магические заклинания с пак чимином и его маленьким приятелем

— люмос максима… люмос… максима! кончик чиминовой палочки едва вспыхнул и погас — вряд ли это был отличный результат заданной домашки. в энный раз он выругался на себя за то, что на летних каникулах забил на практику. что ж, завтра он выставит себя дураком перед всем классом. его третий год в хогвартсе рванул с жесткого старта. и он еще ни разу не встретился с… чимин встряхнул головой. нет уж. он отправит сам себя в азкабан, если опять начнет прохлаждаться в мечтах о каком-то там парне. — люмос максима! — ты неправильно двигаешь палочкой. чимин пискнул, но тут же обеими руками закрыл свой рот, пока звук не разлетелся по всему подземелью. глаза у него округлились, когда он увидел, кто затаился в засаде. «с ярко и стабильно светящей палочкой», — с горечью подумал чимин. мин юнги опустился перед ним на корточки, приподнял палочку, чтобы лучше увидеть лицо младшего, искаженное ужасом. потом он заметил учебник по чарам, лежавший у пуффендуйца на коленях. — просто делай, как написано в книге, — сказал он чимину, как будто тот занимался чем-то другим последние полтора часа. внезапно — чимин истерически глотнул больше воздуха — теплая бледная ладонь взяла его за запястье той руки, в которой была палочка. юнги сделал чужой рукой выпад вперед и отвел ее назад, чтобы можно было начать движение заново. — как-то так. когда он отпустил чиминово запястье, кожа там осталась гореть. чимин не понимал, почему слизеринец разговаривал с ним и почему помогал, они ведь едва знали друг друга. он не возражал, разумеется, но все еще очень смущался. юнги никогда особо не обращал на него внимания, позволяя только тоскливо смотреть в свою спину. свет палочки юнги отражался в его темных глазах, которые чимин прежде ни разу не видел так близко. они завораживали. как две темно-синие луны. чимин часто-часто заморгал, вспоминая, что слизеринец сказал ему делать. он дважды взмахнул палочкой так же, как показал юнги, и пробурчал: — люмос максима. ему показалось, или юнги прижался ближе, когда поправлял положение его руки? — давай громче. чимин сделал глубокий вдох и произнес четче: — люмос максима! ослепительная вспышка осветила все подземелье, и чимин, вскрикнув, зажмурился, чуть позже почувствовав, как его мягко взяли за шею и прижали к себе, полностью закрыв зрение. юнги снова дотронулся до его ослабевшей руки и прошептал: «нокс», затем и свет, и тепло исчезли. сердечко чимина пропустило два удара, когда он понял, что слизеринец прижимал его к своей груди. чимин тут же отскочил от мальчика, тело которого, если признаться, было гораздо теплее света, и потер глаза, прежде чем медленно открыть их, чтобы удостовериться, что стало безопасно. ну а потом он не смог сдержаться. чимин рассмеялся: — прости! я не ожидал, что получится так ярко. но все равно вышло красиво, правда? чимин сиял, и юнги понял, что впервые увидел улыбку мальчика. он немного сильнее сжал запястье пуффендуйца, не понимая, что до сих пор держит его, и сказал: — да. очень красиво.