Плач Небес

      Селен всегда отмечала, что отец порой бывает довольно… требователен? После возвращения от дедушки и бабушки, папа и мама несколько дней подряд спорили и даже пару раз повышали друг на друга голос. И весь жар чувств шёл вокруг одного – путь. Феликсис мало обращает внимание на чувства других и он, возможно, даже не заметил, что между родителями прошла гроза. Селен же, напротив, сильно переживала и с трепетом наблюдала за развитием событий. Она видела недоумение, страх, отрицание, ярость и упрямую защиту. Мама не хотела уступать и тем более покидать столь прекрасно защищённое гнездо. Твердила, что дети слишком малы для столь дальнего путешествия. И к чему оно вообще? «Если так сильно хочешь лететь! Лети! Мы останемся здесь!» - когда мама дрожа прокричала эти слова в лицо отцу, Селен не выдержала подбежала и взяла родителей за руки, умоляя их не сориться и не ругаться. Это стало переломным моментом.       Следующие два дня были – дни тишины. И Роза и Арис думали над компромиссом. В итоге Арис думал уже уступить своей супруге, но перед этим… -Дорогая,- Арис тихо постучался в дверь, только после вошёл в библиотеку, где Роза проводила время, когда хотела остаться одна. Она прекрасно знала, что Феликсис никогда самостоятельно не зайдёт в это помещение, а Селен настолько сильно боится всё испортить, что не посмеет лишний раз подойти к родителям. Женщина отвлеклась от вышивания и посмотрела на супруга. Красные от слёз глаза, рядом то и дело порхают красивые чары – бабочек, наверное, чтобы саму себя убедить в том, что всё не так плохо. А коль так…- Ох, дорогая… я же вас не бросаю. Что ты уже успела надумать себе? -Я… я сама не знаю. Арис. Это не важно. Я подумала… -Подожди,- поспешил прервать свою жену, но ту видимо уже было не остановить. Роза отмахнулась от бабочек, чем развеяла чары и медленно поднялась: -Я… я должна была быть к этому готова. Ты кочевник и это был вопрос времени. Для тебя это нормально. Для меня нет,- женщина обняла себя,- С одного места на другое, вдали от родного дома. Может ты не покидал Лондон только из-за того, что… как вы говорите «погода была не лётная?». Я… я не представляю это, дорогой. Я много думала. Я пыталась представить наше путешествие. Ты в шесть лет уже крепко сидел на метле. Но… Но даже тогда вы с отцом путешествовали не на далёкие расстояния, ведь так? И чаще поездом, да? Но… мы… Это слишком далеко. Другой конец света. И ты не можешь это пропустить, но я не могу отпустить детей. -Почему ты решила, что я оставлю тебя одну? – спросил прямо. -Потому, что… я тебе надоела? - вывод ввёл мага в ступор. Он медленно пододвинул к себе стул, сел и закрыл ладонью глаза. После довольно продолжительной паузы мужчина тихо вопросил: -Хорошо, любовь моя. А теперь объясни своему идиоту, где… где здесь логика. Где логика между предстоящей поездкой, которую я не могу никак пропустить и твоим утверждением, что ты мне надоела. Я… я не могу провести линию.       Женщина молчала, закусив нижнюю губу. Она боялась. Она очень сильно боялась и это было прекрасно видно. Потом он вспомнил. Одно из писем, где они обсуждали его жизнь кочевника и один из плюсов он обозначил «Это прекрасно. В любой стране, словно новая жизнь, новая страсть, новая любовь…». Строки можно было воспринять как угодно, но основная интерпретация крайне очевидна. Арис глубоко выдохнул и едва заметно взмахнул волшебной палочкой, чтобы закрылась дверь и окна. Так он делал каждый раз, когда разговор обещал быть серьёзным: -А теперь послушай меня, Роза. Я просто не хочу, чтобы мы когда-нибудь повторяли данный разговор, - Арис строго посмотрел на свою супругу, которая на шаг отступила. «Просто боится потерять» - снова и снова повторял про себя маг- «Просто боится выйти на улицу. Спокойствие. Всё было так же. Она с трудом выходила на улицу. Это просто последствия Тёмного времени». - Дорогая моя, запомни, я Арис Теарснайт, выбрал тебя на роль своей жены не из-за твоих земель, связей или богатства. Не из-за красоты или твоего покорства. И даже не из-за твоего таланта и прекрасного ума. Я просто люблю тебя. Люблю и никогда не оставлю тебя. Я не хочу лететь куда-либо без тебя, но и насильно заставлять сопровождать не хочу. Наверное, моя ошибка, что я сказал тебе, что это очень важный съезд семей, что я его не могу пропустить, объяснил почему не могу пропустить, но совершенно упустил главную деталь… почему я не хочу и не могу оставить вас. Да, я хочу, чтобы мои дети стали такими же кочевниками, как и я. Чтобы продолжили традиции моей крови. Но в это же время я хочу, чтобы они соответствовали твоим ожиданиям. Правда… я совершенно не представляю каковы они у тебя? Дорогая…. Этот мальчик, Магия с ним! Этот мальчишка уничтожил главную причину, из-за которой ты тратила столько сил на защитные заклинания! Уже три года, если не больше… в Англии более-менее тишина и покой. Мы можем выходить из дома без страха. Ты стала гулять с детьми по Косому Переулку. И кстати об этом. Думаю, пора пока прекратить Фелексису покупать шоколадных лягушек, не хочу, чтобы у него появилась аллергия. Но сейчас не об этом. Дорогая, да, ты знаешь я сильно сомневаюсь в особых дарованиях Мальчика, Который Выжил. Но если это возможно… позволь ему хотя бы… дать тебе шанс выйти за пределы клетки, в которую ты сама себя загнала. -Ты считаешь, что все проблемы лишь во мне? - подобные слова было слышать возмутительно,- Арис! Ты послушай себя! Ты хотел мне сказать, причину своего желания и упорства, а в итоге говоришь, что всё из-за моего страха перед открытой дверью?! Я боюсь за детей! Это слишком далеко! Далеко, опасно и это совершенно другая страна! Дети только Французский и Английский знают, и то из-за того, что их родители говорят дома на двух языках! А это Япония! -Дай закончить! Ох… женщина,- медленно выдохнул, стараясь успокоиться,- Я хочу, чтобы мы отправились вместе, чтобы я представил тебя клану, слёту семей моего имени, моего рода, чтобы представить тебя как мою супругу! Чтобы представить наших детей, как своих наследников! Я люблю тебя и не собираюсь заводить любовниц. Ты ведь об этом подумала?! И если бы я не любил тебя… разве бы остался? - Арис медленно выдохнул и тихо признался,- Да, я скучаю…. Скучаю по путешествиям. Это правда. Я тоскую. Прекрасный дом, работа… Но, тогда… в Болгарии, когда увидел тебя такую замкнутую, дрожащую от нового… Уже тогда я хотел тебе показать, если не весь мир, то хотя бы Европу. -Ты… ты изначально не хотел пускать корни,- тихо закончила мысль мужа Роза. -Да. Не хотел. Это был риск лезть в Англию в самое пекло. Я хотел тебя забрать и бежать как можно дальше. Но… мы остались. У нас прекрасный дом, у меня замечательная работа, дети… -И ты всё равно не счастлив? -Арис заметил, как на глазах его супруги наворачиваются слёзы. Поднялся, стремительно подошёл и прижал к себе. -Я счастлив, глупенькая. Я безумно счастлив. И хочу сделать то, что хотел сделать с самого начала. Подарить тебе свободу. Свободу от собственных страхов. Дорогая… давай так. Давай хотя бы попытаемся. Попробуй поверить, что Тёмный Лорд больше не вернётся. Он умер от непобедимого младенца. А твой муж не отпустит твою руку и проведёт тебя до другого конца мира, и в целости и сохранности вернёт домой. Тебя и наших детей. Если… если что-то случится или, если путешествие тебе не поможет справиться с ужасом открытого пространства. Да, дорогая. Пора - это признать. У тебя фобия. Ты продолжаешь накладывать чары, ты гуляешь, но словно прокладываешь тропы. Один и тот же маршрут и… я не могу быть уверенным, что ты не повторяешь то, что было у тебя до войны. Ну по крайней мере до самых тёмных и страшных ночей. И если я не справлюсь. Я сложу крылья и не буду даже более заикаться о том, чтобы даже временно покинуть Англию. Даже не Англию… а Лондон. Исключение только, если события повторятся. Но… это будет бегство… Столь знакомое…       Роза молчала, но лучше любых слов то, как она крепко прижалась к груди своего супруга. Этого уже было достаточно. Арис медленно успокаивающе перебирал пряди любимой женщины: -Я тебя не оставлю. И… если ты всё так же боишься тьмы, которая может навредить. Тогда… подумай о том, что твоих любимых защищает один из самых жестоких магов,- Арис улыбнулся, заметив недоумевающий взгляд,- может я не такой могущественный, как некоторые. Но я смогу вас защитить. И дело не в чарах защиты или укрытия. Кочевникам довольно часто приходилось и приходится воевать. Конфликты между магами вполне естественно, ведь правда? Это у вас в Англии удивительно тихо в данном аспекте. И я подозреваю, что это как-то связано с вашими домовыми эльфами. Но там, во внешнем мире… конфликты между кланами чистой или смешанной крови… весьма жестоки и естественны. Борьба за территорию, за влияние, старые обиды и так далее. Покоя я этим словами не принёс, но задумайся вот над чем… Я могу вас Защитить. Защитить, уберечь и не дать в обиду.       Роза молчала и продолжала тихо плакать. Это… очень тяжело признавать свои страхи и чувствовать, как они укрепляются и в то же время сталкиваются с желанием быть рядом… -Мы не можем постоянно прятаться,- тихо произнёс,- Тем более от самих себя. А теперь… Роза, вытри слёзы. Ничего страшного не случилось. Я никуда не ухожу, я не покидаю тебя и не бросаю. Я с вами, здесь и сейчас. Если… если ты не можешь пересилить себя. Ничего страшного. Ближе к Рождеству я отправлюсь на съезд крови сам, может только Фелексиса возьму. Может быть. Ну-ну родная, хватит.       Мужчина взмахнул палочкой открывая окна и дверь, давая понять, что разговор закончен. Самое страшное позади: -Вытри слёзы и не пугай нашу девочку. Она, наверное, как и её мама надумала, что семья разрушается. Папа с мамой разводятся и вообще конец всему! А вообще, отдохни сегодня. Я возьму детей с собой, и мы погуляем по Лондону. Давно я с ними не проводил время вместе,- Арис улыбнулся и поцеловал любимую в лоб. После чего отпустил и покинул библиотеку. «Этим же вечером, перед сном, Роза тихо сказала, что хочет попробовать. Я… я давно не видел её столь бледной и в то же время решительно настроенной. В последний раз так тихо и дрожа от собственного решения она сообщила мне о своей беременности и решения сохранить детей. Признаюсь… тогда я был в ужасе от того, что она действительно думала об Этом, но… стоит отметить сколько усилий ей требовалось, чтобы переступить свой страх перед будущим и сколько решительности, чтобы создать столь безопасное место, как этот дом. Теперь это повторилось. Ей… ей всегда было тяжело воевать с самой собой. Принять и переступить. ….У меня не будет второго шанса…»