SOTUS R: Реинкарнация

      Всё шло своим чередом. Артит в образе Конгфоба трудился вместе с друзьями-первокурсниками, а Конгфоб в образе Артита познавал сложности наставнической жизни. Но, хоть Пи’Артит и готовился к предстоящему конкурсу звёзд и Лун вместе с ПраПайлин, он неизменно назначал Конгу встречи в 20:00. Благодаря этим недолгим тренировкам-мастер-классам младший быстро схватывал и запоминал то, что говорил ему третьекурсник. Спустя неделю-полторы Артит с гордостью посматривал на своё «детище» с вылепленным из пустоты характером главы наставников. Да и у него самого сглаживалась бывшая раздражительность, из-за чего Эм и Оак стали признавать в нём своего товарища, а Нотт перестал кидать на Конгфоба косые взгляды в плане характера, но… Появилось кое-что другое, на что он не мог не обратить внимания. Артит и Конг теперь были похожи на хороших друзей.       На тренировках Пи’Артит и Конгфоб и правда сближались. В перерывах они делились друг с другом историями прошедшего дня и просто рассказывали об интересных случаях, произошедших с ними. Они могли засиживаться допоздна, обсуждая различные жизненные ситуации, и расставались с приподнятым настроением. Они получали удовольствие от совместно проведённого времени. Конечно, Артит не сразу пошёл на более тесный контакт, борясь с теми самыми противоречиями внутри, но, вспомнив о данном самому себе обещании, сдался. Конга это неслыханно обрадовало, ведь… Оставалась всего пара шагов. Но, остановившись на этих недолгих часах, он решил дать старшему привыкнуть к этому, чтобы случайно не спугнуть его. Но он не знал одну вещь…       Он не знал, что, наводя порядок в заваленной тумбочке (надо ведь как-то отплатить за убранную комнату!), Артит нашёл в ней толстую тетрадь в коричневом переплёте и, поддаваясь любопытству, открыл её. Откуда же он мог знать, что Конгфоб ведёт дневник? Естественно, относясь к чужому личному пространству с уважением, старшекурсник не стал читать содержимое, но… На странице, которую он открыл, была размещена его фотография. С небольшими, коротенькими приписочками о его характере… И прочем. Эту страничку он ну никак не мог пропустить, по мере прочтения всё краснея, но не от ярости. Нет.       «У Пи’Артита интересный характер. Я видел его очень строгим на собраниях и совершенно другим вместе с его друзьями. Если честно, я тоже хотел бы видеть его таким свободным. Почаще».       «У Пи’Артита очень красивое лицо. Но сердитые морщинки на его лице совсем не пугают. Это даже иногда забавно и мило».       «Пи’Артиту нравится наказывать меня. Тогда я, пожалуй, буду дразнить его побольше. Я чувствую, как внутри него что-то колеблется, и мне это нравится. Какой же он внутри, интересно?»       «У Пи’Артита доброе и мягкое сердце. Я это знаю, чувствую. А также я знаю, что найду его…»       Дрожащими руками Артит засунул тетрадь обратно в тумбочку и решил о своей находке Конгу не говорить, хотя его душу просто раздирало от желания сделать это и прояснить кое-что. К слову, он уже настолько привык называть младшего «Конг», что кажущееся слишком длинным имя «Конгфоб» язык произносить уже не поворачивался. Но на это более привычное «Конг» первокурсник откликался с охотной улыбкой. Единственное, было сложно держать себя в руках в «реальной» школьной жизни среди других учеников. Забываясь, пару раз Конгфоб звал «себя» Пи’Артитом, за что получал удивлённые взгляды от наставников, да и вообще окружающих. Артит же в это время сдерживал рвущееся наружу «А?», чтобы не привлечь ещё большего удивления…       После тренировок с Конгом третьекурсник редко возвращался домой раньше десяти часов вечера. Эм говорил, что уже готов начать ревновать, на что Артит только сдавленно хихикал и заверял друга, что всё в порядке, ведь тот до сих пор продолжал думать, что они с «Пи’Артитом» ругаются. На самом же деле всё было с точностью до наоборот. И, прежде чем лечь спать, третьекурсник думал о последней песне, которую должен был петь на конкурсе. О словах. Почему-то ему казалось, что во всём этом есть скрытый смысл. Будто эти слова были адресованы конкретному человеку, а именно… Стоп. Остановись. Пожалуйста, прекрати об этом думать.       Эта ситуация путала его всё больше. Этот дневник. Эти слова, которые Конгфоб говорил ещё до происшествия. К которому он, кстати, даже привык. Привык к тому, что его называют чужим именем, привык видеть чужое лицо в зеркале по утрам… Но своя жизнь всё же слаще: только прожив некоторое время не в своём теле, можно это понять. Хотя… Это может прояснить одну вещь, которая стала проявляться совсем недавно. Ему серьёзно стало казаться, что Конг относится к нему по-особенному, а сам он безо всяких возражений это отношение принимает. И Артит действительно хотел об этом поговорить, но трусил. Вдруг он это себе напридумывал?       Так они и ходили друг вокруг друга: один пытался намекнуть и излучал желание сблизиться хотя бы немного больше, а другой молча всё это принимал и осторожно отвечал. Но после того, как Конгфоб (в тот момент выступающий в роли наставника) просто-напросто улыбнулся ему, его переклинило, и он запутался в своих чувствах окончательно. После того, как Конгфоб тепло поддержал его перед началом концерта, он перестал волноваться. Адресованы ли те слова ему или нет… Он не может подвести его. И во время своего выступления он даже не думал о том, чтобы выиграть ради пари: ему лишь хотелось показать, что… Что он благодарен. Благодарен за то, что неосознанно первокурсник благотворно на него повлиял. Он упирался глазами в Конга и, чем больше смотрел на его улыбку, тем больше получал удовольствие от пения. Чувствовал то тело и согревался им…       Это видел и сам Конг. Видел, как обнажается ласковая душа Пи’Артита, открывая его глазам абсолютно другого человека. Пробивал себе путь нежной улыбкой, замечая, как старший робко улыбается в ответ, как уходит бывшая колкость и сжатость. Это был новый для него Артит, но он был готов принять его любого… В особенности такого. — Я выиграл, — с сияющей улыбкой заявил третьекурсник, поймав Конгфоба после конкурса. — Я выиграл… Для тебя. Все же думали, что это был ты… — Спасибо. Я и не сомневался в тебе, Пи', — улыбнулся ему в ответ младший. — А вот ты говорил, что я с этой своей ванильной ерундой… — Да забудь ты уже об этом. Так, значит, я выполняю твоё желание? — Да. Но… Я пока не знаю, о чём попросить. — Ничего. Тогда, как будешь готов, скажи. — Обязательно. Та… Поздравляю, Конгфоб, — спохватился парень, замечая приближающихся наставников, — ты хорошо постарался. — Чт… Спасибо, Пи’Артит, — подыграл старший, поняв, в чём дело. — Вы и тут вместе! — с наигранной обидой протянул Брайт. — Ещё чуть-чуть, и я начну ревновать! — Не стоит, Пи', — весело улыбнулся Артит. — Ты со своим 0062 проводишь больше времени, чем с нами, — продолжал Брайт, обращаясь уже к «главе наставников». — Это не так. Не выдумывай, — отмахнулся Конг. — Артит, мы собираемся сегодня в ресторан по случаю победы инженерного факультета, — подал голос Нотт. — В семь вечера я заберу тебя у твоего общежития, поэтому будь готов. — Да. Хорошо. — Ты молодец, Конгфоб. Я горжусь тобой. — Спасибо, Пи’Нотт, — сложил ладони Артит. — Не забудь про встречу, Ай’Артит. — А, и ещё. Ты не забыл про… Кхм. — Прэм покосился на «Конгфоба». — Давайте отойдём.       Наставники забрали Конга с собой, оставив Артита одного, но младший успел обернуться и с улыбкой помахать победителю рукой. Третьекурсник мягко улыбнулся ему и махнул рукой в ответ. Нотт, прищурившись, посмотрел на выглядевшего счастливым «главу». — Артит, ты ведь помнишь про захват флага? — продолжил Прэм, когда они достаточно отдалились от нежелательного слушателя. — Как у тебя с планом? — Я помню, — кивнул Конгфоб, — как закончу, я всё вам расскажу.       Кивнуть-то он кивнул, но он знал, что забыл. Абсолютно забыл, проводя довольно много времени с главой наставников. В это время большинство мыслей улетучивалось, и он видел перед собой лишь Артита, меняющегося Артита, раскрывающегося перед ним Артита… Ему казалось, что он уже очень близок. Казалось, что старший сможет его принять… — Артит, — заговорил Нотт, — я хотел серьёзно с тобой поговорить.       Конг внимательно посмотрел на глядящего словно в душу старшего. — А вы, парни, идите. — Нам тоже интересно! — обиделся Брайт. — Идите-идите. Это личное.       Проворчав что-то в ответ, Брайт и Прэм отошли, а Нотт вновь с серьёзным выражением лица взглянул на «Артита». — Что-то очень важное? — догадался Конг. — Да. Скажи мне, Артит… Мы же с тобой так давно дружим. И дружим хорошо, так? — Ну, да. — Поэтому ты знаешь, что на меня можно положиться и ты всегда можешь подойти ко мне за советом? — Конечно. Нотт, что у тебя случилось? — Не у меня случилось. У тебя. — У меня? — Скажи мне честно, Артит. Тебе нравится Конгфоб?       Конг едва заметно вздрогнул. он не планировал сталкиваться с этим вопросом, прозвучавшим от другого человека. Конечно, он предполагал, что это когда-нибудь всплывёт, ведь он, как ни старался, не мог не обращать на Артита (и что, что он в другом облике? Конгфоб всё равно видел в нём именно Артита) особого внимания… И первокурсник уже хотел было ответить честное «Да», но вовремя вспомнил, что сейчас он не тот человек, за которого себя выдаёт. Нравится ли он Пи’Артиту? На этот вопрос он не знал ответа. Он знал лишь то, что старший охотно шёл на контакт с ним. Сейчас. Спустя столько недель. Если честно, Конг и не предполагал, что раскрыть душу Артита будет довольно легко: быть может, потому, что сам третьекурсник этого хотел? Хотел открыться ему, вопреки своему взрывному характеру…       Он придумал, что попросит. — Я… Не знаю, — вздохнул Конгфоб, желая исчезнуть куда-нибудь подальше от этого проницательного взгляда. — Если у тебя есть какие-то чувства к нему, тебе нужно разобраться в них, Артит. Подумай над этим и обсуди с ним… Может, он тоже к тебе неравнодушен. — Я не уверен, что… — Не перебивай меня. Поверь мне, я знаю, о чём говорю. Вы постоянно ходите вместе по вечерам. Вы стали гораздо ближе друг к другу, ваши тёплые взгляды нельзя не заметить. Я вижу, как он смотрит на тебя. Поэтому поговори с ним на эту тему. Если ты будешь держать это всё в себе, ничего хорошего из этого не выйдет. А так вы хоть проясните что-нибудь. — Да. Я знаю, Нотт. Но я не знаю, примет ли он меня. — Ты издеваешься? Он уже тебя принял. Если бы он не принял тебя, то не ходил бы вместе с тобой, не улыбался… Говорю тебе, попробуй. — Хорошо… Спасибо, Нотт. — Всегда пожалуйста. Я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. — Да. Я понимаю, Нотт. — Ну, бывай. Хватай своего первокурсника и не отпускай. Всё у тебя получится.       Нотт похлопал Конга по плечу и пошёл вперёд по коридору, оставляя пылающего изнутри друга наедине со своими мыслями. Пальцы его отчего-то дрожали, а сердце начало биться ещё быстрее. Что, если он действительно нравится Пи’Артиту? Рвано выдохнув, Конгфоб достал телефон из кармана чёрных джинсов и набрал сообщение Артиту:       «Пи', ты свободен в эту субботу?»       «Думаю, да. А что?»       «Хотел позвать тебя в одно место. Пойдёшь со мной? Это моё желание».       «Пойду. Только не с самого утра, а то я только нормализовал свой режим сна. А всё ты, чёртов жаворонок! :)»       Конг улыбнулся.       «Какой есть :) Так и быть. В час дня подойдёт? Заодно перекусим где-нибудь».       «Согласен. Тогда в субботу, в 13:00… Где?»       «Я подойду к твоему общежитию».       «Хорошо. Странное у тебя желание, конечно. Я бы пожелал чего-нибудь большего, чем просто прогулка».       «Для меня это очень важно, Пи’Артит. Я позже объясню тебе всё».       «Хорошо-хорошо. Тогда увидимся в субботу».       «А как же завтра? Завтра ведь тоже учебный день».       «А. Да. Я просто не люблю планировать что-то на несколько дней вперёд. Тогда увидимся завтра».       «Да. До завтра, Пи’Артит :)»       Конгфоб убрал телефон, и вновь улыбка появилась на его лице. Ладно… Если Артит не примет его чувства, они останутся друзьями. В этом он был уверен. За это короткое время, что они были вместе, между ними возникла довольно крепкая связь, которую так просто не разрушить. По крайней мере, так думал Конг. Реальность же могла преподнести всё, что угодно…