается магазин ходулей. Гарри это позабавило. Должно быть на здании лежат мощные антимагловские чары, раз в такой интересный магазин не заходят маглы.       Войдя внутрь, он увидел ряды каминов, которые, судя по всему, вели в атриум Министерства. Пара секунд и вот он уже выбирается из камина и отряхивает от золы мантию. Оглянувшись вокруг себя, Гарри заметил, что жуткую статую волшебника и волшебницы на горе тел маглов снесли, старый фонтан магического братства так же решили не возвращать. Сейчас в центре атриума стоял небольшой постамент, на котором стояли в вазах и лежали свежие цветы - дань память погибшим во время террора. Мистер Уизли как-то упомянул, что ведутся дебаты относительно обновления атриума, но пока чиновники не пришли к общему мнению.       На пути к лифтам Гарри кожей ощущал на себе взгляды. Его останавливали незнакомые люди, жали ему руку, хлопали по плечу, дружески интересовались как дела. Пока он дошел до лифтов, ему пришлось поздороваться с доброй парой десятков волшебников и волшебниц. "Уровень первый. Министр магии и вспомогательный персонал", известил холодный женский голос и Гарри выбрался из лифта, на ходу прощаясь с парой работников отдела магического хозяйства и жалея, что не прихватил мантию-невидимку. С боем ему пришлось пройти к кабинету министра магии. Секретарша, миловидная блондиночка с остреньким носом вскочила при его приближении. -Мистер Поттер, - воскликнула она, - министр Брутствер вас ждет. Хотите чего-нибудь? Чай, кофе, тыквенный сок, горная вода? - Стакан горной воды, если можно, - дружелюбно ответил Гарри, чувствуя, что умирает от жажды.       Он толкнул дверь в кабинет и вошел. - Гарри!, - встал ему навстречу Кингсли и тепло пожимая протянутую руку, провел к креслу рядом со своим столом, - ты, наверное уже заждался вызова на слушания. - Немного, - ответил Гарри, - но мистер Уизли говорил, что возникли сложности с подготовкой и следствием. - О да, - прогудел Кингсли, - и с тем и с другим. Видишь ли, после того, как министерство побывало под гнетом Волан-де-Морта и пожирателей, у нас сильно сократился состав Визенгамота. Почти наполовину. Гризельда Марчбэнкс и Тиберий Огден ушли еще до смерти Дамблдора, погибла Амелия Боунс, а во время террора еще с добрый десяток были убиты, запытаны до полусмерти или просто бежали, спасаясь от пожирателей. Пара-тройка человек, напротив, с радостью сотрудничали с режимом Волан-де-Морта. Нам также пришлось их отсеять. - Но сейчас вы, видимо, обновили состав?, - спросил Гарри. - О да, при том сильно. Влилась свежая кровь. Некоторых ты знаешь. Гестия Джонс например или Оливер Вуд. Твой преподаватель на замену в Хогвартсе Вильгельмина Граббли-Дерг, Роджер Аббот. Верховным чародеем Визенгамота избрали Ньюта Саламандера, автора учебников по уходу за магическими существами. - А вы, Кингсли? - Я - обвинитель. Собственно я пригласил тебя пораньше, чтобы ввести в курс дела, которое сегодня разбирается. Думаю, оно тебя заинтересует. Здесь велик шанс того, что она отвертится, а многим людям этого не хотелось бы. Напирает на непрошибаемый аргумент - заклятье Империус. А нам необходимо доказать, что она действовала по личной инициативе. - Кто она? - О, отлично тебе известная особа. Я знаю, что благодаря ей ты получил свой второй шрам?, - Кингсли указал глазами на правую руку Гарри, который держал ее тыльной стороной вверх. Гарри опустил взгляд и вновь прочитал слабо заметные шрамы, складывающиеся во фразу "Я не должен лгать" и скрипнул зубами. - Амбридж..., - констатировал он тихим голосом. - Да, - кивнул Кингсли, - следствие в отношении нее затянулось, она вертится как уж на сковородке. Сейчас у нас в качестве обвинений свидетельство девушки-брошюровщицы, которая во время террора сидела рядом с ее кабинетом, пары волшебников магловского происхождения, которым удалось уцелеть после ее с Яксли заседаний комиссии. Маловато, она будет оправдываться весьма действенным способом - метки на ней нет, на все остальное один ответ - принуждение. - Хм... Думаю, я смогу побыть в роли свидетеля обвинения. Мне найдется, что сказать мадам бывшей заместительнице министра.