неизменными остались (нет) твои голубые глаза.

Авроры приходили часто, если бы им было разрешено, они, наверное, поселились бы в маленькой квартирке в центре дождливого холодного Лондона, чтобы следить за парнем двадцати пяти лет, что сейчас небрежно поправляет выбившуюся прядь длинных волос из хвоста. Поднимается с пола, опираясь на подлокотник стоящего рядом дивана, хватает кружку со стола и бредёт к кухне, выкрикивая на ходу двум аврорам «Хотите кофе, недавно совсем из Бразилии привёз?», что второй раз за месяц проводят обыск в его квартире. Как только весь магический мир узнал, что Тёмный лорд вернулся, они начали с недоверием относиться ко всем, кто когда-либо общался с ним. Под этот подозрительный взгляд попался и Эридан. Сначала он думал, что его секрет раскрыли, он уже собрал багаж, чтобы лететь первым рейсом подальше из этого города, а лучше сразу в другую страну. Трансгрессировать было опасно, его могли уже отслеживать. Но он не успел сбежать перед приходом авроров, которые сказали ему, что они нашли его, потому что один из приспешников лорда пытался его найти. Устроили допрос на целый день и единственное, что смогли добиться «Я не знаю. Я не знаю, зачем я нужен ему. Может, хочет убить ещё одного маглорождённого?!». А после тихо усмехнулись: «Так, ты маглорождённый?». И удалились из квартиры. «Интересно» — думал бывший профессор, — «Зачем я понадобился мальчишке? Решил найти меня и попрощаться, прежде чем я умру? Это было бы мило с его стороны, как и то, что он меня не забыл и пытался найти». Но авроры всё равно не отставали от него, сказали, что это «ради его защиты», но на деле — выгода была только для них. Эридан чувствовал, сколько ему дней осталось жить, и время текло для него с неумолимой скоростью, хотелось схватить её, зажать и не отпускать, чтобы не бежала так быстро. Он не готов был ещё умирать. Но это не значит, что он не хотел. Ему оставалась неделя. 7 дней. 168 часов. 10080 минут. 604800 секунд. Безжалостно мало. Он многое не успел сделать из того, что запланировал. Съездить на Карибское море, увидеть, почему люди называют его «Истинным Раем на Земле», и передать красками на холст чарующий цвет воды. Он хотел съездить в Хогвартс и поболтать с Дамблдором за чаем с лимонными дольками, они не общались с того дня, когда Альбус рассказал ему, что он вместе с Диппетом отказали Тому в желании преподавать зельеварение в Хогвартсе. «Он был слишком молод» — оправдывался тогда нынешний директор школы. «Слишком молод или вы просто боялись его, профессор?». Сейчас Таме так хотелось высказать всё, что он не стал делать тогда, он просто оборвал все связи, пропал с радаров на долгое время. Но новости о смерти Волан-де-морта пронеслись по Австралии, даже там было полно магов, что всё время узнавали о событиях в Лондоне, в стране которой он отдыхал, попивая коктейли на пляже и пытаясь усмирить и подчинить себе волны, бушующего океана. А ещё он не смог истратить всё наследство семьи Тама, он не смог истратить даже десятой доли того, что было. Но он пытался. «А кому ещё нужны эти деньги?» — усмехается Эридан, — «Правильно, никому». Разговаривать с самим собой становилось привычкой. Он слышал, что лучше записывать то, что думаешь и что происходит — якобы так легче, но такой компромат о своей жизни оставить после себя он не мог. «Лучше умру человеком, которого никто не знал, никто не любил, по которому никто не будет тосковать». Меньше привязанностей — меньше слабостей, ради которых захотелось бы остаться и жить этой безнадёжной скучной жизнью. Порой он проводил по уродливому шраму на плече, который оставил ему один из наблюдателей в колонии, просто взял и вырезал кусок кожи с плеча, за то, что он плакал и звал родителей, которых никогда не знал и не видел, чтобы они спасли его. Он думал, почему не умер тогда, возможно, он бы не знал всего, через что пришлось бы и дальше проходить, никогда бы не пришлось чувствовать столько боли. Было бы легче. * * * А он думал, что умрёт, гуляя по побережью моря и смотря на закат, а не на собственной кровати в квартирке. На последний день силы на какое-либо движение просто испарились. Оставляя хрупкое тело, которое едва могло подняться, чтобы добраться до туалета. Эридан лежал, смотря на нестихающий дождь за окном и отсчитывая остатки времени. Два часа до полуночи. Осталось совсем немного и можно будет с облегчение вздохнуть, освобождаясь от оков этого мира. Тама размышлял будет ли что-то после смерти, как услышав хлопок от аппарации. Он медленно повернул голову на названного гостя и на секунду застыл от удивления, но прийдя в себя, ровным хриплым голосом еле слышно спросил: — Соскучился? — А ты ни капельки не изменился. — Зато ты изменился и за меня, видимо. Остались неизменными только твои… а, нет, даже цвет глаз изменился. Интересная плата за бессмертие, да, Том? Можно было бы предположить, что такие изменения затронут тебя, когда ты разбивал душу на части, — Тама еле слышно шептал, но не мог не поддевать его, в нём столько злости накопилось на Тома и то, что он натворил. Но сил не было, чтобы выговорить всё, он устало вздохнул и протянул, — Что ты забыл тут, Том? Волан-де-Морт смотрел на лежащего парня, с тем же молодым лицом, что за время их последней встречи не изменилось, только волосы стали до пояса, пряди которых закрывали лицо бывшего профессора. Он словно проскользил по полу к кровати, а не подошёл. Подцепил пальцами пряди волос и убрал их с лица, на миг уставивший на Эридана, словно видит его впервые, словно хочет произнести «Какой ты красивый». Но после отходит к окну, сжимая в руках палочку. Эридан пару минут пребывает в полном оцепенении и забывает как дышать, и абсолютно точно не понимает, что сейчас произошло. Волан-де-морт по-прежнему молчит и смотрит за окно, на улице всё ещё идёт дождь, погода плачет по уходящему волшебнику, который был одним из лучших, хоть сам и не считал себя таковым. — Долго будешь ещё молчать? Или лимит в 6 слов за день — это ещё одна плата за бессмертие. — Знаешь, я искал тебя с того дня, как вернулся. — Знаю, авроры перерыли весь мой дом только из-за того, что поймали одну из твоих собачек. Зачем? — Хотел, чтобы перешёл на мою сторону. — Ты всегда знал, что я на твоей стороне. Не ври хотя бы умирающему. — Скучал. — Что, прости? Видишь, как просто сказать это. Тебя не разразило молнией, на тебя не упал метеорит и в тебя не прилетела из ниоткуда авада, ты не мог не скучать по мне, в отличие от тебя — я всё ещё божественно красивый, — Эридан пытался улыбнуться, но это было выше его сил, на жалкие попытки Том только хмыкнул и подошёл ближе к кровати, — Давай, Том, ближе. Я тебя не укушу. — Он попытался поднять руку, чтобы ухватить Реддла за мантию, но тело окаменело и не собиралось двигаться. Но Том сам накрыл его руку своей, и по коже словно пробежали электрические разряды, Эридан посмотрел с благодарностью и, закрывая глаза, тихо прошептал — Спасибо. Через пару дней Альбусу от неизвестного доставят записку о том, где похоронен Эридан Тама, один из величайших маглорождённых волшебников, который учился на Слизерине. И через месяц Реддл нападёт на школу. Но сейчас Том всё ещё держит свою руку на руке уже мёртвого парня. И спустя пару минут тихо прошипев на парселтанге «И тебе спасибо», трансгрессирует в Малфой Мэнор.