SOTUS R: Реинкарнация

— Здравствуй, Пи’Артит.       Конгфоб светло улыбнулся вышедшему из общежития наставнику. Он был одет в лёгкую цветастую рубашку (Конг вспомнил, что надевал её, когда ездил на море с семьёй) и голубые джинсы. И, хоть они и не договаривались, в чём-то их стиль был похож: первокурсник также был одет в полосатую пляжную рубашечку и шорты. Старший мягко улыбнулся ему в ответ, хоть и отметил, что сам он не надел бы шорты. — Привет, Конг. Я отлично выгляжу. — Я старался, Пи'. Как погляжу, и ты тоже. — Так… Куда ты хотел меня отвести? — Давай сначала перекусим. Ты не голоден? — Да, давай сходим поесть.       Конгфоб честно старался поддерживать маску Артита, но на его лице то и дело проскакивали свойственные лишь ему эмоции. Он не мог сдержать того блестящего взгляда, который был адресован только старшему. Он мог лишь пытаться не дать появиться лучистой улыбке: приберечь её на самый конец. А Пи’Артит всё с трепетом ожидал, куда же они в конце концов придут, потому что Конг всё шёл и шёл… Его немного смущала та лёгкая улыбка, играющая на его губах… И он постоянно отводил взгляд, стоило Конгфобу посмотреть на него тем самым искрящимся взглядом. Можно было с уверенностью сказать, что первокурсник его растопил. Артиту было слишком приятно смотреть на самого себя, несмотря на то, что он понимал, что испытывать некую симпатию к человеку, у которого твоя внешность… Мягко говоря, странно.       Старшекурсник не успел заметить, как паренёк привёл его на тихий, пустынный пляж. Конг остановился, вдыхая свежий воздух, и посмотрел на Пи’Артита. — Давай присядем, Пи'.       Наставник кивнул, соглашаясь, и парни присели на тёплый песочек у самой кромки воды. Ласковый ветерок щекотал волосы, и улыбаться захотелось ещё больше; мирный плеск лишь дополнял эту спокойную атмосферу. Старший перевёл взгляд с моря на сидящего рядом с ним Конгфоба: тот, казалось, усердно о чём-то думал. — Хэй, Конг, — начал он, осторожно касаясь плеча первокурсника, — у тебя всё в порядке? — Ищу твои чувства, которые ты хранишь внутри… — неожиданно запел тот тихонько.       Артит взволнованно взглянул на Конгфоба, и его сердце на одно мгновение замерло. Младший робко улыбнулся и продолжил тихо петь, глядя вдаль. Третьекурсник всё смотрел и смотрел на него, а внутри него всё больше разгоралось то пламя, что он так старался сдержать, но сейчас… Сейчас он точно был уверен, что не случайно Конг тогда выбрал именно эту песню. Всё же в этом был смысл… И Артит даже знал, какой именно.       Замолкнув, Конгфоб встретился взглядом с Пи’Артитом и почувствовал, как трепет заполняет каждую клеточку его тела. Старший смотрел на него с затягивающей теплотой, и это не позволило ему отступить. Хоть он и понимал, что может разрушить всё в один момент, а может лишь укрепить. А может и не изменить вовсе. Всё было в его руках. — Пи’Артит, — осторожно начал он, — почему мы поменялись телами? Как думаешь?       Не такого вопроса ожидал третьекурсник и на секунду растерялся. — Я… Честно не знаю. — Это произошло после того, как я сказал, что отдал своё сердце тебе. Может, нас хотели проверить? — Э-э… Конг… — Может, это правда была проверка? Ведь ты действительно всё это время обладал моим сердцем, а я твоим. Ты изменился… — Что именно ты имеешь в виду? — У меня… Есть чувства, к тебе, Пи’Артит.       Артит вспыхнул и отвёл глаза. Он ожидал такого ответа, да. Даже ждал, когда прозвучат эти слова. Но… Что теперь? Хотя… Ему тоже было, что сказать. — Конгфоб. — От произнесённого полного имени младший вздрогнул, но и виду не подал, что переживает. — Ты уверен, что сможешь меня принять? — Я уже принял тебя, Пи’Артит, — облегчённо улыбнулся Конг. — Несмотря на мой характер… Несмотря на… — Да, Пи’Артит. А как насчёт тебя? Можешь ли ты меня принять? — А я разве уже не принял тебя? — Третьекурсник подумал, что сейчас самое подходящее время для того, чтобы прояснить всё. — Я принял тебя уже давно… И… У меня тоже есть к тебе чувства, Нонг’Конг.       Глаза Конгфоба заблестели счастливым блеском, а его улыбка стала ещё шире. Артит даже не представлял, что может выглядеть настолько привлекательным всего лишь из-за радости. Счастье так преображает… — Пи’Артит, хочешь ли ты со мной встречаться? — смущённо спросил младший, осторожно касаясь руки наставника. — Хочу, — краснея, ответил Артит, — но… Будет немного странно делать это с человеком, у которого моя внешность… — Пи’Артит. — Конгфоб переместил ладонь к плечу парня. — Я готов привыкнуть даже к тому, что ты в моём обличении, потому что… Я готов полюбить тебя любого. — Не говори мне такие смущающие вещи, — застенчиво пробормотал Пи’Артит, но тихонько добавил. — Я тоже готов полюбить тебя любым…       Конг потрясённо выдохнул, и глаза его засияли ещё больше. Поддавшись взыгравшим внутри чувствам, он нежно коснулся пальцами щеки старшего, из-за чего тот моментально залился румянцем. Убрав упавшие на лоб прядки, первокурсник провёл ладонью по мягким волосам, с удовольствием отмечая, как тает под этими лёгкими прикосновениями тот, кого он любит. — Я так рад, что это сблизило нас, — тихонько произнёс он. — Спасибо, Пи'. — За что? — Просто за всё. Я… Люблю тебя.       Конгфоб приблизился к лицу Артита и, бросив напоследок нежный взгляд на него, мягко коснулся его губ своими. наставник едва заметно вздрогнул и прикрыл глаза. Внезапно стало так хорошо, будто что-то большое, безумно тёплое и пушистое, как облачко, обволакивает тебя, и ты погружаешься в царство блаженства… Третьекурсник несмело ответил на поцелуй и почувствовал, как Конг улыбается — и ему самому захотелось заулыбаться и сделать это так, чтобы парень понял, насколько счастливым он себя чувствует. И он медленно отстранился, чтобы ещё раз взглянуть на блестящие глаза и светлую улыбку… И увидел Конгфоба. Настоящего Конгфоба, с восторгом смотрящего на него. — Конг! Ты… — неверяще начал Артит, но не смог договорить, теряясь в ласковом взгляде.       Первокурсник, теперь уже в своём теле, повис на шее старшего, крепко-крепко его обнимая. Но он был рад не столько тому, что наконец стал самим собой, сколько тому, что теперь ему открылось то чувственное существо Артита, что его чувства тепло приняли… Что на них ответили. — Теперь ты не будешь целоваться с самим собой, — с добродушным смешком заметил он. — Дурак, — беззлобно ответил наставник, обнимая младшего в ответ и жмурясь от накатывающих волн безмерного счастья.

***

— Позаботься о ней за меня, Пи’Артит.       Конгфоб со сладкой улыбкой опустил свою только что полученную, новенькую, блестящую шестерёнку на раскрытую ладонь Артита. Старший не смог сдержать смущённого бурчания, но, улыбнувшись, ответил: — Я с радостью сделаю это, Конг. А ты… Позаботься и о моей шестерёнке тоже. — Я позабочусь о ней от всего сердца!       Первокурсник крепко сжал символ факультета (и сердца наставника) в кулачке и, хитро взглянув на Артита, потянулся к нему за поцелуем, но тот вовремя упёр свою ладонь в лоб любимого: — Конг! Тц, ты с ума сошёл? Тут же все… — Но мы достаточно далеко отошли от них. Я хочу тебя поцеловать…       Младший убрал руку третьекурсника и подарил ему лёгкий, почти невесомый поцелуй в щёчку, которая сразу же порозовела. Конгфоб счастливо рассмеялся. — Ты очень мило смущаешься, Ай’ун. — Не надо меня так называть, — ещё больше застеснялся Артит. — А наши голубки забрались в самый дальний уголок пляжа, — внезапно возник позади парней Брайт, делая глоток пива из стакана. — Вы ещё не встречаетесь? — Встречаемся, — быстро ответил Пи’Артит, заметив, что Конгфоб собирается возразить, — а что в этом такого?       Конг смущённо потупил взгляд и обнял Артита за руку. — Эй, Нотт! — заголосил Брайт. — Они наконец-то встречаются!       Их отношения все встретили очень тепло, что довольно сильно удивило главу наставников. На самом деле, он бы так и скрывал их с Конгфобом маленькую тайну, но всё же вечно делать это не получилось бы. Но Артит получил то, что было ему так важно и так дорого: глаза Конга смотрели на него с искрящейся любовью, и теперь он сам мог беспрепятственно отвечать ему тем же.       Он знал, что этим делает своего любимого самым счастливым.