Значение слова «Семья»

— Да они с ума сошли! — праведное возмущение МакГонагалл было видно даже по её шляпе, немного сбившейся набекрень. Женщина была искренне возмущена тем фактом, что… — Пустить дементоров на территорию школы, в которой сотни детей! В Министерстве что, совсем не осталось здравомыслящих?! — Минерва поджала губы, высказав свою речь, и уставилась немигающим взглядом на Фаджа, которого вот-вот сместят с должности. Предстоящие выборы будоражили страну так же, как и внезапная кончина Дамблдора. Министр хмурился и доказывал, что это необходимость. Тем более, этим тварям не разрешено находиться непосредственно на территории Хогвартса, а значит людям, находящимся именно там, никакой угрозы нет. Минерва едва ли не с пеной у рта доказывала обратное. Северус предпочитал не вмешиваться, тем более, МакКошка и без него прекрасно справлялась. — И слышать ничего не желаю! — возразила женщина, чуть подавшись вперёд, словно нависший над жертвой коршун. — Это возмутительно! Школа наполнена детьми, чёрт бы вас побрал! — Минерва! — странно отозвался Флитвик. И Северус готов был дать руку — левую, её уж точно не жалко — на отсечение, что в голосе декана Равенкло было восхищение и веселье. — Простите, Филиус, — тут же исправилась МакГонагалл, кивнув маленькому профессору. — С чего Вы вообще решили, что Сириус Блэк обязательно скрывается где-то здесь? Вы из ума выжили? — Я министр, на минуточку, — Фадж вдруг вспомнил о своей должности. — А мне плевать, кто Вы и что Вам здесь надо, — продолжала напирать Минерва, крайне зло глядя на тучного мужчину из-под полей шляпы. — В Хогвартсе у Вас нет никаких прав распоряжаться чем бы то ни было. В том числе — проводить на территорию школы дементоров. Они опасны, поймите, наконец! Северус со смешанными чувствами наблюдал за этой баталией, грозящей перерасти в рукоприкладство. Минерва была истинным воплощением своего Дома. Львица на страже своих котят, готовая глотки перегрызать во имя их блага. И Северус был благодарен Слизнорту, что тот снова стал курировать Слизерин. Директор должен быть беспристрастен. Однако сам Снейп тяготел к Слизерину, нежели к Львам или Барсукам. Ненавидел и любил, в этом был он весь. — Минерва, пусть делают что хотят, — устало протянул зельевар, ныне — директор. — Северус! — тут же вскинулась МакГонагалл, сжимая кулаки. — Но территории школы — неприкосновенны, — закончил Снейп, твёрдым тоном, ясно давая понять, что нарушать границы Фаджу не стоит. Министр пыжился, пытаясь давить своим авторитетом, однако, как и упомянула Минерва, власти здесь он не имел.

***

Когда Северус на ужине в Малфой-меноре поделился своими опасениями насчёт дементоров (и отсутствии профессора по ЗОТИ, а ведь до начала учебного года всего две недели с хвостиком!), Люциус стал невпример задумчивым. Не раздражённым выходкой Министерства, не обеспокоенным за безопасность сына и даже не возмущённым этим самым фактом, нет. Люциус глубоко задумался, зацепившись взглядом за кувшин с прохладным аперитивом. Он неспешно постучал пальцем по столу, а потом, выждав пару минут, втянул воздух через нос. — Знаешь, Северус, — как-то отрешённо начал Малфой, медленно скользя взглядом с кувшина на друга. Зельевар внимательным взглядом смерил его в ответ. — Я уже давно, скажем так, вожу приятельские отношения с одним очень… влиятельным человеком из Италии, — Люциус говорил неспешно, обдумывая и тщательно подбирая слова. Но от директора Хогвартса не укрылся его нервный жест, когда аристократ сжал в пальцах салфетку. — И к чему ты вспомнил о нём? — Снейп даже не пытается скрыть в голосе яд ехидства. — Вряд ли он сможет чем-то помочь с этой проблемой. — Отнюдь, мой дорогой друг, — мягко возразил Люциус и бледно улыбнулся, посмотрев на собеседника с долей превосходства. Того самого малфоевского превосходства и высокомерия. — Его таланты можно оценить по достоинству. Поговаривают, что он не так прост, как кажется. И я склонен верить этим слухам. На скептический фырк зельевара мужчина только чуть морщится и снисходительно улыбается. В этом звуке Люциус слышит отчётливое «когда это ты начал брать чужие слова на веру?» и не может не согласиться. Он улыбается чуть теплее недоверчивости друга. — Пойми, Северус, я знаком с ним лично уже порядка двадцати лет. И его компетентность в вопросе защиты кого-либо не подлежит сомнениям, он знает своё дело. И с его словом считаются высшие мира сего. А это, мой друг, — Люциус победно вздёргивает подбородок и откладывает измятую салфетку на край стола, — дорогого стоит. — Если ты так просишь, — сарказм в голосе Снейпа настолько явен, что Люциус лишь усмехается. — Не веришь, — с усмешкой произносит он. — Предпочитаю проверять лично, — веско высказывается Северус и пронзает друга долгим взглядом. И переводит тему, ускользая от неприятного разговора о наболевшем: — Нарцисса во Франции, стоит полагать? Ещё два дня назад она встречала меня у ворот. Малфой согласно кивает. — Драко тоже. Ему необходимо набраться сил, пока Тёмный Лорд путешествует по Европе и не нуждается в поддержке сторонников. — Как ты свяжешься с этим человеком? — вдруг напоминает Снейп. Всё же лучше синица в руках, чем журавль в небе. Ах, было бы всё так просто, как говорит Малфой. — О, тут всё просто и сложно одновременно, Северус, — Люциус с достоинством поднялся из-за стола и, откинув волосы за спину, скорым шагом направился к выходу. — Следуй за мной.

***

В кабинете Малфоя было не так уж много вещей роскоши, несмотря на всю помпезность и богатое убранство остального дома и фасада. В основном — книги, папки, бумаги, минимум мебели и парочка мелочей, придающих изысканности и уюта. И Северус был удивлён, когда Люциус взял в руки маленькую коробочку, спрятанную в потайном хранилище за полкой с книгами. — Что это? — с подозрением спросил Снейп, поглядывая на вещицу. Резное дерево со странной витиеватой гравировкой внушало что-то… странное. — Вонгола, если не ошибаюсь, — прочёл мужчина и поднял глаза на Малфоя. — И что это за вещица? — О, сейчас увидишь, — загадочно протянул Люциус, и на лице его отразилось предвкушение и тень задора. Бледные пальцы открыли крышку, и взгляду зельевара предстало кольцо. Необычное кольцо, на его взгляд. — Перстень? — Северус выгнул бровь в удивлении. Но не смог не отметить, что от кольца тянуло чем-то… странным. Мощным, как от весьма опасного артефакта. — И что это должно значить? — О, мой старый друг, человек, что дал мне его, никогда не получает писем, — загадочно протянул Люциус. Северус удержал себя от порыва скривиться. Слишком уж тон друга был похож на тон почившего Дамблдора с его недомолвками и игрой в таинственность. — Сколько бы сов я ни отсылал, все они возвращались ни с чем, отказываясь даже покидать пределы поместья. Но если этот человек хочет связаться с кем-то, то посылает сову сам. И не только сову, и это меня удивило. Хотя, признаться, эта гадкая птица весьма злопамятна, поэтому я даже рад. — А кольцо?.. — Северус намеренно оборвал себя на половине предложения, предоставляя Малфою возможность ответить за него. Тот благосклонно поясняет, с осторожностью оглаживая серебряный перстень пальцем: — Если есть нужда связаться с ним, надо лишь направить немного — всего лишь крохи — магии в кольцо, и прибудет посланник. И уже одно то, что семье Малфой была доверена эта, как ты имел неосторожность выразиться, вещица, доказывает всю степень его доверия. Северус не ответил. Он внимательно рассматривал кольцо в пальцах друга. Серебряное, массивное, с ярким камнем странного оттенка и выгравированной римской десяткой под ним. Снейп не мог конкретно сказать, так как стоило только немного сдвинуться в сторону, как камень тут же менял цвет. Словно хамелеон.

***

Посланник прибыл спустя всего лишь час. Или чуть больше того. Северус был порядком обескуражен, ведь, насколько ему было известно, этот загадочный человек находился в Италии. На континенте. А это далеко. Слишком далеко для птицы, появившейся чуть больше чем через час после сигнала. Сам посланник удивлял. Маленькая птичка размером с ладонь. Бойкая и весёлая, она заливалась тихой трелью, словно что-то пыталась узнать, и с любопытством оглядывала комнату, энергично вертя головой из стороны в сторону. — Это… ласточка? — Северус почувствовал, что где-то его конкретно… кхм, водят за нос. Он с нарастающим раздражением глянул в сторону Малфоя, ожидая, что тот вдруг расплывётся в улыбке и скажет, что это шутка. Но тот как ни в чём не бывало что-то шкрябал на аккуратном клочке пергамента. В ответ на возмущённый вопрос зельевара птичка издала короткую трель и подлетела к нему чуть ближе, рассматривая его тёмным умным глазом. Северус поджал губы и запахнул свою мантию, тем самым пытаясь отогнать птицу резким движением. Внушала эта кроха какое-то иррациональное опасение. Но ласточка лишь издала короткую трель и перепрыгнула на спинке стула ещё ближе к нему, будто издеваясь. Или будучи чрезмерно любопытной. — Признаться честно, — начал Люциус, не отвлекаясь от письма, — ласточку он присылает впервые. Видимо, остальные заняты или это издержки осторожности. Время, как ты знаешь, неспокойное. Неспокойное, как же. Северус хмыкнул. — Остальные? — он глянул в сторону Малфоя и отодвинулся от птицы чуть дальше. Та снова что-то чирикнула и перепорхнула ему на плечо, заставляя зельевара поморщиться. Ну что за чертовщина? Его звери обходят десятой дорогой, а тут такой энтузиазм! — Чаще всего посланником является полярная сова, весьма гадкая птица, надо заметить, — Люциус поморщился и машинально потёр тыльную сторону ладони. А вот ласточка на его высказывание протяжно засвистела и быстро защёлкала, перепрыгнув с места на место. Северус скривился от громкого звука прямо на ухо. — Реже — летучая мышь. Пару раз он присылал ворона, но тот был слишком молод, вероятно. Неопытен. В ответ Северус не счёл нужным озвучивать свои догадки по этому поводу. Он следил за тем, как Люциус свернул клочок пергамента, уменьшил его до нужных размеров и закупорил в специальном тубусе. Ласточка тут же оживилась и коротко свистнула, возбуждённо подпрыгнув пару раз и вытянув в ожидании одну лапку. — А ты ей понравился, — заметил Люциус, закончив подвязывать к лапке посланника тубус с запиской, и как-то злорадно улыбнулся, позволяя ласточке выпорхнуть в окно. — Избавь меня от своих комментариев, — мрачно отозвался Снейп и взмахнул кистью, убирая белое пятнышко с плеча. — Как скажешь, — усмехнулся Малфой и даже согласно кивнул в подтверждение. Тем не менее, злорадной ухмылки с лица он так и не убрал. Северус не знал, кого он хочет придушить больше: Люциуса или же эту гадкую птицу, которая изволила испортить ему мантию и настроение.