SOTUS R: Реинкарнация

— Где твоя табличка?       Конгфоб с сочувствием посмотрел на стоящего напротив него Эма, который выглядел совершенно подавленным. Ещё бы… Ведь он видел перед собой не своего друга, а Пи’Артита. — Я её забыл… — Забыл… Ты же знаешь, для чего нужна именная табличка? Она говорит твоим друзьям и наставникам, кто ты. Разве ты не хочешь, чтобы другие знали, кто ты? — Хочу. — Значит, тебя уже все знают, так?       Эм огляделся по сторонам и вновь потупил взгляд. — Кто знает этого парня? И… Что ему нравится?       В надежде получить поддержку от друга, первокурсник обернулся назад… Но Артит тихо сидел и смотрел в спину сидящего перед ним Оака. Конгфоб и Эм — лучшие друзья. Знакомые ещё со школы. Если он сейчас не откликнется, это будет слишком странно. Но ведь он не знал об этом парне почти ничего, попросту не интересовался. Это подстава, но… Он правда ничего не может поделать, а тем более — поднять на него глаза. — Его зовут Эм, — послышался голос. Оак. — Кто ты? Поднимись.       Худой парень в очках встал на ноги и почти без страха взглянул на наставника. — Я Оак. Его зовут Эм, — повторил он, — ему нравится играть в онлайн-игры.       Конг кивнул и сделал пару шагов назад. — Кто ещё любит играть в онлайн-игры?       Артит недоуменно поднял голову и уставился на парня в малиновой рубашке. Зачем он задаёт эти вопросы? Что вообще он делает?       Нерешительно руки потянулись вверх. Конгфоб повторил свой вопрос, а когда рук стало достаточно много, вновь взглянул на своего друга и… Улыбнулся. — Таблички сообщают лишь ваше имя и номер. Они не рассказывают о ваших интересах и предпочтениях. Я хочу, чтобы вы больше общались друг с другом, ведь так вы сможете найти человека со схожими интересами. Как и сегодня. Но никто не сможет обратиться к тебе, если у тебя нет именной таблички. Поэтому больше не забывай её. Можешь сесть.       Эм растерянно плюхнулся на пол и уткнулся взглядом в спину уходящего на своё место наставника, а Артит гневно сверкнул глазами и поднялся на ноги, а затем резкими и быстрыми шагами вышел из зала. Прэм прикрикнул было на него, но Конг понял чувства Артита и остановил третьекурсника: — Позволь ему уйти. — Какого…?! — Я сказал, пусть уйдёт.       Нотт лишь покачал головой.

***

— Эм, где мои конспекты? — Ээ… Я забыл их в 303 кабинете.       Артит устало вздохнул и откинулся на спинку стула. Друзья Конгфоба такие же безответственные, как и его друзья. И что теперь делать? — Я завтра их заберу, — предложил Эм. — Доклад надо отправить до десяти часов утра! — напомнил Оак, не отрываясь от тетради. — Замечательно, — съязвил третьекурсник и задумался. — Слушай, а почему бы тебе не сходить? — Ну да, ну да… А почему нет?       Артит поднялся на ноги и начал собираться. — В самом деле пойдёшь? — удивился Эм. — Они мне нужны. А ты слишком безответственный.       Последние слова Артит буркнул уже у двери. Парни пожали плечами и вернулись к выполнению домашнего задания. Оба понимали: что-то с их другом не так. Всегда проявляющий заботу по отношению ко всем и обычно добродушный (тем более, не ругающийся по таким пустякам) Конгфоб внезапно стал каким-то вспыльчивым и даже немного грубым. Общительность его куда-то пропала: он просто-напросто закрылся от них и не рассказывает о своих проблемах. А ведь они всегда готовы ему помочь! — Почему он не заступился за меня на собрании? — недоумевал Эм с долей обиды в голосе. — Мы же так давно знаем друг друга, а он сидит и молчит… Обиделся на что-то что ли? — Я не знаю… — покачал головой Оак. — Может, правда спросить Пи’Артита? Конг упоминал… — Да и Пи’Артит тоже странный. Слишком мягкий… Я думал, он с меня кожу сдерёт, а он так… «Больше не забывай свою табличку». И Конг психанул. Конг разозлился, ты понимаешь? Я успел заметить его взгляд — это ужас какой-то. Я его никогда таким не видел… — Такое чувство, будто их местами поменяли. Ты заметил? Пи’Артит слишком добрый, а Конг нервный. Хотя… — Такого не бывает. — Не бывает, — кивнул Оак.       А Артит уже ехал к университету, проклиная всех и вся за то, что он сейчас не спит в своей кровати, в своём теле, со своими проблемами. Конгфоб-то наверняка сейчас уже сны смотрит. Какого чёрта вообще всё это произошло? Надо завтра выловить этого «Пи’Артита» и серьёзно с ним поговорить. На повышенных тонах, конечно. Тут точно замешан именно он! Ладно, ещё немножечко он потерпит и попритворяется, если его не будут выводить из себя, но… Нет, это сложно! Третьекурсник никогда не хотел стать актёром, он никогда не умел как следует подделывать свои чувства и эмоции. Скоро разницу заметят, но он очень надеялся, что в скором времени он окажется уже в своём обличии. А то это…       Артит хмуро взглянул на пробегающие мимо столбы и здания. Совсем недавно он, выходя из душа, всё же решился рассмотреть своё нынешнее тело в зеркало и даже немного его потрогать. Конгфоб был отлично сложен, впрочем, как и сам Артит. Красив. Весьма красив. И лицо… Ничего так. Стоит того, чтобы отправлять его на конкурс Звёзд и Лун. Да, определённо, но сейчас выступать должен был он! Если вдруг… Нет, это уже совсем скоро пройдёт!       И всё же Конгфоб был красив… И почему-то это только усложняло сложившуюся ситуацию. Интересно, а Конг разглядывал его? Что он думает о… Пи’Артит шлёпнул себя по щеке, словно наказывая за такие мысли. В конце концов, зачем ему думать об этом? Главное — решить проблему.       Конспекты одиноко белели на парте в тёмном кабинете. Парень, облегчённо вздохнув, сунул бумаги в сумку и вышел в коридор. Теперь можно было спокойно вернуться в общежитие и доделать задание — и лечь спать. Всё, больше ничего ему не нужно было. У лестницы он внезапно услышал чьи-то шаги и спрятался за углом, чтобы не получить втык от… Старших. Их-то точно заинтересует, что мелкий первокурсник может делать в университете так поздно. К счастью, шаги быстро спустились по лестнице и стихли, и Артит поднялся и вышел вперёд… Столкнувшись с самим собой. Буквально секунду он стоял в замешательстве, но тут же опомнившись, схватил главу наставников за руку и потащил в глубь коридора. — Пи’Артит…       Свой собственный голос показался парню слишком… Мягким. Непривычно нерешительным. — Конгфоб.       Артит строго посмотрел на Конга и увидел в его глазах тот самый странный, незнакомый блеск. Нет, не страха. И не какого-то отрицательного чувства. Он и не знал, как его можно было назвать. Первокурсник молчал, выжидающе глядя на старшего. Так забавно было наблюдать совершенно другие эмоции на своём лице. Лёгкая тень гнева совсем не смотрелась… — Объясни мне, какого чёрта тут происходит. — Я не знаю, Пи’Артит, — честно ответил Конгфоб. — Как это не знаешь?!       Конг растерялся. — Я правда не знаю. Я в таком же смятении, как и ты. — Я не смущён, — хмыкнул третьекурсник, — я, чёрт возьми, негодую! — Не надо, Пи’. — Я хочу вернуться в своё тело! — Тебе так не нравится моё?       Артит запнулся на полуслове и ошарашенно уставился на парня. Как это понимать? В каком смысле оно должно ему нравиться? В…       Конгфоб, заметив замешательство наставника, коротко рассмеялся. — Я вижу, что ты смущён. А ведь я не… — Конгфоб!       Он внимательно посмотрел на первокурсника и сделал шаг вперёд к нему. — Ты думаешь, я шучу, 0062? — Я всё понимаю, Пи’Артит. — И как нам выкарабкиваться? — Не знаю… — Не…?!       Старший закрыл глаза и обречённо вздохнул. Какой же он сложный. — И что, мы навсегда такими останемся? — Не думаю, Пи’Артит. Я надеюсь, это пройдёт. — Вот-вот… — Пи’Артит, — собравшись с мыслями, осторожно начал Конг, — я думаю, нам надо больше времени проводить вместе. — С чего бы это? — насторожился Артит. Этого ещё не хватало. — Я не совсем знаю, каким должен быть наставник. А ещё… — Кстати, об этом. Что это за метод решения проблемы ты продемонстрировал на собрании?       Конг вгляделся в глаза напротив и не нашёл в них оттенка злости. Мягко улыбнувшись этому, он объяснился: — Я тогда ещё не знал, да и сейчас не знаю, как я должен поступать. Но мне надо было как-то решить проблему, я сделал это помягче. — Как ребёнок… — Я же младше тебя на два года. — Я и так знаю.       Артит вновь нахмурился и оглядел первокурсника с головы до ног. Нет, не так: он оглядел себя с головы до ног. Кто бы вообще мог подумать, что это вовсе не он? Разве что характер… Ведь Конг совсем другой. Совсем. Хотя, если вглядеться внутрь, в сердце, в душу самого Артита, там можно было найти… — Так что там насчёт времени? — вырвал его из размышлений Конгфоб. — Да как хочешь, — буркнул наставник. — Значит, да. — Значит, да. Слишком быстро согласился. — Тогда я позвоню тебе? — У тебя нет моего номера. — Но ведь я знаю свой номер, а мой телефон теперь твой. — Ну хорошо, хорошо. — Спасибо, Пи’Артит.       Старший огрызнулся было в ответ, но в этот момент он увидел улыбку. Искреннюю и тёплую. Свою. Он даже не знал, что способен так улыбаться. Кому-то. — Всё равно во всём этом виноват ты, — бросил Артит, быстрым шагом удаляясь от раздражительного парня. Но… Раздражает ли он его на самом деле? Нет, скорее… Смущает. Заставляет отвечать слишком резко. Непривычно. Не хочу. Хотя… Нет. Я не понимаю. — Я уже на пути к тебе, Пи’Артит. Поверь, я найду твою скрытую внутри мягкость… — пообещал Конг. — Осталось немножко.       Третьекурсник очень остро реагировал на приближение к его чувствам. Пусть даже ненарочное. Он начинал забавно защищаться, но кирпичики из его крепко выстроенной стены начинали потихоньку выпадать. И Конг заметил, что с каждым приближением Артит становился мягче. Уже не так злился. Всё больше просто вздыхал. И с каждым разом его «Конгфоб!» становилось всё менее громким, менее гневным, а всё более спокойным. Это значило только одно: его действия имеют результат. Но… Почему же он всё-таки стал Пи’Артитом? Такого же вроде не бывает, да? Хотя это поможет решить одну проблему, которая с самого первого дня засела внутри паренька.       Дело в том, что он уже осознал, что Артит занимает важное место в его сердце.