Капитанская дочка

And the arms of the ocean Are carrying me And all this devotion Was rushing out of me In the crushes of heaven For a sinner like me And it's over And I'm going under But I'm not giving up I'm just giving in * Где он? Что с ним? Он умер? То были первые его мысли. Он услышал скрип двери и напрягся. Свет от факела больно ударил по глазам, отвыкшим от света в этой темноте. Дверь закрылась. Он ничего не видел, кроме факела перед собой и его пылающего жара, не видел человека, который его нёс. Но зато он предельно ясно прочувствовал тяжёлый удар сапогом в живот. Теон сжался и не мог даже застонать от боли, ему было трудно даже дышать – удар пришёлся в солнечное сплетение. Пока Теон пытался отдышаться, человек с факелом опустился на колени, чтобы их лица были на одном уровне. - Хочешь знать, где ты? Теон где-то слышал этот голос. Он всматривался и стал понемногу различать черты лица в темноте, озаренного светом факела, - полные, невыразительные; тонкие губы и глаза - грязные льдинки. На ухе поблескивала кроваво-красная серёжка, как капля крови. Теон узнал его. Это был тот парень, который предлагал сдирать кожу с мальчиков. Как же его звали? Рамси? - Отвечай! – Рамси поднялся и снова пнул Теона ногой в живот. Ответить он теперь уж точно не мог, потому что тело сковала очередная волна боли, но он закивал головой, боясь нового удара. Он не понимал, почему этот человек так обходится с ним? Разве он не на его стороне? И что вообще произошло? Он судорожно пытался вспомнить последние минуты перед тем, как отключился. Должно быть, Рамси переметнулся. - Ты в Дредфорте, - Рамси улыбался своими тонкими, бесцветными губами. - В Дредфорте? – прошептал Теон. – Почему? - А это ты мне скажи, почему. Давай с тобой поиграем. Ну-ка, Теон Грейджой, скажи мне, как ты думаешь, почему ты в Дредфорте? - Ты мне лучше скажи, почему я в цепях, а ты на свободе? - Молчать! – рявкнул Рамси и ударил Теона по щеке. – Вопросы здесь задаю я. - Ты сможешь помочь мне? Освободить меня? - Освободить… - Рамси почесал рукой свой бесформенный подбородок, представляя, как освободит Теона, а потом снова вернёт в плен, ещё более худший, чем здесь. Он привяжет его к болтонскому кресту и будет потихоньку, слой за слоем, сдирать кожу. О да. - Рамси, объясни мне, что произошло? Рамси боролся с желанием утаить, кто он на самом деле, чтобы привести свой эффектный план в исполнение, и с желанием всё-таки рассказать Теону, кто же он на самом деле. В конце концов, он не удержался, и победило последнее. Ведь Теона он так и так повесит на крест, пусть это и не будет так эффектно с психологической точки зрения – он придумает новые пытки. - Мы взяли Винтерфелл, - с гордостью сказал Рамси. – И сожгли, - он захохотал. - Мы? - Я и мой папаня. - Кто? – удивлялся Теон. - Русе Болтон. - Ты его сын? Рамси кивнул. Теон стал вспоминать, но он не помнил у Русе такого сына. - Ты, должно быть, бастард? Сноу? – он улыбнулся, вспомнив про Джона. Бесцветные грязные льдинки налились яростью. - Ты пожалеешь… Рамси ударил Теона кулаком в лицо. - Ты что… Ты мне чуть зуб не выбил! - Да? Давай посмотрю. Может, его надо вырвать? Он поставил факел в держатель и схватил Теона за лицо, пытаясь залезть к нему в рот. Теон мотал головой. - Нет, нет! Не надо! Прошу! Он не мог понять, что не так с этим парнем, и почему он ведёт себя с ним так. Но он уже, кажется, начал его бояться. Ведь, что он, скованный по рукам и ногам, может предпринять против того? Тем более что у него, кажется, не все дома. - Ладно, - выдохнул Рамси. - Не буду тебя пока трогать. За целого тебя твой папка даст выкуп больше. Рамси вытащил факел и ушёл, оставив Теона одного в темноте. В Дредфорте? Он в Дредфорте? Болтоны взяли Винтерфелл? И сожгли?.. Мысли путались в голове Теона, но одна из них билась упорнее всех, всё громче и громче. Это он во всём виноват. Он понурил голову. Что ему делать теперь? Нет, не так. Что с ним будут делать теперь? Ведь он-то не может сделать ничего… И кто спасёт его?.. Боль в голове понемногу притуплялась, он к ней постепенно привык, и она уже не была такой раздражающей. Теперь он почувствовал разом голод, холод, жажду и, о ужас, то, что ему жутко хочется в туалет. Что же ему делать? «Боги, за что?» - подумал Теон и прислонил голову к холодной каменной стене. Он пытался успокоиться и взвесить все за и против сложившегося положения. Хотя какие тут могут быть «за»? Всё против него. Он хочет пить, есть, ему надо по нужде, ему холодно, руки и ноги затекли и, что хуже, скованы, и он почти не может пошевелиться. Тело начало затекать ещё больше. Вдруг Теон почувствовал какое-то движение на своей ноге. Он двинул ногой изо всех сил и услышал писк. Крысы… Позже из каменного мешка его перевели в более пригожую камеру, если можно было так это назвать. Теон подумал, что это связано с тем, что отец заплатит за него. Но он также был прикован к стене, хотя цепи были более длинными и даже позволяли ему дойти до дырки в полу, служившей вместо туалета. Ел он на полу, хотя старался есть как можно меньше, хоть ему и хотелось, но мало ли, что это за еда, кто её готовил и какими руками – Теон не привык к такому. Но от воды он не отказывался. Через несколько дней Рамси снова пришёл к нему. - Как ты смеешь так со мной обращаться?! Даже если я и пленник! Я принц! А ты никто! Ты бастард! Это было ошибкой. Чего Рамси не мог терпеть, так это того, когда ему напоминали о его происхождении. Он снял цепи со стены и повёл Теона в один из подвалов Дредфорта. Когда они подходили к помещению, Теон услышал за закрытой дверью женские крики. Рамси улыбнулся ему: - Ты следующий, Теон. По спине у Теона пробежал холодок. Но время тянулось и крики не прекращались. Рамси заскучал. Он открыл дверь. - Заканчивай давай! - А что такое? Тоже не терпится? - Я привёл Теона. - Теона? Я думал, мы его не трогаем, он же королевский пленник. За него положен хороший выкуп. Его трогать нельзя. Нужно сохранить в целости. - Да не заплатят за него, - заныл Рамси. – А если мы его зубы немного подравняем, то ничего. - Ворона отправили всего пару дней назад. Надо подождать ещё. Хотя… - сказал он погодя. – Женщины мне уже наскучили. Я бы попробовал чего-нибудь новенького. Покажи-ка его. Рамси втолкнул Теона внутрь. Он увидел обнажённую девушку на кресте, истекающую кровью. Вдруг, грубая рука мучителя схватила засмотревшегося Теона за подбородок. - Хорошенький, - улыбнулся он беззубым ртом и подтянул на себе штаны. – А ведь если я его обработаю, никто ведь и не заметит, - злобно ухмыльнулся он. Теону стало действительно страшно. Боги, что он натворил… - Нет, - резко сказал Рамси. – Он мой. Освобождай помещение. Я хочу с ним поиграть. - Ну ладно, - сказал здоровяк. Он знал, что за удачное взятие Винтерфелла отец бастарда стал относиться к нему снисходительнее. Он снял девушку с креста. - А знаешь, что, - улыбнулся Рамси. – Пусть Теон посмотрит. - Что посмотрю? Теон смотрел на окровавленную девушку на руках у садиста. - Пойдём,- пихнул его Рамси в спину, и они зашагали по коридорам. Они вышли из замка и пошли на псарню. Теона начали одолевать самые плохие предчувствия. Но ведь не могут же они… это только слухи. Слухи, не более. То, что Болтоны сдирают кожу с людей, то, что скармливают их собакам. Но Теон только что сам воочию убедился в том, что подземные пыточные казематы – не вымысел. «Это сон, - думал Теон. – Дурной сон. Сейчас я должен проснуться». Но он не просыпался, и кошмар продолжался. Здоровяк просто бросил девушку за забор, оттуда послышался бешеный лай и дикие женские вопли, сопровождающиеся жутким собачьим чавканьем и хрустом костей… «Нет, пожалуйста!» - кричал Теон. Но Рамси держал его голову за волосы, заставляя смотреть. Рамси смеялся. Мучитель подхватывал. Их дикие вопли и смех сливались в кошмарную какофонию. Теон подумал, что за свои грехи он попал в царство к Неведомому. Теперь он знает, как он выглядит. У него большой собачий рот, который всё сминает на своём пути, и холодные и грязные глаза-льдинки. Смотреть, слышать всё это больше не было сил. Теон почувствовал, что теряет сознание. Очнувшись, он понял, что висит на том же кресте, на котором висела до этого съеденная собаками девушка. Здесь, должно быть, до сих пор была её невысохшая, невытертая кровь – вряд ли кто-то заботился о том, чтобы чистить орудия пыток. Рамси заканчивал привязывать ему левую щиколотку. Он смотрел на Теона снизу вверх и улыбался. «Он ведь не тронет меня, - подумал Теон и сам не верил в это. – Ведь отец заплатит за меня, они сами сказали, что ждут выкуп», - но он не верил и в это. Рамси любовно хлопнул его по ноге в предвкушении пыток, кивнул и вышел. «За чем он идёт? – думал Теон, и его воображение рисовало кошмары один хуже другого. – И как скоро он вернётся?» Он попытался сдвинуться, но он был привязан крепко. "Я всё это заслужил… - думал он. – Мне надо было послушаться Гермиону. Она пыталась помочь мне. Я сам виноват. Я убил сира Родрика. Он учил меня сражаться на мечах, а я его убил. Я пообещал Брану, что не буду, и не сдержал обещания. Я предал Робба, своего брата. Да, я всё это заслужил". Теон заплакал. Слёзы застилали ему глаза. Он говорил сам с собой вслух, ему уже было всё равно. Пусть Рамси слышит – какая разница? - Я всё это заслужил… - Нет. - Да, заслужил. - Нет, не заслужил. - Я… Что? - Такого никто не заслуживает, а ты – тем более. В подвале было темно. Рамси унёс факел с собой, оставив Теона в темноте. Впрочем, это лучше, чем видеть его смеющуюся рожу. - Я заслужил… - Наказание бессмысленно. Оно не останавливает преступление, не отменяет прошлое, не заставляет сожалеть о содеянном. На самом деле проку от наказания никакого – это пустая трата времени и причинение ненужных страданий**. Наверное, у него уже начались галлюцинации. - Что?.. - Ты идиот, вот что. Люмос. Пыточная комната озарилась неярким светом. Это было неважно. Важно было то, что этот свет лежал в ладонях Гермионы. Она подошла к нему и словно подвесила шар света в воздухе. Она достала нож и стала разрезать верёвки. Руки и ноги у него уже порядком затекли, так что он просто повалился прямо на Гермиону, прижав её к полу. - Мне это не кажется? - Тебе это не кажется, - ответила она, проводя ласковой ладонью по его лицу, и поцеловала его. - Я скучал за тобой, - прошептал он ей на ухо спустя несколько минут. - Ммм… Мне кажется, сейчас несколько неудачное время для этого. Я вырубила этого придурка от силы на полчаса. Пойдём. Они стали подниматься. Гермиона набросила на них мантию-невидимку, и они легко прошли мимо стражи во двор. Пройдя порядочное расстояние от замка, она сняла с них мантию. - Ты говорила, что больше не придёшь… - Не могла же я оставить тебя! По правде говоря, меня уволили. А этот нож я украла. Раз работы у меня всё равно нет, то что я теряю? - И чем тебе это грозит? - По правде говоря, особо ничем, кроме испорченной репутации. В любом случае, даже если бы меня за это посадили, я бы всё равно это сделала. Я должна была спасти тебя. Она подошла к нему и взяла его лицо в ладони. Теон поднял её на руки, глядя в глаза, которые в темноте искрились, как маленькие звёздочки. - Знаешь, я верю, что ты и вправду колдунья. - Кто бы мог подумать, - развела руками Гермиона. – Что тебя сподвигло на эту мысль? Шар света? Портала в прошлый раз было мало? - Просто ты меня заколдовала, очаровала меня, - он потёрся носом о её подбородок. Она поцеловала его в лоб. Когда он поставил её на землю, она сказала: - Знаешь, Теон, ведь теперь это на самом деле последний раз. Больше я никак не смогу к тебе прийти. - Я понимаю, - ответил он, опустив голову. Гермиона достала нож и стала открывать портал. – Гермиона, я сожалею из-за всего, что я натворил. Я должен был послушать тебя. - О, Теон, ты такой милый. У вас тут есть люди, которые целые города топят в крови, и им хоть бы хны, а ты сожалеешь из-за одного убийства и одного пожара. Это говорит только о том, что ты хороший человек. И ты ведь не вкладывал душу во всё, что ты делал… Это важно. Всё это не шло от сердца. Это был не ты. Она подошла к нему. Портал искрился за её спиной. - Я просто не знал, какую из нелюбящих меня семей мне выбрать… - Теон, - сказала она, одной ногой уже почти стоя в портале. – Я тебя люблю. Гермиона вышла на заснеженной лондонской улице. Снежинки кружились, танцевали, люди вокруг куда-то шли и смеялись. А ей хотелось плакать. Она стала всхлипывать, сотрясаясь всем телом, пока, наконец, не дала волю слезам. Тут она вдруг почувствовала, что кто-то дёргает её за мантию. Она обернулась. - Я тебя тоже. Он подхватил её на руки и стал нежно целовать. Она запустила пальцы ему в волосы. Когда он оторвался от её губ, они стали просто обниматься. Теон всё ещё держал Гермиону на руках. Смеясь и улыбаясь ему в плечо, она глядела на снежинки, что кружились в своём хороводе. Потом она поняла, что это Теон медленно кружит её. Она закрыла глаза от удовольствия. - А ну-ка, поставь меня, - пролепетала она. Теон удивился, но послушался. - А теперь скажи мне, ты понимаешь, что я не верну тебя обратно? - Но я не хочу обратно. - Но там ты был принцем. - Был ли? - Знаешь, что я думаю? - Что? - Что ты, наверное, сейчас замёрзнешь, а потому тебе срочно нужно в горячий душ. - Куда? - Сейчас покажу. Тебе понравится. Держись за меня. Теон так и сделал, и они аппарировали. - Ты здесь живёшь? – спросил Теон, когда они оказались в квартире у Гермионы. Через полчаса он уже сидел у Гермионы на кухне, помытый и расчёсанный. Герми укрыла его своим любимым клетчатым пледом. Кот Живоглот сразу признал Теона и уютно устроился клубочком у него на коленях. «Это лучше, чем лютоволк», - подумал Теон. Гермиона нагревала на плите глинтвейн. * * * Объяснять Теону все тонкости этого мира было не сложнее, чем показывать Драко Малфою мир магглов. А порой даже проще. - Стой, подожди, не трогай это! Теон взял волшебную палочку Гермионы, которую она небрежно оставила на диване. Он взмахнул ею, и книги на столе Гермионы – а у неё их было много – зашуршали страницами. - Не может быть… - сказала она, ошеломлённая. – Сделай так ещё раз. Просто взмахни. Скажи: «Акцио книга». - Акцио книга, - сказал Теон, но так как книг на столе у Гермионы было очень много, они все мигом налетели и обрушились на него. Гермиона засмеялась. Она опустилась на пол рядом с ним и чмокнула его в губы. - Вообще-то, так не делают, но для тебя, я думаю, можно будет сделать исключение. Гермиона достала для Теона волшебную палочку из ивы***, с сердцевиной из волоса единорога и понемногу учила его колдовству. Вообще-то, так делать было нельзя, но… Дамблдор подсобил. Да-да, этот старый плут зачем-то инсценировал свою смерть и снова обвёл всех вокруг пальца. - Лимонную дольку, моя девочка? – предложил Альбус Гермионе, когда она забежала к нему на чашечку молочного оолонга, ну и за палочкой для Теона. Она не стала спрашивать, зачем Дамблдор ввёл всех в заблуждение тогда, на Астрономической башне – он всегда отличался весьма эксцентричным чувством юмора. - А ведь это я настоял на том, чтобы именно тебя отправили в Вестерос спасать Теона, - сказал профессор. – Как знал, как знал… И он отправился на кухню, подбавить ещё кипяточку в заварник, напевая что-то о фениксах и фестралах. * * * Утро следующего Рождества Теон и Гермиона провели лёжа в постели и смотря старые фильмы. - А знаешь, ты меня немного обманула, когда сказала, что у вас тут равноправие, и даже, женщины во многих вопросах главнее мужчин, - он потянулся рукой за следующим имбирным пряником. – Вот ты всё равно ведь мне готовишь. - Ну, не только тебе, но и себе тоже, - сказала Герми, когда перелазила через Теона, чтобы тоже стянуть себе пряник из тарелки. Но по пути она немного задержалась. - Ты так считаешь только потому, что я взяла твою фамилию, да? - И поэтому тоже. - Знаешь, почему я взяла твою фамилию? - И почему же? – спросил Теон. - Хм, я просто подумала, что какая разница: начальные буквы-то всё равно одинаковые, а вот тебе приятно. Чем бы дитя ни тешилось. - Вот как? Ах ты, лиса… - сказал Теон, опрокидывая Гермиону на спину. - Ну ладно, ладно, - смирилась она, улыбаясь. – Я действительно готовлю для тебя. Себе я бы ни в жизнь не додумалась печь пряники в виде кракенов. - У тебя они всё равно похожи на ёлки, так что для Рождества самое то, - заметил он. Гермиона огрела его подушкой. - Будешь ещё ругать мою еду, останешься без ужина. - Разве ж я её ругал? - Ладно, давай смотреть дальше. И Гермиона включила «В джазе только девушки». - Ой, сто раз уже его видели, - заныл Теон. - Твои предложения? - Ты знаешь, какое у меня предложение… - сказал он, потёршись носом о её ухо. - А ты знаешь, что я от него никогда не могу отказаться, - ответила Герми и повернулась к Теону, чтобы поцеловать его. Но как раз в этот момент в спальню примчался Живоглот. Он любил устраивать подобные набеги несколько раз в неделю, и это всегда случалось не к месту. - Ладно… Давай смотреть дальше, - сказал Теон, устроившись у Гермионы на плече. А Живоглот продолжал шнырять по комнате.