Perfectus Memoria

      Ох, как же Гарри не хотелось входить! Он стоял перед дверью, неосознанно переминаясь с ноги на ногу и устремив взгляд на пол.              – Хватит бездельничать, Поттер, – голос Снейпа заставил его взять себя в руки. Миновав профессора, он оказался в помещении. До сего момента он представлял себе жилище зельевара как темное место, из каждого угла которого свисает паутина, а стены сплошь покрыты полками с противными ингредиентами для зелий.              Вопреки ожиданиям, комнаты Снейпа оказались весьма опрятными и хорошо освещенными. Гарри не ошибся лишь в случае с полками: они занимали все свободные стены от пола до потолка и были уставлены книгами, которых насчитывалось явно не меньше нескольких сотен. В стену напротив двери был встроен камин, а на каминной полочке стояли две фоторамки. Диван и два кресла, покрытые темно-синей обивкой, выглядели весьма удобными. На журнальном столике красовалась небольшая стопка журналов по зельеварению.              – Вовсе не то унылое обиталище, которое вы успели себе вообразить, Поттер? – подавив усмешку, поинтересовался Снейп после того, как закрыл дверь.              Гарри торопливо помотал головой.              – Нет, сэр.              – Никогда не видел, чтобы мальчишки так долго на что-то глазели, – пробормотал Снейп негромко, но так, чтобы быть услышанным.              Гарри мудро воздержался от комментариев.              – Здесь кухня, впрочем, редко используемая, – Снейп указал влево, и Гарри заметил несколько шкафчиков, стол и стулья. Затем зельевар повернулся вправо. – Здесь моя личная лаборатория, куда вам строго-настрого воспрещено входить.              – Да, сэр, – кивнул Гарри, следуя за Снейпом.              Снейп подошел к следующей двери по правой стороне, которую отделяло от камина лишь несколько шагов.              – Вы можете входить в мой кабинет исключительно в том случае, если я там.              Затем они оказались в небольшой прихожей, где находились три двери: две слева, и одна справа. За первой дверью находилась уборная, за второй – спальня Снейпа.              – Ваша комната здесь, – Снейп открыл оставшуюся дверь и жестом велел Гарри войти внутрь.              Комната была небольшой, однако по размерам точно не уступала второй спальне Дадли, тем более здесь не громоздились все сломанные игрушки. В углу напротив двери располагалась парта. Книжный шкаф, по большей части пустой, стоял вдоль стены рядом с дверью. Кровать находилась в дальнем левом углу, причем ее покрывало оказалось бордово-золотой расцветки. Оставшееся место у стены занимал гардероб, а у изголовья кровати пристроилась тумбочка. Пол был устлан ковром кремовой расцветки.              И все же сильнее прочего внимание Гарри привлекла стена между кроватью и партой – точнее, окно, зачарованное так, что на нем отображалось квиддичное поле.              – Это идея директора, – тут же пояснил Снейп, хотя его слова являлись правдой лишь отчасти. Идеей Дамблдора был лишь сам вид, а окно Снейп намеревался устроить в любом случае, только вот Поттеру об этом знать было вовсе не обязательно. – К сожалению, квиддича в этом году не предполагается, так что смотреть будет не на что.              Гарри подошел к окну. Складывалось ощущение, что он и в самом деле глядит на поле со смотровой площадки. Он обвел комнату взглядом еще раз, после чего остановил свой взгляд на Снейпе.              – Извините, сэр, – промолвил он.              – За что вы извиняетесь, Поттер? – требовательно произнес Снейп. – Комната не соответствует вашим стандартам?              – Нет, сэр! – воскликнул Гарри. – Это лучшая комната, в которой мне когда-либо предоставлялось жить, но ведь… вы, должно быть, хранили здесь что-то свое.              Лучшая комната, в которой ему когда-либо предоставлялось жить?              – Только коробки, Поттер, – уверил его Снейп, – главным образом, устаревшее оборудование, доставшееся мне по наследству от предшественников. Из-за вас у меня наконец-то появился повод от него избавиться.              Снейп и сам не понял, почему так важно показалось заверить в этом мальчишку, но сказанного было не воротить, так что он развернулся, чтобы уйти.              – Я оставлю вас разобрать вещи. Ваш сундук упаковывал мистер Уизли, так что во всех недостачах прошу винить его.              – Спасибо, сэр, – еле слышно проговорил Гарри непосредственно перед тем, как захлопнулась дверь, однако Снейп его услышал. На миг зельевара охватило какое-то необычное чувство, но не будучи в состоянии понять, что именно это было, он решил не обращать внимания и направился в лабораторию – работу никто не отменял.              

* * *

             Проснувшись, Гарри не тотчас понял, где он. Приподнявшись, мальчик нащупал на тумбочке очки и палочку. Торопливо прошептав: “Люмос”, он вздрогнул, когда свет скользнул с кончика его палочки прямо на настольную лампу. И лишь рассмотрев окружавшие его предметы в свете ночника, Гарри внезапно вспомнил.              Он в комнатах Снейпа.              Постучав по лампе дважды, чтобы усилить яркость, Гарри отбросил покрывало и поднялся с кровати. Подойдя к окну, он отдернул занавеску. Квиддичное поле скрывалось под покровом темноты, освещаясь лишь лунным светом. Гарри задался вопросом, который час, но потом решил, что это не столь важно.              В комнате было чересчур тихо, и Гарри решил выбраться в гостиную. К его радости камин все еще не потух. Ему часто доводилось коротать бессонные ночи в компании каминного огонька гриффиндорской гостиной. Потрескивание угольков успокаивало. Он не позволял себе засыпать прямо на коврике перед камином лишь из опасения встревожить сокурсников.              Гарри улегся на спину между камином и журнальным столиком, повернув голову в сторону мерцающего пламени. Пусть в его жизни многое идет наперекосяк, но по крайней мере, ему не приходится торчать у Дурслей.              Тем временем Снейп отложил палочку для помешивания и задумчиво уставился на зелье от головной боли, которое только что закончил варить. Цвет зелья оказался менее насыщенным, чем обычно, однако того и следовало ожидать ввиду замены некоторых компонентов ради Поттера.              Взгляд зельевара переместился в дальний угол лаборатории. Здесь находились все долгосрочные проекты и зелья, варка которых занимала несколько дней. На данный момент половину стола занимали высокие стопки книг и блокнотов. Снейп готовился предпринять первую попытку сварить антидот к Яду Поттера (именно так он привык думать о нем) в выходные, но из-за инцидента с Поттером и подготовки комнаты ради наилучшего контроля за избалованным мальчишкой его планам не суждено было осуществиться. Он решил, что сможет приступить к работе завтра после уроков.              Довольный тем, что смог приготовить практически все зелья, которые могут понадобиться Поттеру, в безопасной для него формуле, Снейп оставил котел охлаждаться и направился в гостиную. Несмотря на поздний час, он хотел немного почитать перед сном. Подойдя к полке слева от камина, Снейп выбрал книгу и уже направился было в кабинет, как вдруг к своему удивлению заметил на коврике пару ног, облеченных в пижамные штаны.              Поттер, согнув босые ноги в коленях, лежал лицом к камину и наблюдал за затухавшими угольками.              – Поттер, что вы здесь делаете?              Вздрогнув от неожиданности, мальчик резко обернулся к профессору. Медленно приподнявшись, он встал. Снейп выжидательно приподнял бровь.              – Извините, сэр, – пробормотал Гарри.              – Почему вы встали? – требовательно поинтересовался Снейп. – Плохо себя чувствуете?              – Нет, сэр. Я просто проснулся.              Снейп нетерпеливо вздохнул.              – Я не собираюсь играть с вами, Поттер. Почему вы проснулись? И почему, во имя Мерлина, вы просто-напросто не уснули снова?              – Мне приснился сон.              – Вы имеете в виду кошмар, как я понимаю. И что же вам пригрезилось?              – Ничего.              – Поттер.              – Мои родственники, сэр.              – Ваши родственники, – повторил Снейп. – Только не говорите, что вам померещилось, будто они откажутся от вас из-за болезни, или что-то в этом роде.              Гарри напрягся, отведя взгляд в сторону камина.              – Нет, сэр. Ничего такого.              – И что же тогда? – неожиданно для самого себя, внезапно заинтересовался зельевар.       – Ничего. Я не хочу об этом говорить.              Однако Снейп услышал невысказанное: “Я не хочу говорить о них”, и решил сменить тактику.              – Прекрасно, – сказал он. – Но у меня есть еще один вопрос, на который вы, возможно, ответите охотнее.              – Хорошо.              – Что вы подразумевали, говоря о комнате, как лучшей из тех, в которых вам доводилось жить? Как насчет вашей комнаты дома? – Снейп знал наверняка, что на содержание мальчика Дурсли получали от Дамблдора кругленькую сумму. Почему же столь скромно обставленная комната так впечатлила мальчишку?              Гарри уставился на него, обдумывая, на какой вопрос ответить.              – Мне приснилось, как меня наказали за то, что случайно натравил питона на своего кузена, – произнес он вслух, мысленно добавив: “А также оcтальные наказания за стихийные проявления магии, не говоря уже о том, что они были бы просто счастливы знать, что я умираю”. – Я думал, что оно было несправедливым.              Гарри ждал насмешки Снейпа над тем, что жалуется на заслуженную кару. К его удивлению, профессор лишь спросил:              – Как именно вас наказали?              – Работой по дому, – ответил Гарри. – Я пойду спать, сэр.              Обойдя Снейпа, он направился в прихожую.              – ... и?              Подросток замедлил шаг, остановившись лишь у самой двери. Он помотал головой, надеясь, что профессор удовольствуется этим.              Не сработало.              – Они били вас, Поттер?              Вопрос был задан необычным тоном, тем не менее, Гарри не смог понять, что именно за ним скрывалось.              – Нет, сэр. Они меня не били, – и прежде чем Снейп успел добавить хоть слово, Гарри поспешил укрыться в комнате.              Но Снейп нашел умолчанное даже более интересным, чем высказанное. Нежелание говорить красноречиво свидетельствовало об опущенной информации. Зельевар уверился в двух вещах: похоже, некоторые из его представлений о Поттере оказались неверными, а сам Поттер сказал ему не всю правду – если вообще ее сказал.              

* * *

             Гарри склонился над котлом в классе зельеварения. Смесь зловеще клокотала. Пришло время добавить очередной компонент – асфодель – только вот вдоль луковицы виднелась красноватая линия. Гарри посмотрел на доску и с тревогой осознал, что зелье называется “PerfectusMemoria”. Он нерешительно поднял руку.              – Чего вам, Поттер?– прошипел Снейп, появившись сбоку от него.              – Сэр... – начал он, – это неправильный компонент.              – Вы спрашиваете меня, мальчишка?              – Нет, сэр, просто... – взорвавшийся котел Невилла не позволил ему закончить фразу. Класс преобразился в девчачий туалет на втором этаже, а у каждой раковины стоял кто-либо из его однокурсников.              Встав прямо над расплавленным котлом, Снейп приподнял вверх флакон.              – Кто-нибудь должен испробовать зелье Лонгботтома. Поттер, кажется, у вас было особое мнение об этом составе.              – НЕТ! Это – яд! – воскликнул Гарри.              – Ты либо примешь его, либо поплатишься, мальчишка, – выплюнул дядя Вернон, протопав через все помещение и сунув флакон прямо в руки племяннику. Гарри посмотрел на оранжевую гадость, плескавшуюся внутри.              – Боитесь, Поттер?              – Бесполезный урод – я тебе покажу, как мне перечить!              – Нет... Нет!              – Поттер.              – Я не буду. Я не хочу умирать! Не буду!              – Поттер.              Дядя Вернон крепко ухватил его за плечи и встряхнул так сильно, что застучали зубы.              – Поттер. Если вы сейчас же не проснетесь, то опоздаете.              – Нет... – так и не проснувшись, простонал мальчик. – Не буду.              Снейп снова встряхнул его за плечо.               – Гарри, – попробовал он обратиться по имени. – Просыпайтесь.              Поттер яростно дернулся и распахнул глаза. Забившись в угол кровати с прыткостью, изрядно удивившей профессора, он прижал колени к груди и обхватил их руками. Единственным звуком, нарушавшим тишину, было прерывистое дыхание мальчика.              – Держите, Поттер, – Снейп протянул очки.              Гарри нерешительно протянул руку и нацепил очки себе на нос. Окинув профессора, стоявшего у кровати, неуверенным взглядом, он подумал, что нет никакой возможности объяснить свою реакцию, не вызвав подозрений. Тем не менее он отчаянно надеялся, что Снейп оставит этот случай без комментариев.              – Очередной кошмар, Поттер?              – Да, сэр, – Гарри отодвинулся от стены и присел на краю матраса. – Извините.              Снейп вперил взгляд в затылок Поттера, так как мальчишка не отрывал взгляда от пола.              – Никогда не сознавал, что вы так склонны к извинениям, – протянул он. – За что вы извиняетесь на этот раз? За неспособность выспаться как следует?              Не зная, что ответить, Гарри пожал плечами.              – Вы спали прошлой ночью, Поттер?              – Немного, – произнес Гарри, слегка приподняв голову. Вдруг, к его полной неожиданности, Снейп прижал руку к его лбу. Отдернув ее несколько мгновений спустя, Снейп произнес диагностическое заклинание. Гарри узнал его, так как мадам Помфри применяла его бессчетное количество раз.              – Примите вот это, – потребовал Снейп, протянув Гарри противного вида зелье. Гарри повиновался, сморщившись от неприятного вкуса, хоть и не столь отвратительного, как раньше. – Сегодня вы останетесь в кровати, – уведомил его профессор, забрав пустой пузырек и протянув взамен стакан воды.              – Я прекрасно себя чувствую, – воспротивился Гарри.              – А я чувствую себя утомленным от вашей нечестности, – возразил Снейп. – Не думаю, что вы полностью восстановились после субботнего приступа, тем более учитывая отсутствие надлежащего отдыха. Кроме того, у вас слегка повышена температура, что является несомненным последствием перемещения по подземельям босиком посреди ночи. Либо вы останетесь здесь, либо отправитесь в больничное крыло, но так или иначе отдохнете. Итак, ваш выбор?              – Я останусь здесь, сэр.              – Прекрасно. Хана.              Пока Гарри недоумевал, к кому же обратился Снейп, раздался щелчок и в помещении материализовался домовой эльф.              – Да, мастер зелий, сэр? – прощебетал эльф. – Вы хотеть, чтобы Хана помочь вам?              – Хана, мистер Поттер неважно себя чувствует, – ответил ей Снейп. – Сегодня утром он должен отдохнуть. Я не стану поить его жаропонижающим зельем, но если температура повысится, тебе следует тотчас связаться со мной или мадам Помфри. Когда он захочет есть, ты можешь принести ему завтрак. Он не должен никуда выходить из комнаты, за исключением уборной.              Хана с благоговением взглянула на Гарри.              – Поттер? – почтительно повторила она. – Так вы... вы мистер Гарри Поттер?              По устоявшейся традиции знакомств с кем бы то ни было в мире магии, Гарри неосознанно откинул челку, чтобы приоткрыть шрам. Снейп буркнул себе под нос фразу, подозрительно похожую на “и Альбус еще недоумевает, почему я считаю мальчишку заносчивым”.              – Да, – в конце концов произнес Гарри. – Это я.              – И Мастер зелий хочет, чтобы Хана заботиться о мистере Гарри Поттере, сэре? – широко распахнутый взгляд медовых глаз вновь устремился на Снейпа.              Тот раздраженно потер переносицу.              – Хана, постарайся вести себя разумно.              – Хана будет, сэр! – воскликнула эльфийка, вмиг забыв свое преклонение перед героем. – Хана следить, чтобы мистер Гарри Поттер, сэр, отдохнул и стал себя хорошо чувствовать.              – Спасибо, Хана, – поблагодарил Снейп. – Поттер, я позже приду проверить, как вы. Предлагаю вам хоть раз поступить как велено. Если вам что-нибудь понадобится, попросите Хану. В обеденный перерыв я сообщу, можно ли считать вас оправившимся от болезни и разрешить посещение занятий, назначенных на вторую половину дня, – с этими словами профессор покинул комнату.              Гарри прислушался, но Снейп, похоже, закрыл входную дверь так тихо, что до ушей мальчика не донеслось ни единого звука. Гарри вздохнул, признавая поражение, и тут же обернулся, заслышав непривычный шорох. Эльфийка стояла рядом с ним прямо на кровати.              – Мистеру Гарри Поттеру, сэру, что-нибудь нужно? – спросила она. – Хана может достать. Мастер зелий называть Хану самым разумным и надежным эльфом в Хогвартсе! Он всегда попросить Хану, если ему что-то нужно. Мистер Гарри Поттер, сэр, тоже может!              – Спасибо, Хана, – Гарри растерялся от такого энтузиазма.              Хана распахнула глаза еще шире.              – Мистер Гарри Поттер, сэр, поблагодарил Хану! – задохнулась она. Гарри посетило чувство де жа вю.              – М-м... а разве не должен был? В смысле, Снейп тоже тебя благодарил.              – Мастер зелий не всегда следует принятому этикету, – пояснила Хана. – Он очень вежлив, даже с домовиками. Но мистер Гарри Поттер, сэр, не должен благодарить Хану. Для Ханы большая честь помогать вам!              Гарри еле сдержал смех при упоминании о чрезвычайной вежливости Снейпа.              – Я предпочитаю благодарить, – серьезно произнес он. – Не делать этого грубо. А уж я-то знаю, каково работать, когда твои усилия не ставят ни в грош.              Хана задержала на нем взгляд.              – Мистер Гарри Поттер, сэр, и Мастер зелий – странные волшебники, – вынесла она свой вердикт.              – А почему ты называешь меня более длинным именем, чем профессора? – не сдержал любопытства Гарри.              – Хана раньше обращаться к нему “Хозяин мастер зелий профессор, сэр”, но он сказать Хане, что так слишком длинно, и больше не надо его так называть.              – И почему бы это, – хмыкнул мальчик. – А ты не могла бы звать меня просто Гарри? – попросил он, но заметив испуг эльфийки, добавил: – Или хотя бы как-то покороче?              Оглядев комнату, она достаточно успокоилась, чтобы вновь посмотреть Гарри в глаза.              – Вы оставаться с Мастером зелий, а Хана почти личный эльф Мастера зелий, так что Хана будет называть вас… хозяином Гарри.              Гарри скривился, но все же счел такую форму обращения более приемлемой, нежели “мистер Гарри Поттер, сэр”. Ему так и не удалось убедить Добби обращаться к нему без произнесения полного имени.              – Спасибо, Хана.              Хана просияла, но тут же посерьезнела.              – Хозяину Гарри что-нибудь нужно? – напомнила она. – Если нет, тогда хозяин Гарри должен отдохнуть.              – Думаю, что хотел бы немного позавтракать.              – Хана сейчас же вернется! – радостно воскликнула эльфийка, всплеснув руками, чем напомнила Гарри ребенка. Прошло лишь несколько мгновений с ее исчезновения, как она появилась вновь с подносом еды. Мальчик приступил к трапезе, но не успел он съесть и половины, как глаза потяжелели и он провалился в сон, не успев даже подумать о том, что станется с подносом.              Хана удостоверилась, что одеяло должным образом подоткнуто, после чего отослала поднос в кухню. Опершись локтями о краешек матраса, она окинула мальчика задумчивым взглядом.              – Значит, вы и есть причина, по которой Мастер зелий так волноваться последнее время, – пробормотала она себе под нос. – Хана думает, что Мастер зелий от всего сердца переживать о хозяине Гарри.